Отель с темными окнами - Алексей Макеев

Так началось их сотрудничество, которое продлилось пять лет. Со временем Вероника переросла статус простого бухгалтера, став практически правой рукой Фурцева, хотя по документам так и числилась бухгалтером.

Про родню Вероника рассказывала охотно, но история ее звучала слишком печально. Родилась в Ставрополе, там жила с отцом и матерью, но недолго. Когда Веронике исполнилось шесть, ее мать погибла. Работала она в котельной, где в один прекрасный день взорвались газовые баллоны, отчего вспыхнул пожар. Мать Вероники была на дежурстве. Она сгорела заживо. Мгновенно, как спичка. Отец не выдержал трагического известия и умер от сердечного приступа. Так в одночасье Вероника потеряла всю семью.

Нет, кое-кто из родни все же остался. Престарелая бабка на хуторе Чепурок. Вероника переехала к бабке. Та прожила достаточно долго, чтобы девочка успела подрасти. В шестнадцать лет Вероника осталась одна. Соседи пожалели девочку и оформили опеку, чтобы та смогла два года до совершеннолетия дожить в бабкином доме. О других родственниках Вероника не знала. В свете новых событий Гурова интересовал вопрос, не было ли у Вероники сестры, но такой информацией Фурцев не владел. Если сестра и была, то он о ней ни разу не слышал.

Жила Вероника в отдельной квартире, государство как сироте предоставило. В Мытищах, но другим иногородним и этого не светило. Гуров записал адрес, на всякий случай номер телефона тоже взял, хоть все попытки дозвониться разбивались о стандартную фразу о недоступности абонента. Подруг вне фирмы у Вероники не было, или же она об этом не распространялась. В фирме общалась с секретаршей Фурцева, иногда на обеденный перерыв к ним присоединялась сотрудница из отдела сбыта. Как развлекалась? Пару раз в месяц посещала ночной клуб, сопровождал ее всегда Фурцев, так же, как и Вероника, не имевший постоянной партнерши.

Как только приехали криминалисты, Фурцев проводил их и Гурова в кабинет Янкиной. Там криминалисты сразу же занялись делом. Лев стоял в сторонке, ждал, пока те закончат с отпечатками и можно будет заняться обыском. Внезапно монитор на столе Вероники вспыхнул синим светом, компьютерный блок загудел и включился. Гуров осторожно приблизился. Операционная система оказалась загруженной. На экране замелькали ряды цифр и какие-то непонятные таблицы. Внезапная догадка пронзила мозг. Лев выскочил в коридор и помчался к кабинету Фурцева. Сквозь стеклянную перегородку Фурцев увидел бегущего полковника и выбежал навстречу.

– Что случилось?

– В ближайшее время ваша фирма собирается производить переводы на крупные суммы? – на ходу выкрикнул Гуров.

– Переводы? Имеете в виду транш за поставку товара?

– Да, переводы, транши, денежные инвестиции, называйте как хотите, только реагируйте быстрее, – нетерпеливо проговорил Лев. – Когда ожидается проведение крупного перевода?

– Ну, зависит от того, что вы называете крупным переводом, – начал Фурцев, но Гуров не дал ему договорить.

– Послушайте, я думаю, вас собираются ограбить. Провернуть махинацию, благодаря которой вы лишитесь круглой суммы денег. А теперь отвечайте: Вероника имела отношение к подготовке подобных переводов?

– Да. – На этот раз Фурцев был лаконичен, волнение Гурова передалось и ему.

– На какой день назначен перевод?

Фурцев замялся. Может, боялся подставы или по какой-то другой причине, но он снова тянул время.

– Да говорите же, Фурцев! – в сердцах выкрикнул Лев. – В кабинете Янкиной заработал компьютер. Не думаю, что произошло это с вашего ведома.

– Компьютер? В кабинете Вероники? Этого не может быть, – растерялся Фурцев.

– Так когда осуществится перевод?

– Прямо сейчас, – бледнея, ответил тот.

– Остановите процесс! – приказал Гуров. – Если не хотите лишиться всех денег, остановите сделку!

Фурцев еще с минуту смотрел на Гурова, затем скрылся в кабинете. Лев услышал, как тот отдает распоряжения подчиненным. Те взволнованно переспрашивают, не веря в то, что сделка срывается. Но ослушаться приказа директора никто не посмел. Спустя двадцать минут Фурцев медленно вошел в кабинет Янкиной, где все еще продолжали работу эксперты.

– Как вы догадались о том, что меня собираются обчистить? – устало спросил он. Выглядел он куда хуже, чем полчаса назад. У Гурова создалось впечатление, что он постарел лет на десять.

– Интуиция, – ответил Лев. – Ну и доля везения, разумеется. Успели?

– Первый транш прошел. Деньги ушли в никуда.

– Жаль, – искренне посочувствовал Гуров.

– Ерунда! – махнул рукой Фурцев. – Вот смерть Вероники – это трагедия, а деньги – дело наживное. Впрочем, не так много и ушло. Перевод предполагал работу в восемь этапов, а упустили только первый. Спасибо вам, вовремя тревогу подняли.

– Вы не будете возражать, если мои ребята с Вероникиным компьютером поработают? Возможно, удастся проследить, откуда сигнал на ее компьютер шел.

– Да, разумеется. Так вы думаете, что убили Веронику из-за этого перевода?

– Почти наверняка, – ответил Лев. – У меня к вам просьба: пока мы до конца в этом деле не разберемся, постарайтесь никуда деньги не переводить. Не хочу, чтобы убийцы девушки получили-таки свое.

Фурцев коротко кивнул в знак согласия и удалился в свой кабинет. Гуров еще какое-то время провел с криминалистами, но как только те работу закончили, отправился вместе с ними обратно в Управление. На первом этаже его остановил охранник:

– Скажите, это вы полковник, который расследует гибель девушки из фирмы «Английское качество»? – обратился он к Гурову.

– Какой фирмы? – не понял Гуров, название фирмы Фурцева он как-то упустил из памяти.

– Говорят, фурцевскую помощницу убили, – доверительно произнес охранник. – Это правда?

– Правда, если вы говорите о Веронике Янкиной.

– Точно, Янкина ее фамилия, – закивал охранник. – Я ведь здесь совсем недавно работаю. Три недели еще не прошло, на испытательном сроке я. А правда, что убили ее на следующий день после того, как она последний раз на работу приходила? Говорят, вроде как в отпуск она ушла, а ее убили.

– Да, все это правда. А почему это так интересует вас?

– Похоже, я был последним, кто видел ее живой, – обреченно вздохнув, признался охранник.

– Очень интересно, – протянул Лев. – Хотелось бы услышать, что заставило вас предположить подобное?

– Я вам расскажу, как дело было, только вы начальству не рассказывайте, – попросил охранник. – Боюсь, узнав правду, они меня погонят. Я же на испытательном, а в свете последних событий выходит, что испытание я не прошел. А работу эту мне никак нельзя потерять, вы меня понимаете?

– Об этом не беспокойтесь, – пообещал Гуров. – Даже если и придется тайну вашу открыть, я замолвлю за вас словечко. Никто вас не выгонит.

Охранник успокоился, провел Гурова за стойку охраны, усадил на свободный стул и начал рассказывать. Речь пошла о пятнице, которая стала последним рабочим днем Вероники Янкиной. В этот день она ушла чуть раньше обычного, согласно отметке в журнале регистрации, за полтора часа до окончания рабочего дня. Кивнула охраннику головой, миновала турникет и вышла из вестибюля. Охранник, работавший на этом месте всего третий день, знал девушку только в лицо. Имени не знал и в какой конкретно фирме та трудится еще не запомнил. Да и не было нужды запоминать: все сотрудники в здании имели пропуска, где, помимо электронной системы, можно было прочитать имя и должность сотрудника, а также узнать, на каком этаже и в какой фирме тот подвизается. А потом проверяй по лифту да по журналу, все ли данные сходятся.