Эффект прозрачных стен - Ирина Грин

– Кофе отменяется. Я знаю тут рядом рыночек. Продукты в основном, но и из шмоток что-то в дорогу можно приобрести вполне терпимое.

Они пробежали полквартала, свернули в небольшой сквер и действительно наткнулись на пару овощных рядов и небольшой павильон с гордой надписью «Dolce & Gabbana».

– Здравствуйте! – приветствовал Федор стоявшую за прилавком женщину лет шестидесяти в объемной кофте ручной вязки. – Нам нужны кроссовки приличные на девушку. Какой размер? – он обернулся к Асе.

– Тридцать седьмой, – сказала Ася, с сомнением рассматривая представленные на витрине модели.

– Есть отличные кроссовки «Гуччи», – ответила женщина, выкладывая на прилавок обувку. – Легкие, теплые, как раз на весну. Продавала за полторы тысячи, но вам, так и быть, за тысячу отдам. Будете мерить? Проходите за прилавок, становитесь на газетку.

– А какой-нибудь курточки нет для девушки? – не унимался Федор.

– Курточка вот, «Шанель». Очень симпатичная, из новой коллекции, последняя осталась. Тут брачок небольшой, вот, видите, будете брать – уступлю.

– Прямо-таки «Шанель»? – усомнилась Ася.

– Конечно! Видите – вот тут кругленько так, под шейку. Это и есть «Шанель». Там, сзади, и лейбл соответствующий имеется. Кстати, платочек ваш идеально подойдет. Посмотрите-ка на себя в зеркало! Ну не красавица? Просто икона стиля! Хоть сейчас на подиум. Берете?

Пока Ася с большим сомнением рассматривала курточку, Федор поспешил ответить:

– Берем, берем. Курточка – просто мастхэв. Тем более если уступите. У вас эквайринг имеется? – Федор вытащил из нагрудного кармана банковскую карточку.

– Чего? «Дольче Габбана» есть на вас отличные мужские джинсы, а этого, как его, «экваринга» нету. Но я закажу на складе, если нужно. Вам для себя или для девушки? Хотя если для девушки, я бы не советовала. «Экваринг» этот больше для молодежи, а для этой девушки нужна классика.

– Не надо ничего заказывать, – милостиво разрешил Федор, вытаскивая из кармана наличку. – Классика так классика. Нам, пожалуйста, девушкины вещи упакуйте аккуратненько в пакет.

– Что-то мне «Шанель» не очень. Может, еще что-нибудь есть? – спросила Ася.

– Да уж больно размер у тебя маленький, не ходовой. Мы такие не заказываем. Хотя есть еще вот такой замечательный кардиган, как у меня. Большеват на тебя будет, но сейчас оверсайз очень даже в тренде. Только кардиган дороже. Хотите посмотреть?

– Не тяни время. «Шанель» прикольнее! – подогнал Асю Федор.

Из павильона Ася вышла в кроссовках «Гуччи» и курточке «Шанель». Довершали образ шарфик и большой баул с сапогами и плащом. Единственным желанием было не попасться на глаза кому-нибудь из знакомых. Нет, курточка была вполне себе приличная: серенькая, неброская. Пошита ровненько, молния не заедает, нитки не торчат. С новыми кроссовками и Асиными брюками вполне сочетается. Если убрать платок и надеть шапку, получится тощий подросток. Смущала Асю этикетка с названием известной фирмы. Носить подделки брендовых вещей в школе, где она работала учительницей, считалось полнейшим моветоном. Обладательница дерматиновой реплики сумки «Биркин» немедленно подверглась безоговорочному остракизму. И хотя Ася уже много лет не работала в школе, полученные там уроки отпечатались на подкорке мозга, и этикетка с гордым именем «Шанель» жгла шею пуще горчичника.

– Зачем это все? – спросила Ася, шагая практически в ногу с Федором. Пусть обувка и неказиста с виду, но идти в ней было довольно удобно. – Ну ладно кроссовки, а плащ мой чем тебя не устроил?

– Для маскировки, – скупо пояснил Федор. – Давай сюда свою поклажу.

Не сбавляя хода, он затолкал пакет в рюкзак, отчего сразу сделался похожим на бывалого туриста.

До отправления автобуса оставалось три минуты, когда они вбежали на перрон.

– Держи! – Федор скинул рюкзак и сунул его Асе вместе с билетами. От неожиданности она чуть не уронила тяжеленную поклажу на пол.

– Осторожно! – крикнул Лебедев уже на бегу.

Протащить объемный рюкзак по довольно узкому проходу оказалось чем-то сродни протаскиванию верблюда сквозь игольное ушко. Места им достались практически на галерке, и пока Ася добралась до них, сунула рюкзак под сиденье, силы оставили ее.

– Ваш билет, – Ася уставилась на стоявшую рядом женщину, не понимая, что от нее хотят.

– А?

– Билет предъявите, пожалуйста, – с плохо сдерживаемым раздражением произнесла женщина.

– А, вот, извините, – Ася протянула изрядно смятые бумажки.

– А где второй? – все тем же раздраженным тоном спросила контролер.

– Второй? Так вот же у вас в руках – один и второй…

– Человек второй где, я спрашиваю!

– Тут я! Тут! – раздался ликующий голос Лебедева, и через мгновенье он материализовался рядом. – Вот он я, подвинься, Ася!

Пробормотав что-то неодобрительное под нос, женщина-контролер двинулась дальше по проходу, а Федор протянул Асе бумажный пакет с двумя стаканчиками кофе и пирожками, от запаха которых Асю замутило.

– Ешь сам, – сказала она, отодвигая руку Федора.

– Ты чего? – он поднял на нее недоумевающие глаза. – Обиделась из-за чего-то? Кофе хоть глотни! Сахар – вот, отдельно, в стиках. Сколько тебе? Я много взял на всякий случай.

Вообще-то для Аси еда в автобусе – вещь недопустимая. Но парочка на соседнем сиденье упоительно трескала пиццу из большой коробки, а сзади доносился шорох разворачиваемой упаковки. И кофе был предусмотрительно закрыт крышечками – есть шанс доехать в незаляпанной куртке. Вопрос куда.

– Вот что, – сказала Ася строго, – не буду есть, пока не скажешь, куда, собственно, мы направляемся.

– Ну какая же ты ненаблюдательная, а еще сыщик! На автобусе вот такими буквами написано – Андреевск. А стало быть, туда мы и едем.

– И что мы там забыли?

– Короче, ситуация такая. Я нарыл, что рожала Неонила в Андреевске.

– Как нарыл? – Ася, забыв о данном обещании, вытащила из пакета, грустившего на коленях Федора, стаканчик с кофе и сделала небольшой глоток. Вопреки ожиданиям, вокзальный кофе оказался довольно приличным.

– А сахар? – встрепенулся Федор.

– Не отвлекайся, – вернула его в нужное русло Ася.

– Нарыл очень просто. Это где тебя рожали, тяжело узнать. А сейчас, в век глобальной компьютеризации, все про всех известно.

– Но разве это не секретная информация?

– Не знаю. Секретную шифруют, а эта практически в открытом доступе.

– Практически?

– Я не понимаю, тебе интересно, что я нарыл, или как? – возмущенно вскричал Федор.

Парень с соседнего сиденья вопросительно посмотрел на него, не переставая жевать пиццу.