Заплати жизнью - Борис Бабкин

– Да что вы! Феликс Константинович ее в Москву отправил еще год назад. Квартиру ей там купил, на работу в какой-то банк устроил. А сейчас она вроде как замужем. Девчонки из наших, ну, горничные и няньки, так говорят. Мы иногда встречаемся.

– Понятно, – кивнул Бузин. – А обо мне спрашивают?

– Да постоянно. Все больше о том, когда же вы женитесь, и не заигрываете ли со мной. Я отвечаю, что ничего не знаю. Мол, Виктор Николаевич очень замкнутый и скрытный человек, никогда лишнего не говорит, но платит хорошо и не обижает.

– Я увеличиваю твою зарплату на десять процентов! – засмеялся Виктор.

– Спасибо, Виктор Николаевич.

– А теперь вот что скажи: как тебе Лида?

– Честно? – помолчав, спросила Роза.

– Конечно.

– Она вас очень любит. И никогда не предаст. Если с вами что-то произойдет, ведь в жизни всякое бывает, Лида вас не оставит.

– Спасибо! – Виктор улыбнулся. – Надеюсь, ты говоришь правду. А ты когда замуж собираешься? – Девушка, смущенно улыбаясь, опустила голову. – Жених-то у тебя есть?

– Есть, – чуть слышно проговорила Роза. – Он сейчас в институте учится, в педагогическом. Будет учителем русского и литературы. Вот как закончит институт, мы поженимся.

– Значит, скоро ты меня оставишь, ведь он не разрешит тебе у меня работать.

– Саша и сейчас недоволен… говорит, когда он закончит, я немедленно уйду с этой работы. Я ему объясняю, что лучше ничего не найду. А он сердится… я, говорит, не хочу, чтобы моя жена была рабыней. Так что еще два года, и все.

– А почему ты нигде не учишься? – спросил Виктор.

Она опустила голову.

– Понимаете, Виктор Николаевич… Я поступила в медицинский, а тут мама заболела. Папа наш выпивал, и сердце у него…

– Извини… – Виктор подошел к ней. – Извини и успокойся. Иди отдыхай. Сегодня ничего не надо делать, ужинать я буду в ресторане. Пока Лиды и деда нет, покучу. Без женщин, разумеется.

– Вы просто пожалели меня, – сказала Роза. – Но я все приготовлю.

– Сегодня отдыхай, смотри телевизор, хочешь, сходи в гости или пригласи кого-нибудь к себе. Можешь чувствовать себя хозяйкой, охрану я предупрежу.

– Спасибо, Виктор Николаевич. Я приглашу двух подруг, мы у меня в комнате посидим.

– Звони подругам, за ними приедут. – Виктор протянул ей сотовый.

– Да, – зевая, сказал Потапов.

– Это я, – сглотнув, буркнул Яков.

– Кто я?

– Племянник ваш. Отец выезжает послезавтра утром, часов в шесть. Поедет на своем джипе. С ним охрана. «Мерседес» он оставит там. Домой приедет ненадолго.

– Ну вот, – усмехнулся дядя, – а ты боялся.

– Аркадий Леонидович, – сказал по телефону Виктор, – вы помните, у вас училась Роза Будалова?

– Помню, а почему вы интересуетесь? Она ведь сама прервала обучение.

– Я бы хотел, чтобы ее восстановили в институте. У нее были временные трудности.

– Ты о ком это, Витя? – наливая коньяк в рюмки, спросил лысый крепкий мужчина. – Мы в случае можем помочь…

– Тебя это не касается, – посмотрел на него Виктор, – ты мне для другого нужен.

– Интересно, для чего?

– Значит, она продолжит обучение? – продолжил разговор Виктор.

– Да, – ответил Аркадий Леонидович.

– Спасибо, – поблагодарил Виктор.

– Слышь, капитан, – подвигая рюмку к Виктору, подмигнул ему лысый. – На нас вон те две красавицы неотрывно смотрят. Может…

– Я вызвал тебя не для этого, – взял рюмку Бузин. – Ты мне для другого нужен.

– А чем дамы-то нам помешают?

– Помнишь Питер? – спросил Виктор.

Лысый замер, потом залпом выпил коньяк.

– И сколько я буду иметь?

– Пятьдесят.

– Один?

– Пока один, но это только начало.

– Вот, значит, зачем я тебе понадобился, капитан…

– Да, Альпиец, для этого. Возникли проблемы, которые можно решить только радикально. И я надеюсь, ты не разучился соответствующим способом.

– Знаешь что, Бузин, как говорится, что было, то быльем поросло. Я женат, у меня двое детей, и я не советую лезть в мою жизнь.

– А как ты живешь? Занимаешься частным извозом. Не надоело возить пьяных хамов? Они, наверное, не раз тебя оскорбляли. А ведь и убить могут. Я частенько слышу – то там таксиста убили, то там из машины выкинули. Жена у тебя в детском садике няней работает. Живете небогато, а тут есть шанс все исправить. Кстати, спишь ты спокойно? – неожиданно спросил Виктор. – Кошмары не мучают? Или хотя какие кошмары после расстрела двух чеченских семей?… Три женщины и четверо детей. Ты же их тогда одной очередью положил. Но я заявил, что из дома стреляли из двух автоматов…

– Я за это с тобой, капитан, рассчитался. Знаешь, почему я сейчас приехал? Потому что знал: ты найдешь меня и снова потребуешь, чтобы я…

– Хватит, Славик, ты же на те деньги квартиру купил, машину и на черный день отложил. Неужели тебя не бесит, когда в машину к тебе садится какая-то пьяная харя?

– Вот что я тебе, капитан, скажу. Я приехал потому, что понял – не отстанешь. Еще раз менять место жительства не буду. А ты знай, капитан: если сдавать будешь, не забудь сухарей насушить. Я скажу, чей заказ выполнял, и мне поверят, потому что я узнал, кого я тогда по твоему заказу на тот свет отправил.

– Значит, тебя устраивает твоя жизнь?

– Вполне. Я счастлив. У меня прекрасная жена, здоровые, умные дети. И мне хватает того, что мы с Людой…

– Приторговываете на рынке яйцами и молоком. Овощи в Череповец возите. И рыбой торгуешь. А тут просто сделаешь то, что умеешь, и получишь…

– Нет, капитан. Я и приехал для того, чтобы сказать – нет больше Альпийца. Вячеслав Андреевич Ломах. Понятно?

– Конечно. Ну на нет, как говорится, и суда нет. А про Питер советую забыть. Ты ведь понимаешь, что ни тебе, ни мне это помнить ни к чему…

– Я забуду, если ты не напомнишь.

– Ну давай за тех, кто еще там! – Виктор поднял рюмку. – Сейчас в Дагестане постреливают. На контракт нет желания пойти?

– Да хотел было, но Людмила отговорила. Вообще-то на жизнь нам хватает. Тяжеловато, конечно, но живем не хуже других. А ты, видно, за мной наблюдал. Я же специально переехал…

– Понял я. Ну давай за тех, кто там. – Оба выпили. – Значит, твое последнее слово – нет?

– Ты мог бы и не спрашивать. И надеюсь…

– Все-все, – остановил его Виктор. – Больше об этом ни слова. Значит, говоришь, на нас тут поглядывают? – Он взглянул на молодых привлекательных женщин за соседним столиком. – Хочешь, я сейчас…