Я тебя урою - Владимир Колычев

– Я хочу знать, где моя жена... – повторил парень.

– Думаю, что скоро узнаем... Скажи мне, Катя когда-нибудь выпивала в одиночку?

– Да, было дело... А при чем здесь это?

– А при том, что твоя жена умеет врать. Соврет и даже не моргнет... Да и ты такой же врун... Макс Ладу убил, как же... Твоя это, Сева, работа. Твоя... Рассказать, как было дело?

– Что было?

– В тот вечер, когда Лада погибла, Лена Сафронова напоила всех. Всех, кроме тебя. Думаю, не надо объяснять, зачем... Лада вас застукала, и ты не нашел ничего лучше, как отправить ее к праотцам. Катю ты, может, и не очень боялся, но Сафронова – очень-очень. Жизнь-то, она – одна, да, Сева?.. Но тогда забыл про Макса. А он все видел... И жене твоей все рассказал... А мог и следователю все рассказать, или мне... В общем, и с ним ты поступил так же, как и с Ладой. Только на этот раз в эту историю была впутана и твоя жена. Как ты с ней договаривался, в ногах у нее валялся или что, – но в сговор с тобой она вступила. И якобы созналась в том, что будто Макс стал причиной гибели Лады. Но рано или поздно она могла признаться в том, что было на самом деле. Поэтому ты не нашел ничего лучшего, как избавиться от ненадежной супруги...

По закону частно-детективного жанра, Сева должен был сейчас забиться в самообличительном экстазе и со слезами признать свою вину... Разумеется, этого не случилось. Сева же не дурак...

Может, он и боялся, что Степан сдаст его с Ольгой несчастному рогоносцу Диме. Но во сто крат страшней было признаться в убийстве.

– Не было ничего такого. Не было! – возмущенно мотнул он головой.

– Тогда скажи мне, где сейчас Катя?

– Не знаю!..

– Ну что ж, будем искать твою жену... Или ее труп, а?

– О чем вы говорите? – схватился за голову Сева.

– О том, что ты, возможно, скрываешь...

– Ничего я не скрываю! Говорю же вам, Катя мне вчера уколы сделала, и я заснул. А что там без меня было, я не знаю...

– Какие уколы?

– Ну какие – антибиотики. И еще обезболивающий...

– Что, так горло болело?

– И до сих пор болит. А еще больше – зубы. На зубы боль перешла. Не то чтобы острая боль, но как начинают ныть, так самому взвыть хочется...

– А кто обезболивающее назначал – врач?

– Да нет, Катя в аптеке купила...

– Когда она в аптеку ездила?

– Вчера. Как вас проводила, так и поехала. А что?

– Отсутствовала долго?

– Ну да, поселковая аптека была закрыта, переучет там, что ли... Так она в город поехала, а это час пути... Часа три ее не было, а что?

Некоторые обезболивающие лекарства действуют как снотворное. Если вколоть приличную дозу, можно спать до утра мертвым сном... Но вряд ли Катя усыпляла мужа по злому умыслу. Если усыпляла вообще...

– А какое лекарство она колола?

– «Кеторол», кажется...

– Ладно, разберемся... Ночью просыпался?

– Нет, как убитый спал... А утром проснулся – нет Катьки...

– Это ты уже говорил... Ладно, разберемся...

Для начала он разобрался с лекарством. Для этого ему достаточно было ознакомиться с аннотацией к препарату. «Кеторол», десять ампул по тридцать миллиграммов кеторолака тротетамина в каждой. Анальгезирующее, противовоспалительное. Седативным действием не обладает... То есть нервную систему не успокаивает, а значит, успыляющим эффектом не обладает... Выходит, не усыпляли Севу... Но это не значит, что ночью он не спал...

Далее Степан отправился к Дмитрию. Его дом находился первым от подъезда к Хуторку. И камеры системы видеонаблюдения могли зафиксировать движение объектов от дома Кляевых в сторону поселка, и наоборот...

– Ну, что ты там узнал? – спросил Дмитрий.

Он уже был в курсе того, что Катя пропала. Но при разговоре Степана с Севой не присутствовал.

– Пока темный лес... Давай-ка глянем на этот лес через твою систему.

Цифровой видеорекордер его системы наблюдения реагировал только на движущиеся объекты, только тогда и посылал записанный сигнал в блок памяти. Это существенно уменьшало время просмотра.

Степан сел за монитор, вывел на него архивированные изображения... Первое движение – летучая мышь на бреющем прошла. Второе движение – та же самая мышь, но в обратную сторону. А дальше начиналось интересное. Мимо ворот в сторону дома Кляевых прошла машина. Темного цвета «девятка» с затемненными окнами и со светящейся табличкой на крыше. И на правом борту – опознавательные шашечки такси. Но без названия таксомоторной фирмы. Номера машины определить не удалось, поскольку она все время находилась боком к объективу. Также обзора камер не хватило для того, чтобы определить, возле какого дома остановилась машина... Должно было хватить, чтобы зацепить часть дороги, примыкающей к дому Кляевых. Должно было, но не хватило. Более того, из обзора выпал сегмент территории, прилегающей к дому Савчуков со стороны того же дома. Как будто кто-то нарочно угол поворота камеры изменил...

Следующий фрагмент фиксировал ту же самую машину, но ехала она уже в обратном направлении. Кто был в салоне, определить не удалось: стекла наглухо тонированы. Да и освещение не очень...

Больше никаких интересных движений в течение ночи и всего дня не наблюдалось... Значит, в такси могла уехать только Катя. Сева же оставался дома...

На листке бумаги Степан зафиксировал время появления машины такси. Ноль-ноль часов пятнадцать минут пятнадцатого ноль-шестого. В обратном направлении машина прошла в три часа восемнадцать минут тех же суток. Сегодня ночью это было. Но что именно было, непонятно. К сожалению, камеры видеослежения не контролировали чужую территорию.

Просмотрел Степан запись и с собственной системы видеонаблюдения. С камерами слежения все было в полном порядке, в сектор обзора попала часть дороги, прилегающей к дому Кляева. Но подозрительная машина в этот сегмент, как назло, не попала. Как назло, она оказалась в «мертвой зоне». А может, нарочно...

Севу он застал в каминном зале собственного дома. Тот нервно мерил шагами расстояние между двумя противоположными углами.

– Такси зачем вызывал? – с ходу спросил Степан.

– Такси? Какое такси?! – вытаращился на него парень.

– Значит, Катя вызывала...

– Я ничего не знаю про такси!..

– А я знаю... Ты говоришь, что все Катины вещи остались дома...

– Да, все...

– Точно все?

– Ну да... Она в халате была, когда укол делала. Халата нет. И тапочек...

– Сумочка, мобильный телефон на месте?

– Нет сумочки. И телефона нет... Но только этих вещей нет...