Осторожно, блондинка! - Ирина Хрусталева

Утром раздался звонок в дверь, и Лариса простонала:

– Господи, не дом, а проходной двор.

Она поднялась и, накинув халат, поплелась в прихожую. Заглянув в глазок, девушка увидела своего отца и, радостно улыбаясь, распахнула дверь.

– Папочка, привет, дорогой. Ты уже прилетел?

– Как видишь, прилетел. Из аэропорта прямо к тебе. Ну выкладывай, о чем таком срочном ты хотела со мной поговорить.

– Что, прямо у порога начинать? Проходи, я сейчас завтрак приготовлю, вот и поговорим.

– Вообще-то я не голоден, если только кофе выпью. С вашего позволения, принцесса, я помою сначала руки, или у тебя опять там кто-нибудь «слесарит»? – улыбнулся Петр Васильевич, показывая хитрыми глазами в сторону ванной комнаты.

Лариса потерла нос, вспомнив, что в зале на диване расположился Владимир.

– Нет, в ванной никого нет, он спит в комнате, – виновато промямлила девушка.

– Лара, я же тебе сказал русским языком, что развод должен быть цивилизованным. Почему ты не слушаешь, что тебе говорит отец?

– Пап, я тебя всегда слушаю, но сейчас это совсем не то, о чем ты подумал. Просто я Володю сама попросила у меня переночевать, потому что мне страшно. Тем более я с ним не одна. Наташа тоже здесь ночует.

– С каких это пор ты боишься ночевать одна в своем собственном доме? – удивился Петр Васильевич.

– С тех самых, как услышала по телевизору ужасные новости, ну с кладбища, – выкрутилась Лариса.

– А тебе-то, интересно, с какой стати бояться? – нахмурился Петр Васильевич.

– Папа, но это же твой сотрудник, а я твоя дочь, мало ли? – и девушка неопределенно пожала плечами. – Я, между прочим, за тебя испугалась, а не за себя. Ну а что ночевать побоялась одна, так это просто сработал инстинкт самосохранения. Не более того, – продолжала самозабвенно заливать Лариса.

Она не хотела пока все рассказывать отцу, а решила подождать. Может, действительно афера с «куклой», придуманная Наташей, пройдет, и тогда не нужно будет впутывать в это дело отца.

– Папа, а парень, которого убили, он кем у тебя работал? – поторопилась Лариса переменить тему, чтобы отец не заострил своего внимания на ее страхах.

– Компьютерный гений, можно сказать, самородок. Я таких специалистов еще не встречал. Вся информация о компании через него проходила. Представляешь, он доступ так кодировал, что ни один хакер не мог взломать, хотя очень многие и не раз пытались, – пробормотал Петр Васильевич и тяжело вздохнул.

– Ну и как думаешь, за что его могли убить?

– Не знаю пока. Однако предполагаю, что убийство связано именно с этим, то есть с информацией о компании. Некоторые мои конкуренты многое бы отдали за такого рода сведения. А может, и ошибаюсь. Чужая душа – потемки. Кто его знает, чем он занимался в свободное от работы время?

– Ну а если вдруг такая информация все же попадет в чужие руки, что тогда? – забеспокоилась Лариса, и ее мысли заработали в усиленном режиме.

– Тогда, дочь, будет не очень хорошо, а вернее, совсем нехорошо.

– Скажи, пап, а много информации может поместиться, например, на одной дискете?

– С чего вдруг такое любопытство? Если я не ошибаюсь, тебя при виде компьютера всегда начинало тошнить. И вдруг сейчас такие слова в твоем лексиконе, – удивился Петр Васильевич.

– Просто интересно, – пожала Лариса плечами.

– Того, что может поместиться на одной дискете, вполне достаточно, чтобы пустить меня по миру. Все зависит от того, какие сведения она содержит, – спокойно ответил отец.

– Да, пап, это действительно серьезно, – взволнованно проговорила Лариса, а про себя подумала: «Только бы этого не случилось. Ведь пропал же у меня из сумочки конверт с дискетой. Где же я могла его потерять? А если его украли? Тогда кто?»

В это время в кухню вплыла сонная Наталья и, увидев отца подруги, зачирикала:

– Ой, Петр Васильевич, с приездом. Вот поселилась на время у Ларки, она меня уговорила. Говорит, что боится одна ночевать.

Петр Васильевич повернулся к дочери и удивленно приподнял брови.

– Послушай, дорогая, а что, твоего благоверного до сих пор нет дома? Я сразу и не сообразил, когда ты сказала, что боишься одна ночевать.

– Нет, пап, нету.

– И что же, не позвонил, ничего не сказал, где он обитает?

– Нет, не звонил. Я думаю, что он меня, наверное, бросил и ушел к другой женщине, – не моргнув глазом, ляпнула Лариса.

– Не пори ерунды, дорогуша. О таких вещах мужчина объявляет сразу.

– Это мужчины объявляют, а Ефимов к этой категории не относится. Он же самый настоящий трус, проще говоря – баба, – фыркнула Лариса и многозначительно закатила глазки.

– Четыре года назад ты по-другому пела, моя милая, – с сарказмом заметил Петр Васильевич.

– Это было давно и неправда, – тут же парировала дочь.

– Ладно, Лариса, если у тебя больше ничего срочного, кроме того, что ты мне сказала, тогда я поеду. Сама понимаешь, нужно во всем разобраться, пока еще по горячим следам. Очень мне хочется узнать, кто стоит за этим убийством, – Петр Васильевич болезненно поморщился.

– Налей-ка мне воды в стакан, – и он вытащил из нагрудного кармана таблетки.