Цена бесчестья - Чингиз Абдуллаев

— Откуда вы об этом узнали? Об этом не говорили винформационных сообщениях.

Она поняла, что выдала себя, и снова прикусила нижнюю губу.Он уже запомнил этот жест. Когда она нервничала, то кусала нижнюю губу.

— Вы кому-то звонили? — Дронго подумал, чтодействительно слишком много спал.

— Да, — с вызовом ответила Вера, — я звонилаБорису.

— Когда?

— Сегодня утром. Но вы не беспокойтесь. Я звонила неотсюда. Я вышла на площадь, купила карточку и позвонила из автомата на личныйномер Бориса. Сообщила ему, что все в порядке, и сказала, что мы в Хаэне. Оночень волновался. Все равно осталось три дня и они нас уже не найдут.

— Вы звонили только ему?

— Да. А почему вы спрашиваете?

— Не лгите. Может, вы звонили и другому знакомому?Скажите честно.

— У него жена, — покраснела Вера, — я не могузвонить ему так рано.

— Когда вы звонили Борису Самуиловичу? — снарастающим ужасом спросил Дронго.

— Недавно. Часа два назад, — призналасьВера, — а почему вы спрашиваете?

Два часа назад, быстро просчитал Дронго. Сегодня ихпреследователи должны были начать поиски в Кордове, вычислив вчера, где именнопрятались беглецы. Оттуда сюда не более полутора часов. Он не успел додуматьсвою мысль.

— Ничего страшного, сказала Вера, — в этойглухомани они нас не…

Она не успела договорить, когда он заметил блеск в раскрытомокне. Солнечный блик отразился на чашке. Он прыгнул к Вере, повалив её на пол.И два неслышных одиночных выстрела сначала разнесли вдребезги чашку, а затемперевернули чайник.

— Ой! — громко крикнула Вера. — Осторожнее…

— Не поднимайте головы! — крикнул ей Дронго,подползая к окну. Подняв руку, он закрыл окно. Сначала одну створку, затемвторую. Он зло взглянул на свою спутницу.

— Извините, — пробормотала она. — Я недумала… Они так быстро… Я даже не знала…

— Нужно было догадаться. — Он подполз и закрылвторое окно. Задёрнул занавески. И только затем поднялся. — Вчера мы былив Кордове, — пояснил Дронго, — значит, сегодня они были там.

Искали нас в городе. Очевидно, все звонки Каплуновичапрослушиваются. Или контролируются, что в общем одно и то же. И когда выпозвонили, ваш звонок засекли. Оставалось выяснить, откуда вы звонили. Это былодостаточно нетрудно. Им понадобилось полчаса. Или час. А потом они приехалисюда. Прибавьте ещё один час. И теперь мы с вами в западне. Они знают, в какомотёле мы живём, и ничего не мешает им просто пристрелить нас обоих. Ворватьсясюда и расстрелять нас на нашей большой кровати.

Она наконец поднялась. Её буквально трясло.

— Вы же серьёзный человек, — упрекнул её Дронго, —а не девочка. Могли вы понять, насколько глупо вы себя вели.

— В Москве было только девять утра, — призналасьВера, — я даже подумать не могла, что нас будут прослушивать. Вся этаобстановка… Большая кровать, этот допотопный отель, этот старый провинциальныйгородок… Я была уверена, что нам ничего не грозит. Простите…

— Это вы скажете мне спасибо, если нам удастся уйтиотсюда живыми, — пробормотал Дронго, — теперь мы с вами в настоящейзападне. И я не представляю, как нам отсюда вырваться.

Он мрачно взглянул на неё.

— Мы могли бы вызвать полицию, — несмелопредложила Вера.

В этом городке, наверное, работают несколько офицеровполиции, — разочарованно заметил Дронго, — даже если они приедут ипопытаются нас защитить, ничего не получится. Это сотрудники полиции небольшогогорода. Здесь не работают Джеймсы Бонды. Любой профессионал справится с целымотделением таких офицеров. Не говоря о том, что у каждого из этих полицейскихесть семьи и полно ребятишек. Мы их просто подставим.

— Будем сидеть и ждать, пока они сюда придут и насубьют? — с вызовом спросила Вера. — По-моему, вам нужно что-нибудьпридумать.

— Мне нужно было привязать вас к себе, — проворчалон недовольно.

— Может, ещё раз позвонить Борису? — неожиданнопредложила она.

— Зачем?

— Пусть пришлёт сюда своих людей. Чтобы они насзащитили, — пояснила Вера, — ведь у него есть целый штат охраны вПариже. А оттуда сюда часа три. Полтора часа на самолёте до Мадрида. И ещёстолько же из Мадрида в этот Хаэн. Уже днём они могут быть здесь, если мы,конечно, забаррикадируемся и никого сюда не пустим.

Дронго с изумлением смотрел на неё.

— Может, я вас действительно недооцениваю, —пробормотал он, — для обычной женщины вы слишком рационально мыслите. Хотяиногда ведёте себя весьма беззаботно, — добавил он, вспомнив её утреннийзвонок. Она не обиделась.

Ошибки могут быть у всякого. — Она подняла трубку инабрала номер личного телефона Бориса Каплуновича в Москве. Там сейчас должнобыть около одиннадцати утра. Она долго ждала, пока наконец он недовольноответил.

— Это я, — быстро произнесла Вера.

— Опять позвонила? Ещё нет одиннадцати.

— Знаю. Слушай меня, Борис. Нас засекли. Когда мы стобой разговаривали. Они, наверное, слушают все твои телефоны. Как я тебеговорила, мы сейчас в городке Хаэн. Это между Кордовой и Мадридом. Срочновысылай из Парижа своих «горилл». Чем больше, тем лучше. И как можно быстрее. Унас не так много времени. Пусть приедут в отель-парадор «Кастильо де СантаКаталина». Восемнадцатый номер. Как можно быстрее, ты меня понимаешь?

— Понимаю, — ответил ошеломлённыйКаплунович, — а Дронго с тобой?

— Да. Посылай людей, иначе нас убьют.

— Сейчас позвоню в Париж. Вы только продержитесь. Какойу вас телефон?

Двадцать шесть, сорок четыре, одиннадцать. И код Испании иэтого Хаэна. Ты все понял? Никуда не выходите. — Он отключился.

— Обещал прислать людей, — сообщила Вера, положивтрубку.

Дронго поднялся. Подошёл к двери. Тяжёлая, массивная дверь.И достаточно сильный замок. Такую дверь непросто выломать. Он повернулся,посмотрев на шкаф. Если удастся притащить этот шкаф к двери, можно будетиспользовать его как неплохую подпорку. Он подошёл к шкафу и попытался сдвинутьего с места. Нет, это практически невозможно. Шкаф слишком большой и массивный.Он словно прибит к полу. Но можно использовать стол и стулья.

Он подошёл к столу. Тоже слишком массивный, но его хотя быможно двигать.

— Помогайте мне! — крикнул он своей спутнице. Онапокорно встала рядом с ним. Вдвоём им удалось перевернуть стол и дотащить егодо дверей. Потом они сложили тяжёлые стулья. Получилась неплохая баррикада.

Может, они решили подождать нас на улице? —предположила Вера, прислушиваясь к шагам в коридоре. Пока никто их не тревожил.