Обмани лжеца - Марина Серова

— Вы меня разыгрываете, да? — спросил парнишка, зардевшись румянцем, но по моему серьезному лицу, наверное, догадался, что я не шучу. — Я понял, вы хотите у меня деньги обратно забрать…

— Ты действительно сегодня первый день работаешь в «Адриано»? — с нажимом задала я вопрос.

— Первый, — подтвердил Коля.

— Скажи, а тебя подробно ознакомили с твоими должностными обязанностями?

— Мне сказали, что наша фирма обслуживает только элитных клиентов, а они — люди непростые, с характером. Вот, например, Александр Семенович — художник, ему нужна не только материальная пища, но и духовная. Он постоянно ищет новые лица для своих картин. Еще Илья Федорович сказал, если я Ивченко по типажу подойду, то он будет рисовать мой портрет за отдельную плату. Я подумал, что вы хотели попасть к нему именно для этой цели.

Я моментально вспомнила вопрос вахтера из творческих мастерских: «Вот тебе, к примеру, голый мужик на холсте нужен?»

— Коля, дорогой, я ему в натурщицы не подхожу. Видишь ли, Александр Ивченко рисует исключительно мужские портреты в полный рост, причем в неглиже, — усмехнулась я.

— Как в неглиже?

— А вот так, в стиле ню, как во времена Микеланджело. Это то, что касается духовного… Но и то, что касается телесного, нашему художнику тоже не чуждо. Гей он, короче, — сказала я.

Вадим расхохотался, Алинка стыдливо потупила взор, а Коля схватился за голову.

— Нет, если у тебя такая же ориентация, то все нормально… — усмехнулась я.

— У меня но… но… нормальная ориентация, — стал заикаться Николай.

— Да, брат, ты попал! — посочувствовал ему Пименов.

— Я уж понял, — вздохнул парень, начиная приходить в себя. — Выходит, мне повезло, что вы меня остановили.

— Еще как! — подтвердила я. — По-моему, тебе не стоит возвращаться в «Адриано».

— А как же машина? Меня ведь обвинят в угоне. И потом, униформу надо вернуть, деньги за пиццу…

— Ты прав, такие неприятности тебе тоже не нужны. А знаешь, ты подгони «Оку» поближе к фирме, а ключи и все прочее отправь туда с нарочным.

— С каким нарочным?

— Положи все в пакет и попроси какого-нибудь прохожего занести в офис. Сотки за выполнение такой непыльной работы вполне хватит. Кстати, где твоя «пиццерия» находится? — уточнила я.

Парнишка открыл рот, но Пименов его опередил:

— Коля нам уже рассказал, где «Адриано» базируется. В бывшем здании медвытрезвителя, прикинь!

— Ничего себе! Прямо под боком Кировского райотдела милиции! Наверное, очень удобно.

— Этот вопрос мы потом обсудим. — Вадим понял мой намек насчет «крыши», но не стал развивать его. — Так что, Коля, придется тебе другую работу себе искать.

— Я в областной центр поеду… У нас в деревне совсем никакой работы нет, да и в Горовске не лучше.

— Так ты деревенский?

— Ага. Весной с армии вернулся, отдохнул немного, дом родительский поправил и рванул сюда на заработки. Только без образования никуда брать не хотят. У меня ведь кроме курсов трактористов ничего за плечами нет. В армии легковую машину водить научился… Но здесь водители со своей машиной нужны, а у меня колес нет. Я так обрадовался, что меня в пиццерию стажером взяли.

— Первый блин комом, это нормально. — Пименов по-дружески похлопал Колю по плечу. — Ничего, ты парень толковый, второй раз в такое дерьмо не вляпаешься.

— Надеюсь.

— Ладно, садись в свой «Бентли», — Вадим хохотнул, — поезжай в сторону пиццерии, а мы тебя проводим. Мало ли что…

— Можно один вопрос? — робко осведомился Николай.

— Валяй! — разрешил Пименов.

— А вы кто? Из какой организации?

— Мы, друг Коля, из одного очень секретного подразделения. — Вадим взглянул на меня, прося помощи. Его собственная фантазия вдруг иссякла.

— Российский аналог американской полиции нравов, — добавила я с самым серьезным видом.

Алинка предательски прыснула.

— Я так и подумал, — кивнул Николай. — Ну, я пойду?

— Да. Бери ключи и помни, что у тебя только двадцать четыре часа, чтобы покинуть Горовск. Постой! Ты нам помог, поэтому тебе положены подъемные… — Я со значением посмотрела на Вадима.

Пименов без особого удовольствия полез в карман и достал остаток той суммы, которую я выделила для доставщика пиццы. Вадиму удалось с ним сторговаться только за половину, но мне казалось, что мы просто обязаны помочь деревенскому пареньку побыстрее сделать ноги. У него из-за нас могли быть большие неприятности с администрацией «пиццерии».

— Коля, скажи, у тебя бывают провалы в памяти? — осведомился Пименов.

— Нет.

— Плохо. Все, что с тобой произошло, ты должен забыть, — назидательно объявил Вадим.

— Уже забыл.

— Тогда удачи!

* * *

Вечером я позвонила Крючкову, чтобы рассказать ему о новости дня.

— Здравствуй, Полина! — ответил он. — Я уж и сам собирался тебе звонить. Знаешь, как ты меня подставила?

— Ты имеешь в виду Ленцова?

— Да при чем здесь Валерий Викторович? Я про пиццерию! На меня все коллеги пальцем показывают…

— Значит, ты в курсе насчет ее «голубизны»?

— Да уж, просветили. Я по твоей просьбе всех знакомых опросил, где находится это заведение. Их взял азарт, они стали выяснять все, что можно, про «Адриано», ну и… сама понимаешь… Теперь я еще долго буду ловить на себе косые взгляды.

— Женя, помнится, в студенческие годы ты мало обращал внимания на разные слухи. А тогда, между прочим, о тебе тоже много чего говорили…

— Тогда мне скандальная известность на пользу шла, а теперь во вред.

— Ничего, у тебя ведь есть запасной вариант — ты всегда сможешь уйти в сантехники.

— Похоже, мне так и придется сделать.

— Не спеши, я могу поддержать твое реноме. Представь меня коллегам как свою девушку, тогда все досужие вымыслы сразу отпадут.

— А что, дельная мысль. Полина…

— Да?

— А ты-то как сходила в гости к Саше?

— Не хотелось бы обсуждать это по телефону…

— Извини, но сегодня мы никак не сможем встретиться. Вечером надо поработать над документами — завтра у меня судебное заседание. Ты можешь коротенько рассказать, как все прошло?

— Могу. Саша не слишком обрадовался моему приходу. Точнее, совсем не обрадовался. Он ждал мальчика, а пришла девочка… В общем, Ивченко — гей, причем прислуга в курсе. А вот знает ли мамаша, пока неизвестно.

— Слушай, так неужели Степанов тоже голубой?