Пересыхающее озеро - Арнальд Индридасон

Оумар кивнул.

— А в министерстве? Вы ведь были обязаны отслеживать, какого рода люди приезжали работать в посольствах.

— Мы так и делали. Нас всегда держали в курсе изменений в составе делегаций, появления новых сотрудников и прочего. Но у нас не было ни возможностей, ни потенциала, да и ни малейшего желания устанавливать слежку за посольствами в том виде, в каком они это делали сами.

— Таким образом, — начал рассуждать Эрленд, — если, к примеру, в какое-то из посольств бывших стран коммунистического толка прибыл человек и проработал там некоторое время, но американцы не засекли его выезд из страны, то Боб может знать об этом?

— Точно, — обрадовался Оумар. — Думаю, Боб сможет ответить на ряд ваших вопросов.

Баллон с кислородом въезжает в гостиную вслед за креслом, в котором сидит Марион Брим. Пришлось совершить этот путь, чтобы открыть дверь Эрленду. Он проследовал в комнату, размышляя, каков будет его собственный удел на старости лет. Неужели придется чахнуть дома в обнимку с кислородным баллоном, всеми забытым и отданным на растерзание злым духам? Насколько ему было известно, Марион не может похвастаться большим количеством родственников или друзей. Хотя он точно знал: эта старая развалина с кислородным баллоном никогда не жалела об отсутствии семьи.

— К чему? — Когда-то много лет назад у них зашел разговор на эту тему. — Одни только хлопоты и огорчения.

Они обсуждали семью Эрленда, что случалось крайне редко, поскольку он практически никогда и ничего о себе не рассказывал. И вот тогда, много лет назад, Марион возьми да и спроси про его детей, а у него с ними никакой связи.

— У тебя ведь двое? — Все-то знает!

Эрленд сидел в кабинете и готовил рапорт о мошенничестве — он как раз расследовал это дело, — как вдруг появляется Марион и ни с того ни с сего принимается расспрашивать о детях. История с мошенничеством заключалась в том, что две сестры одурачили свою мамашу и обрекли ее на нищету. Поэтому Марион твердо верит, что от семьи одни только хлопоты и огорчения.

— Да, двое, — промычал Эрленд. — Может, поговорим о деле? Думаю, что…

— И когда же ты видел их в последний раз? — Марион точно пиявка.

— По-моему, тебя это не касается…

— Конечно, меня это не касается, но это касается тебя. Или это тебя не касается? То, что у тебя двое детей?

Воспоминания вмиг улетучились, как только Эрленд уселся на диван напротив кресла, в котором сидело то, что осталось от коллеги. Вид бывшего начальства не внушал Эрленду теплых чувств. Именно поэтому, как представлялось ему, мало кто заходил в гости к этому несносному человеку. Друзьями Марион обзаводиться не умеет. С этим не сложилось. И даже Эрленд, который заходил время от времени, не был по-настоящему другом.

Посмотрев на своего бывшего подопечного, Марион прикладывает к лицу кислородную маску. Чуть ли не час прошел в полном молчании. В конце концов Марион снимает маску. Эрленд откашлялся.

— Как дела?

— Ужасная усталость, — кряхтит Марион. — Постоянно в забытье. Возможно, из-за кислорода.

— Наверное, для тебя слишком здоровый дух, — попробовал пошутить Эрленд.

— Чего ты таскаешься ко мне? — Марион хорохорится, но голос был совсем слабым.

— Не знаю, — признался Эрленд. — Как вестерн?

— Тебе стоит посмотреть. Главный персонаж такой же упертый, как ты. Как продвигается дело с озером?

— Ни шатко ни валко, — пожаловался Эрленд.

— А человек с «Фолкэном»? Нашел его?

Эрленд потряс головой, но сообщил, что обнаружил машину. Новый владелец — вдова, которая ничего не смыслит в автомобилях и желает избавиться от старого «Форда». Сыщик рассказал, что пропавший мужчина, Леопольд, оказался загадочной личностью. К слову, его возлюбленная толком ничего про него не знала. Не сохранилось ни одной фотографии, и человек с таким именем не фигурировал ни в каких официальных бумагах. Точно его и не существовало на самом деле, как будто он был плодом воображения продавщицы из молочной лавки.

— Зачем тебе вообще сдался этот человек?

— Не знаю, — признался Эрленд. — Я и сам задаю себе этот вопрос, но не могу на него ответить. Может быть, из-за той женщины, которая когда-то работала в молочной лавке. Или из-за пропавшего колпака с одного из колес. Или из-за того, что новенькую машину бросили у автовокзала. Что-то тут не вяжется.

Марион с прикрытыми глазами еще больше вжимается в кресло и еле слышно шепчет:

— У нас одинаковое имя.

— Что? — переспросил Эрленд, не расслышав, и наклонился вперед. — Что ты говоришь?

— Одинаковое имя с Джоном Уэйном.

— Ты что городишь?! — возмутился Эрленд.

— Ничего я не горожу. Ты не находишь это забавным? Джон Уэйн.

Эрленд хотел было возразить, но увидел, что Марион снова дремлет. Он взял коробку от кассеты и прочитал название: «Искатели». Фильм о силе характера, подумалось ему.

Он посмотрел на старческие мощи в кресле, потом на коробку от кассеты, на которой был изображен Джон Уэйн верхом на лошади, вооруженный ружьем. В углу гостиной стоял телевизор. Эрленд вставил кассету в видеоплейер, нажал на кнопку, уселся на диван и стал смотреть классический американский вестерн «Искатели», пока тезка главного героя пребывает в забытьи.