Хищники - Алексей Макеев

– А-а-а… Ну давай. Я разве против? Главное, чтобы на пользу делу… – уже остыв, обронил Орлов.

Выйдя в коридор, опера направились к выходу. Проходя мимо своего кабинета, в дверной ручке они заметили свернутые трубкой какие-то бумаги. Развернув компьютерные распечатки, Лев увидел заключение фотошоперов по исследованию костных останков и прижизненных изображений погибших в «Ниссане». Как оказалось, компьютерная техника полностью поддержала мнение судмедэкспертов относительно Стефании – останки на водительском кресле принадлежали именно ей. Не ошибся и Станислав – он совершенно точно угадал останки Ошметченко. Третьего на тот момент идентифицировать оказалось нечем. Впрочем, фотошоперы, уже по своей инициативе, синтезировали электронный портрет третьего, убитого в «Ниссане». Припомнив фоторобот, составленный с участием Авдея Мишелло, Лев уверенно определил:

– Слушай-ка, а это он и есть! Посмотри. Ты же фоторобот сегодняшний уже видел?

– Да, мельком. – Крячко повертел распечатку в руках. – По-моему, ты прав – сходство есть, и очень серьезное.

Там же, в свертке, оказались распечатки телефонных разговоров Свербицкой. Пробежав их взглядом, Стас снисходительно рассмеялся.

– Опоздали они, опоздали! Куда их теперь? Только в мусорную корзину…

– С чего бы это вдруг – в корзину? – забрал у него распечатки Лев.

– Так Стефания уже в мире ином, шайка ее разгромлена… Все! Финита ля комедия, как сказал Наполеон, удирая из Москвы… – беззаботно парировал Стас.

– Ну и что, что она «в мире ином»? – Лев говорил, продолжая просматривать длинные колонки телефонных номеров. – Она же созванивалась с кем-то из «Хризолита»? Да. А это, уважаемый, – серьезная улика! Завтра загружу Валеру работой по идентификации номеров. И прежде всего из Уральского региона. Нам без этой информации соваться туда – никакого резона.

Стукнув кулаком по ладони, Крячко досадливо фыркнул:

– Вот гроссмейстер, ешкин кот! Все у него в мозгах – четко и по полочкам. Обзавидоваться можно. Блин, а мне даже и не подумалось, что эти номера и дальше нам будут нужны. Не, Лева, в самом деле – у тебя башка как швейцарский хронометр пашет. Ну что, до завтра?

Глядя вслед жизнерадостно насвистывающему Станиславу, Гуров набрал номер Ирины. Та откликнулась почти сразу же.

– Лев Иванович? Добрый вечер! А мы только что вспоминали о вас. Вы что-то хотели спросить? – прощебетала она.

Гуров попросил ее поделикатнее известить Бориса о том, что Игорь Карин погиб, о чем есть официальная информация. Вторая просьба касалась телефона вдовы Карина. Сразу же потускневшим, поникшим голосом девушка пообещала ему перезвонить минуты через три-четыре. Но телефон Льва зазвонил почти сразу же. Взволнованный голос Вологодцева отрывисто спросил:

– Лев Иванович! Что, Игоря нет в живых? Вам об этом сообщили официально? Я это чувствовал… Сейчас вот опять позвонил ему, но он снова «вне зоны действия сети». Господи! Какой же я был дурак! И что ж я раньше-то не заглянул в тот конверт? Знаете, что я об этом думаю? Скорее всего, те уголовные уроды, чтобы подстраховаться, перед тем как убить, Игоря пытали. Видимо, он, не выдержав муки, сказал им про конверт, который отдал мне. А они вышли на Стефанию. Бедный, бедный Игорюха!..

Как далее сообщил Борис, домашнего телефона Кариных у него нет, но он попробует его взять через общих знакомых.

Следующий звонок Гуров сделал на телефон Вольнова. Услышав его голос, тот, после обмена приветствиями, сразу же произнес:

– Чую заранее, у тебя что-то очень серьезное. Я прав?

– Да, Саш. Завтра утром мы могли бы увидеться? Есть вопрос – он не для телефонного разговора.

– Хорошо! – охотно согласился тот. – Завтра утром я свободен, на полчасика заверну к вам.

Покончив со звонками, Лев взглянул на часы. Уже было начало девятого. Сокрушенно вздохнув и мысленно напевая: «Опять от меня сбежала последняя электричка!..», он зашагал к выходу.