Ангелы полуночи - Норма Бейшир

Эшли выбралась из постели и подошла к окну. Глядя на полную луну, висящую над силуэтами небоскребов Манхэттена, девушка внезапно пожалела, что просила Брендона устроить встречу с его родителями. «Ему здесь тоже не по себе. Он не хотел сюда ехать и сделал это только ради меня. А теперь нам обоим плохо».

Нет, она не станет ничего говорить Брендону о той ни на мгновение не ослабевающей враждебности, которую ощущала почти физически. При сыне родители были с ней чрезвычайно любезны. Совершенно очевидно – они не хотели, чтобы он догадался об их истинном отношении к намечающемуся браку, не хотели проявлять своего отношения открыто. «Брендон и без того сердит на них, а что будет, если ему рассказать? Вбивая глубже клин между ними, я себе лучше не сделаю. Напротив, может стать даже хуже. Самое главное – выдержать еще несколько дней. Потом мы уедем, и, надеюсь, я не скоро увижусь с ними.

Если повезет».

– Какого черта тебе от меня нужно? – сердито сверкая глазами, проворчал Брендон. Они были одни в библиотеке. Бредли Холлистер заявил, что им нужно поговорить с глазу на глаз, при закрытых дверях.

– Говори потише, сын, чтобы она тебя не услышала, – вместо ответа попросил Холлистер. – Чтобы никто тебя не услышал.

– Пусть хоть весь свет слышит! – взорвался Брендон. – Ты опять за старое, папа, правильно я понимаю? В свое время ты уже пытался повлиять на меня, прибегая к своим низкопробным фокусам. Забыл, что из этого вышло? Или просто не в состоянии не лезть в чужие дела?

– Мы с твоей матерью беспокоимся прежде всего о тебе… – начал было Холлистер.

– Не сомневаюсь! Ты уже не раз доказывал это, не правда ли? Все, что ты делаешь, продиктовано исключительно заботой обо мне. Твоя маленькая империя… Она ведь создавалась для меня, верно?

– Да, я всегда надеялся, что в один прекрасный день ты все возьмешь в свои руки…

– Вот это истинно отцовская забота! Вот это я понимаю! – От возмущения глаза Брендона сверкали. – Сначала ты попросту шпионил за мной… Ради моего блага, конечно. А теперь лезешь в мою личную жизнь!

– Эта женщина просто шлюха, сын…

– Не смей называть меня сыном! – Брендон яростно затряс головой. – Тебя волнует одно – чтобы я не женился на Эшли или на ком-нибудь еще, кто может узнать правду о тебе и твоих деловых интересах и окажется достаточно честен, чтобы положить конец махинациям. Можешь не беспокоиться. У меня нет ни малейшего желания рассказывать ей о твоих делишках. Я бы сквозь землю от стыда провалился, если бы мне пришлось это сделать. Так же как если бы мне пришлось рассказать Эшли о том, чем ты занимаешься сейчас.

– Но не станешь же ты отрицать, что она была… м-м-м… достаточно неразборчива в связях… – начал было Холлистер.

– Плевать мне на то, как Эшли жила до встречи со мной, – взяв себя в руки, холодно заявил Брендон. – Я уверен, что с вечера нашего знакомства она не была ни с кем, кроме меня. Больше меня ничего не волнует. Буду очень признателен, если ты в дальнейшем перестанешь соваться в наши дела. – Он направился к двери, но потом остановился и снова повернулся к отцу. – Мы уезжаем сегодня же утром. Я хочу оформить наш брак как можно быстрее… если Эшли не раздумала. Теперь, когда она знает, каких родственников приобретает вместе со мной!

С этими словами Брендон вышел.

Холлистер глядел ему вслед, внезапно осознав, что совершил ужасную ошибку.

Как Брендон и обещал отцу, они поженились сразу же по возвращении из Нью-Йорка. Счастливый молодой муж хотел провести медовый месяц, растянув его как можно дольше, в круизе по Карибскому морю. Однако Эшли настояла на том, чтобы остаться в Сан-Франциско и просто наслаждаться очарованием этих неповторимых дней, первых дней их брака.

– Нам нужно найти дом, – заявила она в первую же ночь после того, как они поженились. – Нельзя же продолжать жить здесь, в моей квартире.

– А почему бы и нет? – Брендон поцеловал ее в шею. – Что нам еще нужно, кроме спальни? Да и вообще я ничего не имею против тесноты – она, как известно, сближает.

– Если бы речь шла только о нас с тобой, эту квартиру можно было бы назвать прекрасной, но… – нерешительно начала Эшли.

Брендон вопросительно посмотрел на нее.

– Что? Собирается приехать твоя мать? Или?..

– Не в том дело. – Эшли надолго смолкла. – В последнее время я неважно себя чувствовала и перед нашей поездкой в Нью-Йорк побывала у доктора Эдвардса. А потом все время ждала подходящего момента, чтобы сказать тебе…

– И что? – нетерпеливо спросил он, когда она опять замолчала.

– Я просто задам тебе тот же вопрос, какой доктор задал мне, – сказала Эшли в конце концов, набрав в грудь побольше воздуха. – Ты кого хочешь, мальчика или девочку?

Брендона будто молнией поразило.

– Ты… ты…

Эшли засмеялась.

– Это называется беременная, дорогой. Почти шесть недель, как сказал доктор Эдвардс.

– Как? Как это могло произойти? – Брендон, казалось, все еще не мог переварить услышанную новость.

– Как обычно, глупый! – Эшли улыбнулась и поцеловала его. – Надеюсь, ты рад?

Наконец-то потрясенное выражение на его лице сменилось улыбкой.

– Конечно, рад! – почти закричал он. – Просто я удивился, вот и все. У меня даже мысли не было…

– У меня тоже, – призналась Эшли. – Я думала, это какое-то отравление или еще что-нибудь в том же духе.

– Но мне казалось… Нет, я был просто уверен, что ты пьешь таблетки…

– Мой организм их не принимает, – объяснила Эшли. – Какое-то гормональное несоответствие. Даже очень низкие дозы заставляют меня чувствовать себя совершенно больной. Обычно я предохраняюсь с помощью противозачаточного колпачка, но в Биг-Суре все между нами произошло так быстро… так неожиданно… что у меня из головы вылетело… Глупо, правда?

– Не глупо – замечательно! – воскликнул Брендон. – Биг-Сур… Думаешь, это случилось в Биг-Суре?

– Уверена. Единственный раз, когда я просто голову потеряла, – без колебаний ответила Эшли.

Внезапно он крепко сжал ее в объятиях и страстно поцеловал.

– Это лучший свадебный подарок, который ты могла мне преподнести, – сказал Брендон. – Самый лучший…

Они купили дом в Ноб-Хилле. Просторный старый дом с большими комнатами, где было много света и воздуха. Надежное, прочное здание в отличие от более современных, на чем особенно настаивал Брендон. Дом требовал небольшого ремонта и окраски, но Эшли это ничуть не огорчало. Напротив, она радовалась, предвкушая, что все будет делаться под ее непосредственным наблюдением. «Замечательно – навести здесь порядок и отделать дом так, как нам хочется! – думала она. – Только тогда это будет настоящий дом. Наш дом».