Бремя идолов - Чингиз Абдуллаев

В половине пятого вечера Дронго перевернул последнююстраницу в папке материалов, предоставленных ему Бозиным. В нескольких пухлыхпапках было все, что можно было собрать за эти дни. Акты экспертиз, показаниясвидетелей, оперативные версии, которые разрабатывались в этот период, беседы собоими судьями, изгнанными после опубликования громкой статьи Звонарева. Приэтом оба судейских чиновника, обиженные на Звонарева, еще больше были обиженына саму систему, которая выбрала именно их в качестве «козлов отпущения».Показания одного из судей особенно запомнились Дронго. Сам того не желая, Бозинзафиксировал поразительное обвинение самой судебно-следственной системе страны.

Один из свидетелей напрямую заявил, что в этой стране всесудьи берут взятки, а кто не берет, тот ненормальный.

К пяти часам Дронго приехал в МУР. У него была назначена встречас полковником Демидовым, одним из самых известных сотрудников уголовногорозыска столицы. Уголовники уважительно называли его «стариком». Все знали обабсолютной честности Демидова, о его умении соблюдать данное слово. Среди воровв законе он даже считался своеобразным авторитетом, которому можно абсолютнодоверять. Именно с ним дважды перед своей гибелью встречался Звонарев, когдаготовил материал о наркотиках. Демидов, переведенный в МУР, чтобы заняться этойпроблемой, пытался поставить заслон многочисленным торговцам наркотиками, чтобыхоть как-то сдержать лавину «белой смерти», наступающей на город. К концудевяностых наркомания стала не просто серьезной проблемой города и страны, онапревратилась в проблему общенационального масштаба почти во всех странах СНГ.

Торговцы наркотиками, пользуясь отсутствием внутреннихграниц между государствами содружества, беспрепятственно перевозили свойсмертоносный груз с маковых плантаций на рынки сбыта.

Они давно были знакомы, и поэтому Демидов сразу же принялДронго в своем кабинете, догадываясь, о чем хочет поговорить с ним гость.

— Вы дважды встречались с погибшим Звонаревым, — началДронго, когда они сели за стол. В этом кабинете, в отличие от кабинета Бозина,Дронго не отказывался ни от крепкого чая, ни от крекера, который ему сразу жепредложили, выставив на закусочный столик.

— Встречались, — кивнул Демидов, — он был очень толковыйпарень. Пытливый, дотошный. Жаль, что все так получилось.

— Что его интересовало? Какая проблема?

— Та же, что и нас всех. Наркотики. Распространениенаркотиков среди молодежи. Он считал, что общество недооценивает эту беду.Конечно, справедливо считал. Опубликовал две очень мужественные статьи, многоеназвал своими именами. В общем, парень был с головой, мне такие нравятся. Я былочень расстроен, когда узнал, что его «заказали».

— Ваши клиенты не могли этого сделать?

— Конечно, могли, — раздумчиво протянул Демидов. — Могли, ноне сделали.

— Почему? — быстро спросил Дронго.

— Вы его материалы читали? Те две статьи, которые вышли в«Московском фаталисте»?

— Читал.

— Тогда должны были обратить внимание на его стиль. Мы ведьне называли конкретных имен перекупщиков. Проблема была в детях, которых нужноспасать от этого зла. У меня уже семилетние наркоманы на учете стоят. Вот о чемон писал.

Поэтому вряд ли его «заказал» кто-нибудь из моих клиентов.Нет, не думаю. И потом, они со мной бы связываться не захотели. Все знали, чтоя разрешил Звонареву собирать материал. Значит, «заказывая» журналиста, они, вобщем-то, наносили удар по мне. Такой этикет в их воровском мире. А такие вещине прощаются. Я с ними никогда не паскудничаю, наркотики им не подкладываю,лишнего ничего не вешаю. И если кто-нибудь из них решил мне вот таким подлымобразом ножку подставить, то они сами знают, что за это будет. И потом, такиевещи в нашей среде скрыть трудно. Если «заказал» и решил меня уколоть, тообязательно об этом должен трепаться, иначе какой смысл в таком уколе. А я задве недели ничего подобного не слышал. Значит, не мои, это почти наверняка.

— Но он занимался этой проблемой достаточно давно, говорят,однажды даже посетил какую-то квартиру перекупщиков.

— Которая была под нашим контролем, — подмигнул Демидов. —Вы думаете, мы просто так позволим журналисту лезть в квартиру перекупщиков? Даего там на кусочки разрежут, и никаких следов никто никогда не найдет. Конечно,мы ему помогали. Но так и должно быть. Я же не мог отпустить парня одного вэтот ад.