Найти то... - Дия Гарина

– Ничего не понимаю! – Ирина уже наверное в тридцать третий раз внимательно рассматривала мои руки, – Этого просто не может быть! Практически полное заживление… За одну ночь! Ты – уникум, Игорь…

– Уникум, уникум, – закивал я, – Только, пожалуйста, не сдавай меня в поликлинику для опытов.

– В поликлинику не сдам, а вот сама с удовольствием поставлю на тебе пару экспериментов…

Ее горячее дыхание обожгло мою щеку. Н-да. Совсем неплохое начало для научных изысканий. Но мне-то что прикажете делать? Ведь я Ольгу люблю… Точно, люблю! И если раньше считал себя временно в разводе, потому что кроме улыбающихся лиц на фотографии ничего не напоминало мне о годах супружества, то сейчас… Даже сейчас, Ольга, когда я не знаю в каком районе земного шара тебя искать, ты здесь, со мной: такая легкомысленная и серьезная, податливей глины и тверже корунда, упрямая, непредсказуемая, домашняя, тихая, громкая… Женщина, которая за последний год успела дважды спасти мне жизнь и один раз практически довести до психушки, моя драгоценная половина, обретенная волею судьбы, соединившей нас через тысячу долгих лет. Просто – моя…

Погрузившись в бурное море воспоминаний, я так расчувствовался, что даже не заметил, как мои губы, со знанием дела, ответили на поцелуй Ирэн, а предательницы-руки наполовину разоблачили ее выгибающееся под прикосновениями тело. Ольга, отвернись, это – не я. Честное слово, не я…

Лежа в наспех расправленной кровати, я прижимал к груди огненную голову Ирины и отрешенно созерцал часы с розовой подсветкой. Пять минут девятого. В голове неожиданно всплыла фраза бородатого анекдота: "Порядочные девушки ложатся в постель в восемь часов, чтобы в десять уже быть дома". Вот уж не предполагал, что я – порядочная девушка! Мне ведь действительно нужно вернуться к десяти и ждать звонка "великого и ужасного". За волнениями последних часов, я как-то позабыл, что сегодня мы идем грабить информационный банк. И что я вполне могу не вернуться с этого противозаконного мероприятия.

– Что случилось? – отстранившаяся Ирэн, вопросительно заглянула мне в глаза, – У тебя вдруг сердце так застучало…

– Да все нормально! – попытался я уверить свою обольстительницу, – Просто раздумываю, а не провести ли нам еще один эксперимент?

– Врешь! По глазам вижу, что врешь, – в голосе рыжей чертовки, проклюнулись колючки, – Вы, мужчины, без малейшей причины гордитесь своим интеллектом и логикой, даже не предполагая, сколько информации можно получить с помощью обычной женской чувствительности. А я вот чувствую: с тобой что-то происходит! К тому же, ты так странно посмотрел на часы, как будто тебе жить осталось всего несколько этих самых часов.

– Но, Ир, со мной на самом деле все…

– Ты не любишь, меня… – прислушавшись к своей женской чувствительности, сообщила она мне, и, уткнувшись в подушку, начала тихонько вздрагивать.

Только этого не хватало! И так настроение похоронное, а тут еще плакальщица с левого боку объявилась. Ну, не выношу я женских слез (хорошо, что Ольга не очень этим злоупотребляет… намеренно), горы готов свернуть, лишь бы утихомирить разбушевавшуюся стихию. Вот и сейчас, стремясь предотвратить всемирный потоп, был вынужден посвятить Ирину во все свои перипетии.

Таким образом, в девять двадцать, дав страшную клятву держать Ирэн в курсе, я был со всеми мыслимыми напутствиями препровожден до дверей, и через полчаса мерил шагами пространство своей гостиной в ожидании, не побоюсь этого слова, рокового звонка. Который, как и обещал Андрей, затрезвонил ровно в десять часов.

Как я и предполагал, в трубке зазвучал приветливый голос Валентины. Надо думать, что Андрей уже в пути, то есть в трансе. А дальше повторился процесс подготовки моего еще неопытного тонкого тела к выходу в астрал: я целых полчаса дышал, как кузнечные мехи, чтобы потом, вслушиваясь в тихий убаюкивающий Валечкин голос, снова погрузить сознание в голубое и черное. На этот раз я уже не удивился, когда меня схватили за руку и выдернули в белый плотный туман, в котором ничего не было видно на расстоянии вышеозначенной руки.

– Привет, джедай! – радостно хлопнул меня по спине экстрасенс Андрюша, – как живете, как животик? Руки твои как?

– Так это по твоей милости на мне все заросло, как на собаке? – возмутился я, – Хоть бы предупредил, что вознамерился на мне свои целительские таланты испытывать. Не знал, что ты даже на расстоянии можешь…

– Могу-могу. Только очень редко, когда действительно прижмет. А тут гляжу, Игорька действительно прижало, вот я и решил тебя наспех подлатать…

– Хорошенькое "наспех"! За одну ночь раны почти затянулись. Я чуть было не решил, будто могу, как ящерица себе утерянные части тела отращивать! Так и рассудком тронутся не долго…

– Да я просто помочь хотел, – Андрей опешил от моего напора, – Но если тебя не устраивает…

– Устраивает, устраивает, – поспешил заверить его я. Кто знает, вдруг мой гуру решит повернуть процесс вспять.

– Ну, тогда – в лифт!

– Нет, погоди. Я тебе еще кое-что рассказать должен…

И я в двух словах поведал Андрею о своей антитеррористической деятельности. На что тот только головой покачал.

– И как ты умудряешься влипать в разные истории…

– Это у меня после знакомства с тобой, – огрызнулся я, – С кем поведешься…

– … тот тебя и поведет. Вот я и веду, – и, отбросив шутливый тон, "великий и ужасный" стиснул мое плечо, – Ты хоть понимаешь, на что идем? Если мой фокус с подбором шифра не удастся, мы останемся здесь навсегда. Вернее, не здесь, а в другом очень малоприятном месте: эдакой астральной тюрьме для особо любопытных.

– Андрей, это – мой единственный шанс. Мне уже начинают потихоньку руки выкручивать, поторапливают, слегка угрожают… Но если ты откажешься, я пойму. Я и так многим тебе обязан. Проведи меня к сейфу, а там уж сам счастья попытаю.

– Ну, если уж обязанностями считаться, так это я у тебя в долгу. Кто меня из той проклятой пещеры с сакэ вытащил? Не дал зеленому змию окончательно загубить мою драгоценную жизнь? А? Я бы там однозначно помер, если не от недостатка кислорода, то от обилия крепленого напитка уж наверняка. Значит, будем считать, что сейчас долг свой возвращаю. Ну, что, пошли?

И мы пошли.

Глядя на свою информационную ячейку, я опять поймал себя на мысли, что при всей логичности происходящего, мне почему-то очень хочется списать все на наркотический эффект закиси азота, бурно образовывающейся в моей крови от слишком активного дыхания. И, тем не менее, послушно потянул дверь, когда Андрей закончил возиться со своими отмычками. На этот раз меня никуда не закидывало, просто дверь с противным скрипом открылась, и передо мной предстали абсолютно пустые полки, на одной из которых расположился небольшой, но массивный сейф. Только вместо привычного круглого замка с шифром, в его дверце светились мягким голубым светом двенадцать маленьких окошечек.

Андрей шумно выдохнул и указал мне на какие-то полупрозрачные световые шнуры, соединенные с сейфом и уходящие в никуда.