Забытый грех - Диана Бош

– Вадик, давай расставим все точки над i. Фразу – «помнишь, как нам хорошо было вместе» – обычно произносят, когда люди были близки. Это явно не наш случай, поэтому позволь инкриминировать тебе грязную подтасовку фактов.

Он хотел что-то сказать, но она предупреждающе подняла ладонь и повысила голос:

– Я еще не все сказала, дай мне договорить. – Алекс встала и, отойдя к стене, продолжила: – Ты исчез на долгих пять лет – меня не интересует, что по поводу наших телефонных разговоров думала твоя жена: я-то знала, что у нас, кроме дружеской болтовни на философские или околонаучные темы, больше ничего нет и не будет.

Вадим опять хотел что-то возразить, но она повысила голос, перебив его:

– Да! У тебя имелся шанс, не скрою, одно время я была влюблена в тебя. Но видишь ли, я считаю, что мужчина, коль скоро ему нравится женщина, непременно проявляет инициативу. Если этого нет – то вариантов два: либо он не мужчина, либо ему женщина не нравится. Поэтому когда-то я свои чувства зажала в кулак, смирившись с тем, что дальше разговоров дело не зайдет. Когда прекратились и они, мне было несколько обидно. И хотя мне не нравилась такая изоляция, я ее приняла. А теперь – все. Ни чувств, ни надежд не осталось. Наконец, я искренне не понимаю: отчего у тебя вдруг вспыхнула такая неземная любовь? Был шанс – ты его не использовал, а сейчас поздно.

Вадим слушал молча, опустив голову и не поправляя челки, упавшей на лоб. Когда Александра замолчала, он посмотрел на нее и откинул волосы назад.

– Любой человек имеет право на ошибку. Да, я был не прав, но у нас еще все впереди. Я во многом пересмотрел свое отношение к жизни. Так разве плохо, что я изменился?

Она задумчиво покачала головой. И тут он настолько неожиданно, что Александра не успела среагировать, вскочил и взял ее за плечи. Вадим пах молоком и мятой, он был близко, и от него шел такой жар, что на мгновение у нее закружилась голова. Но она тут же взяла себя в руки.

– Вадим, давай перенесем на завтра наш разговор. Мне утром нужно рано вставать, поэтому самое разумное – сейчас лечь спать, – твердо сказала она, отстраняясь. Кивнув ему на прощание, Александра торопливо пошла к своей спальне.

Он тут же догнал ее и схватил за руку.

– Да, сейчас Марина постелет тебе в комнате для гостей. – Она аккуратно вытащила ладонь из его пальцев. – Извини, я иду спать.

Утром Вадима в доме не оказалось.

– Вадим Владимирович вызвал такси и уехал, едва только стало светать, – суетливо сообщила ей Марина, пряча глаза. Она чувствовала себя виноватой за то, что пустила вчера его в дом, не позвонив хозяйке. Но у него был такой уверенный вид, что Марина ничуть не усомнилась – Александра в курсе его визита. – Сказал, что нужно пораньше прийти на работу.

Александра после всех событий, случившихся накануне, чувствовала себя разбитой. Испытывая ощущение досады и злости на себя, она поплелась в душ. Долго стояла под струями воды, подставляя лицо и делая воду то ледяной, насколько это возможно при летней жаре, то обжигающе горячей. Потом долго и ожесточенно терла себя скрабом из соли, смешанной с кофе и эфирными маслами.

Но ни ароматы, всегда приводившие ее в хорошее расположение духа, ни яркое солнце, пробивающееся сквозь неплотно прикрытые жалюзи, не улучшали настроения. Из ванной она вышла мрачнее тучи и, не обращая внимания на разрывающийся телефон, принялась наносить макияж.

– Александра Ильинична, – окликнула ее Марина, – вы здесь? Почему телефон не берете, ваша мама звонит!

Александра испуганно схватила трубку и прижала ее к уху:

– Алло?

– Ты что, до сих пор спишь? – строго спросила мать. – Пора бы уже встать.

– Мама, я не сплю. Ты чего звонишь, что-то случилось?

– Так ты уже выехала?

– Нет.

– Можешь не выезжать, рейс отменили.

– Как?!

– Очень просто. Штормовое предупреждение. Позже прилетим. Пока.

Александра долго смотрела в стену перед собой, едва сдерживаясь, чтобы не разрыдаться. Ей хотелось видеть Митю и Алису, ее обижала манера матери бросать трубку, не договорив, да и чувство тревоги, взявшейся неизвестно откуда, не отпускало ее.

Быстро закончив макияж по экспресс-методу – слегка подкрасив глаза и освежив губы блеском, – она понеслась к Фаине. Кто еще, как не старинная подруга, поможет ей разобраться в себе?!

По дороге, немного поколебавшись, она все-таки набрала номер Лямзина. Хоть она и чувствовал себя правой, но убедиться в том, что Эдик думает точно так же, ей очень хотелось. Разговора не получилось – Лямзин был занят, но то, что он очень обрадовался ее звонку, было приятно.

Лямзин в этот момент находился в кабинете Планового и докладывал ему о результатах баллистической экспертизы:

– В квартире Аффана было обнаружено ружье охотничье фермерское, модели ОФ-9301, для стрельбы патронами и летающими шприцами. Модель предназначена для вакцинации животных, защиты хозяйства и любительской охоты. Номер на ружье спилен, причем так глубоко, что даже методом ионной бомбардировки установлен не был. Заключение эксперта: выстрел шприцом с дитилином был произведен из данного ружья. Как видите, Константин Михайлович, ничего нового для следствия экспертиза не дала.

Плановой так долго молчал, что Лямзину стало неуютно. Потом полковник мрачно сказал:

– Что-нибудь обнадеживающее есть?

– Нет.

– Плохо. Имей в виду, с сегодняшнего дня докладывать генералу о результатах расследования я обязан еженедельно.

– Стараемся, Константин Михайлович.

– Этого мало, господин подполковник, – иронично сказал Плановой. – Имей в виду, Эдуард, если не наметится положительный сдвиг, то к начальству пойдем вместе. Будешь о ходе оперативно-розыскных мероприятий рапортовать сам.