Восемь - Кэтрин Нэвилл

Король Артур видел удивительный сон. Снилось ему, что он сидит в кресле наверху колеса, в богатых одеждах, украшенных золотом… и внезапно колесо повернулось, он упал вниз и оказался среди гадов ползучих, и каждая тварь кусала его. И тогда король, лежавший в своей постели, закричал во сне: «Помогите!»

Сэр Томас Мэлори. Смерть Артура

Regnabo, Regno, Regnavi, Sum sine regno.

Я буду царствовать, я царствую, я царствовал, я без царства.

Надпись на колесе Фортуны в картах Таро

Следующее после шахматного турнира утро было утром понедельника. Я, пошатываясь, встала со своей скомканной постели, убрала ее в шкаф и отправилась в душ, готовиться к следующему рабочему дню в «Кон Эдисон».

Вытершись полотенцем, я босиком прошлепала в прихожую на поиски телефона среди моего хаоса. После нашего с Лили обеда в «Пальме» и странных событий, которые предшествовали ему, я решила, что мы с ней точно две пешки в чьей-то игре. Мне хотелось убрать с моей стороны доски наиболее тяжеловесные фигуры. Я точно знала, откуда начать.

За обедом мы с Лили решили, что соларинское предупреждение как-то связано с диковинными событиями того дня. Однако после этого наши мнения разошлись. Лили была убеждена, что за Солариным стоит кто-то еще.

— Сначала при невыясненных обстоятельствах умирает Фиске, — рассуждала она, когда мы сидели среди пальм за деревянным столом, уставленным блюдами. — Откуда мы знаем, что это не Соларин убил его? Затем исчезает Сол, оставив мою машину и собаку на поругание вандалам. Очевидно, Сола похитили, он бы ни за что не покинул свой пост добровольно.

— Да уж, это очевидно, — сказала я с улыбкой, наблюдая, как она с волчьим аппетитом набросилась на жареное мясо.

Я была уверена, что Сол теперь не посмеет предстать перед Лили, если только с ним и впрямь не случилось что-нибудь ужасное. Лили между тем покончила с мясом и приступила к уничтожению огромного блюда салата и трех порций хлеба. Одновременно она продолжала разговор.

— Затем кто-то навскидку стреляет по нам, — проговорила Лили с набитым ртом. — И мы обе пришли к выводу, что выстрел был сделан из открытого окна комнаты для игры.

— Два выстрела, — отметила я. — Возможно, кто-то стрелял в Сола и убрал его до нашего прихода.

— Но piece de resistance[13], — продолжала Лили, уминая хлеб и пропуская мои слова мимо ушей, — в том, что я обнаружила не только метод и средство, но и мотив.

— О чем ты говоришь?

— Я знаю, почему Соларин пошел на такую подлость. Я вычислила это между первым ребрышком и салатом.

— Просвети меня, — сказала я.

Мне было слышно, как в сумке Лили скребется Кариока, и я подозревала, что рано или поздно наш официант тоже это

услышит.

— Ты, конечно, знаешь о скандале в Испании? — спросила она.

Мне пришлось напрячь память.

— Ты имеешь в виду, как Соларина срочно отозвали в Россию несколько лет назад?

Она кивнула, и я добавила:

— Ты говорила об этом, но больше ничего не рассказывала.

— Это произошло из-за формулы, — сказала Лили. — Видишь ли, Соларин довольно рано сошел с дистанции и не участвовал во всей мышиной возне шахматного мира. Он играл на турнирах лишь от случая к случаю. Он получил титул гроссмейстера, но на самом деле обучался на физика. Этим он и зарабатывает на жизнь. Во время турнира в Испании Соларин сделал ставку, пообещав другому игроку некую секретную формулу, если тот победит его.

— Что это была за формула?

— Я не знаю, но, когда о пари было напечатано в газетах, русские запаниковали. Соларин исчез той же ночью, и о нем до сего времени ничего не было слышно.