Угрюмый город - Фридрих Незнанский

— Мы это уже обсуждали, — прервал Денис. — Если бы Игорь был у Боксера, тот не стал бы воровать у меня пистолет. А Пасечнику вообще весь Интернет в городе принадлежит, значит, и «Лазер-форс» — его вотчина, само собой. Ты записи отправил?

— Ага, счет сказать?

Денис, не раздумывая, отключился. Какое свинство! Там заканчивается Аргентина — Англия. Аргентина— Англия!!! А он тут, да еще сам продлил собственные мучения.

Наконец, в половине девятого ему выдали документ:

«СПРАВКА

Выдана Грязнову Денису Андреевичу (водительское удостоверение №…).

С 07.06.2002 по 12.06.2002 Грязнов Д. А. пребывает в г. Снежинске в служебной командировке.

Замначальника ГорГАИ Бочаров И. М.»

На вопрос, почему срок действия справки ограничен именно 12 июня, четкого ответа Денис не получил. Вручавший справку лейтенант пробуровил что-то вроде «после двенадцатого у вас ее никто не спросит». Но почему до двенадцатого спросит, а после двенадцатого нет?

Так и не добившись разъяснений, Денис поехал к Лилии. За весь день он ей ни разу не позвонил, хотя обещал.

Она сидела на лавочке у подъезда, на самом краешке, обособившись от двух бабушек и толстой плаксивой девочки.

— Не могу в квартире, — бросилась она к Денису. — Телефон выключать боюсь и рядом с ним тоже боюсь. Вы что-нибудь выяснили? Нашли аппарат? Хотя бы следы нашли?

— Пойдемте наверх, — предложил Денис, — сварим кофе, успокоимся.

— Значит, ничего не нашли… — она понуро поплелась в подъезд. Заглянула в почтовый ящик, сегодня конверта от похитителей не было.

— Мы с Николаем думаем, что Олег знал, кто и зачем украл у Шуйского аппарат, и Олег мог что-то на эту тему записать в своем ноутбуке, — сказал Денис, когда кофе был сварен и разлит по чашкам. Лилия к своей не притронулась, все время косилась на часы, до звонка похитителей оставалось все меньше и меньше времени. — И еще мы теперь точно знаем, что Олег с кем-то встречался, после того как уехал от Шуйского и до того как разбился. Возможно, ноутбук там, куда он заезжал.

— Я вам уже говорила, он точно встречался с Жанной. Она отказывается?

— Нет, я пока с ней об этом не разговаривал, хотел вначале проверить остальные возможности…

— Какие возможности?! — прервала Лилия. — Он точно встречался с ней.

— Но разве он отдал бы ей ноутбук сам, по доброй воле?

— А кто вам сказал, что по доброй… — она осеклась, дверной звонок разразился длинной заливистой трелью.

Но это был всего лишь Щербак. Как всегда жизнерадостный и невероятно шумный:

— Ты бы видел его лицо!

— Чье лицо? — не понял Денис.

— Бэкхема! — Только теперь Денис осознал в полной мере, что пропустил не просто матч, а едва ли не самый ожидаемый матч на всем чемпионате. — Забил он, правда, с пенальти, но какое лицо! Все, что бы там дальше ни случилось — чемпионат удался! А я принес настоящей украинской колбасы. Такой даже в Москве фиг купишь, а тут есть. Щас раз огреем и будем вкусно ужинать.

Лилия кивнула на настенные часы:

— Без пяти.

— Ну, значит, не сейчас, а чуть позже будем вкусно ужинать, — не смутился Николай и, сунув колбасу в холодильник, взялся прилаживать диктофон к телефону.

После второго звонка Денис сам взял трубку и услышал голос Игоря:

— Денис? Денис я… — больше он ничего сказать не успел, трубку у него отобрали, и вчерашний приглушенный голос спросил:

— Слышал? Мы свое слово держим, жив твой дружок. А ты? Нашел прибор?

— Пока нет.

— Ну ищи. Когда найдешь, попроси свою подружку кактус, который у нее в спальне стоит, на балкон вынести — это будет нам знак. А вообще я буду еще позванивать.

Лилия, услышав о кактусе, разозлилась, хотела немедленно убрать цветок с подоконника, но Денис не позволил. Тогда она плотно задернула шторы:

— Больше они не будут ко мне в окна заглядывать! Завтра же куплю жалюзи — раз! И мне надоело бояться этих ублюдков — два!

Денис с Николаем понимающе переглянулись: сейчас будет истерика. Истерики, однако, не случилось. Лилия уселась напротив Дениса и выпалила:

— Вы должны мне рассказать все, что уже узнали. С этого момента я буду искать вместе с вами. Если вы мне не позволите, я буду искать без вас, но сидеть у разбитого корыта и ждать я больше не собираюсь.

— Да я вам и так уже все рассказал, — ответил Денис, заминая вопрос о сотрудничестве. О подрезанном сиденье он тоже решил пока умолчать. В первую встречу Лилия показалась ему сильной девушкой, способной оказать достойную помощь. Но похищение Игоря, да еще вслед за гибелью Олега, очевидно, серьезно ее подкосило. И эта вспышка отчаянной смелости, скорее всего, не более чем минутная реакция.

— Значит, немедленно звоним Жанне! — Лилия схватилась за трубку. — И если она сама не отдаст ноутбук, выбьем его из нее силой!

К счастью, Жанны не оказалось дома, Денис с ужасом представил себе скандал, который мог сейчас разгореться. Даже если Жанна и знает что-то о ноутбуке, Лилии она бы этого не сказала точно.

22.20

С крыши общежития вагоноремонтного завода особняк Боксера на самом деле виден был так себе — большая часть двора оставалась скрытой за забором.

Но лучшего наблюдательного пункта — тут Щербак был абсолютно прав — все равно не было.

Чапаевка располагалась на отлогом берегу Ерца (или Ереца?), мазутной переплюйки, отравленной этим самым заводом, общежитие — на крутом, поближе к проходной. Район превратился в престижный, по-видимому, за последние годы: по окраинам, особенно вдоль реки, еще сохранились старые домики, но сколько-нибудь приличного — ни одного, сплошь халупы. А Боксер отгрохал свой замок наверняка одним из первых, когда места еще не расхватали, имел возможность выбирать и выбрал, естественно, лучшее на пригорочке. Поэтому за забор, пусть не Кремлевскую стену, поскромнее — со стену Китайгорода, можно было заглянуть только с другого берега. Сегодня он давал званый ужин у бассейна на два десятка персон. Точно гостей сосчитать не получалось, в бинокль Денис видел только террасу и край бассейна. В нем плавала огромная белая рыбина размером с дельфина, время от времени она била хвостом и окатывала благородное собрание как из брандспойта. Одного из присутствующих Денис опознал — директора оперного театра, мелькнувшего сегодня перед футболом в местных новостях, рядом оплывшая дамочка изрядно за сорок в открытом купальнике, очевидно, его супруга. Больше знакомых лиц не было, зато хозяина дома Денис разглядел отменно, он сидел на открытой веранде, беседовал с каким-то толстяком (среди гостей мужского пола вообще не было ни одного, у кого пузо не висело бы мешком над плавками или не торчало барабаном из расстегнутой рубашки — видимо, номенклатурная специфика) и лениво дирижировал официантами. На спортсмена, даже в прошлом, Боксер не походил совершенно: низкорослый, узкоплечий, с маленькой головой и широкими бедрами, физиономия презрительно-недовольная — маленькие глазки, нос в красноватых прожилках, широкий рот с толстыми мокрыми губами, выступающий вперед подбородок. Боксером его, скорее всего, прозвали за собачий прикус и слюнявые губы, решил Денис.