Камни вместо сердец - К. Дж. Сэнсом

– Послушайте-ка меня, мастер-горбун! Здесь командую я. И вы сейчас выходите из этой комнаты, или я прикажу Хобу с Пэлином выставить вас отсюда без всяких церемоний. Неужели вы хотите, чтобы Феттиплейс увидела это?

Сделать я ничего не мог, и потому позволил ему вывести меня из комнаты, оставив надзирателей стоять напротив Эллен, как если бы она была опасным животным, а не отчаявшейся и беспомощной женщиной. Затем Эдвин захлопнул за собой дверь, задвинул небольшое квадратное наблюдательное окошко и повернулся ко мне лицом. Он тяжело дышал.

– Что у вас произошло здесь, адвокат? – потребовал он ответа. – Мы услышали ее крики с противоположного конца дома. Крики этой женщины… обыкновенно самой спокойной и рассудительной среди всех наших подопечных. Что вы сказали или, быть может, сделали с ней?

Взгляд его превратился в злобную усмешку.

– Ничего. Я только сказал ей, что ненадолго уезжаю. – Ради Эллен я не мог вдаваться в подробности.

– Ну, положим, это самая лучшая новость с тех пор, как голову Кромвеля насадили на пику. – Глаза Шоумса сузились. – И это все? Я слышал, как она кричала о горящих людях, о небе, готовом поглотить ее.

– Она начала кричать, когда я сказал ей о том, что уезжаю, и я ровным счетом ничего не понял.

– Когда они приходят в возбуждение, то начинают кричать самую безумную ерунду. – Эдвин вновь едко усмехнулся. – Значит, не нравится ей ваше отсутствие, так?

За дверью раздались мужские голоса. Что-то с грохотом подвинули.

– Что с ней делают? – забеспокоился я.

– Связывают. Так происходит со всеми, кто начинает скандалить. Радуйтесь, что дело не дошло до цепей.

– Но она ведь больна…

– A тех, кто болен, и положено ограничивать. Чтобы они учились правильно вести себя. – Смотритель склонился ко мне. – Вина за этот припадок лежит на вас, мастер Шардлейк, все из-за ваших частых визитов. Думаю, что в следующий раз вы явитесь к нам не скоро. И если вы уедете, она, быть может, поймет, что вы не намереваетесь строить свою жизнь возле нее, и это может пойти ей во благо. Мы здесь присмотрим за ней, постараемся, чтобы она не натворила глупостей.

– Наверное, вам было бы проще, если бы она умерла, – проговорил я негромко.

Покачав головой, мой собеседник серьезно посмотрел на меня:

– Ошибаетесь, мастер Шардлейк. Мы сохраняем ее в безопасности уже девятнадцать лет и будем оберегать и дальше.

– Оберегать от кого?

– От себя самой. – Эдвин снова наклонился и неторопливо проговорил, подчеркивая каждое слово. – Единственную опасность для Эллен Феттиплейс представляют волнующие ее люди. Для всех будет лучше, если она будет жить здесь довольная собой, как корова на выпасе. Ступайте и занимайтесь своими делами. А когда вернетесь, тогда и посмотрим, что к чему.

– Позвольте мне заглянуть в комнату, прежде чем я уйду. Хочу посмотреть, все ли с ней в порядке, – попросил я.

Поколебавшись немного, Шоумс постучал в дверь комнаты Эллен. Открыл Гибонс. Пэлин стоял возле постели моей приятельницы. Ее руки и ноги были связаны. Она смотрела на меня уже не пустыми, но полными гнева глазами.

– Эллен, – проговорил я. – Прости меня…

Женщина не ответила, а только сильнее стиснула связанные руки. Шоумс закрыл дверь.

– Ну вот, – проговорил он, – полюбовались на дело рук своих?