Последний шанс - Джон Гришэм

Вечером в понедельник «Пантеры» стали собираться на стадионе. Настроение было паршивое: итальянцев расстроила потеря бегущего — известие, что половина их атакующего состава испарилась, не прибавило радости. Рик сидел на стуле ко всем спиной напротив своего ящика, с головой погрузившись в журнал игровых комбинаций. Он чувствовал на себе взгляды возмущенных игроков и сознавал, что поступил очень скверно. Пусть это всего-навсего клубный футбол, но и здесь победа многое значит. А верность команде еще больше.

Рик медленно переворачивал страницы, изучая нарисованные крестики и нолики. Составитель игровых комбинаций предполагал, что у «Пантер» имеется быстроногий бегущий и принимающий, способный ловить пасы. Рик мог бросить мяч, но если нет человека, готового его принять, то все эти выкладки лишь свидетельствуют, что в команде не хватает игроков.

Фабрицио тоже не появлялся. И его ящик был пуст.

Сэм сказал команде несколько веских слов. Ругаться не имело смысла. У игроков и без того скверное настроение. Вчерашний матч стал историей. Но через шесть дней предстояла новая игра. Он объявил о бегстве Слая, хотя слухи уже циркулировали среди «Пантер».

Их следующим противником являлась команда Болоньи — традиционно сильный коллектив, как правило, участвовавший в розыгрыше Суперкубка. Сэм расписал опасность «Воинов». Они легко взяли верх в двух первых играх благодаря кинжальным выносным комбинациям с участием Монтроуза, некогда игравшего за Университет Ратджерса.[29]Он недавно приехал в Италию, и его слава росла с каждой неделей. Вчера в матче против римских «Гладиаторов» он бежал с мячом двадцать восемь раз, одолел триста ярдов и осуществил четыре приземления в зачетной зоне противника.

Пьетро во всеуслышание поклялся переломать ему ноги, и команда с воодушевлением поддержала его намерение.

После вялой беседы для поднятия духа футболисты выбежали из раздевалки на поле. Как итог вчерашней игры у многих болели одеревеневшие мышцы. Алекс не перегружал своих подопечных и провел щадящую разминку. После легких упражнений игроки разделились на защитников и нападающих.

Рик предложил новую схему атаки — превратить Трея из свободного защитника в бегущего и бросать ему тридцать раз за игру. У него хорошая скорость, ловкие руки, маневренность, и в школе он играл в этой роли. Сэм прохладно принял идею — главным образом потому, что она исходила от Рика, а он все еще едва говорил с квотербеком и объявил конкурс на нового принимающего. Рик и Альберто полчаса бросали мяч дюжине кандидатов. В итоге Сэм позвал Трея и совершил перестановки. Но участие Трея в линии атаки оставляло зияющую дыру в защите.

— Если мы не сумеем остановить противника, то попробуем переиграть его по очкам, — пробормотал тренер, почесал затылок и дал свисток. — Пошли смотреть видеозапись.

Видеозапись в понедельник означала холодное пиво и смешки — именно то, что требовалось команде. Игроки получили бутылки «Перони», любимого пива итальянцев, и настроение немного поднялось. Сэм не стал ставить пленку с игрой «Носорогов» — предпочел показать подопечным действия Болоньи. «Воины» обладали хорошей защитой по всей ширине поля и имели в тылу крепкого парня, который два года играл в аренабол и мог снести любого соперника. Настоящий охотник за головами.

«Мне бы такого», — подумал Рик, делая большой глоток пива. Монтроуз показался им немного медлительным, а римские защитники — вообще черепахами. И вскоре Пьетро и Сильвио решили, что он не представляет угрозы.

— Мы его сломаем, — заявил Пьетро на английском языке.

Пиво продолжало литься рекой, но после одиннадцати Сэм выключил проектор и, пообещав, что в среду устроит суровую тренировку, распустил футболистов по домам. Итальянцы ушли, а Рик и Трей задержались и открыли с тренером еще по бутылке.

— Синьор Брункардо не склонен брать еще одного бегущего, — сказал Сэм.

— Почему? — спросил Трей.

— Точно не уверен. Видимо, дело в деньгах. Он по-настоящему расстроен вчерашним поражением. Если мы не способны бороться за Суперкубок, к чему бросать деньги на ветер? Команда не приносит ему прибыли.

— В таком случае зачем он занимается футболом? — поинтересовался Рик.

— Хороший вопрос. В Италии приняты странные законы. В соответствии с ними он, как владелец спортивной команды, имеет возможность списывать большие суммы активов в счет расходов. Иначе это бы все не имело смысла.

— Фабрицио — вот наше решение, — предложил квотербек.

— Перестань.

— Я серьезно. С Треем и Фабрицио мы получим двух отличных принимающих. Ни одна итальянская команда не может себе позволить двух американцев в защите. Следовательно, противник не сумеет нейтрализовать наших атакующих. Замыкающий нападение нам ни к чему. Франко гарантирует пятьдесят ярдов за игру и обеспечит достойную защиту. А с Треем и Фабрицио мы возьмем на распасовке четыреста ярдов.

— Я сыт по горло твоими предложениями, — отрезал Сэм. — Фабрицио больше не обсуждается.

Потом в баре Рик и Трей чокнулись за Слая и одновременно обругали его почем зря. Оба, хоть и не признавались, соскучились по дому и завидовали сбежавшему товарищу.

Во вторник во второй половине дня Рик, Трей и дублер-ученик Альберто встретились на стадионе с Сэмом и три часа уточняли направление атак, согласовывали действия по времени, обсуждали сигналы и общую стратегию нападения. Позже к их компании присоединился Нино. Тренер проинформировал его, что в оставшихся играх сезона они будут взаимодействовать с квотербеком глубоко за линией схватки, поэтому ему следует как бешеному тренироваться в отрыве мяча. Чтобы со временем Рику не приходилось опекать его со своей позиции.