Пинг-понг пачкой баксов: Повесть - Александр Чернов

Авиров некоторое время молчал, переваривая информацию, затем раздумчиво возразил:

— Но Офа могла и не заезжать домой. Она могла в половине пятого попрощаться с нами и сразу же отправиться к тайнику. Пять часов туда, пять обратно и в половине третьего она снова у границы. Еще полтора часа и она дома. Так что, следуя твоей же теории, Григорян, возможно, уже приняла с дороги душ и сейчас лежит в своем доме на диване и поглаживает себя по карману халата, где покоятся наши с Таней денежки.

Внимательно следившая за ходом беседы Бантикова поддакнула:

— Вот именно, — и воззрилась на Майю. — Что тогда?

— Глупости! — Ли сделала жест, категорически отвергающий возражения собеседников. — Если бы она поехала к тайнику сразу от границы, куда бы она дела вещи? У нее товару была целая гора.

— Подумаешь, — покривил Авиров свои холеные усики. — Оставила бы товар в каком-нибудь частном доме, заплатила за хранение, а на обратном пути забрала.

— Я не думаю, чтобы Григорян сморозила такую глупость. Поступи она так, и ее действия вызвали бы кучу вопросов у Нурали и Садыка, с которыми она должна была бы проходить таможенный досмотр. Напротив, если Офа была бы виновна, она постаралась бы вести себя естественно, не вызывая у попутчиков подозрения. На ее месте я бы перешла границу вместе с Алиевым и Аббаевым, поймала у них на виду такси, довезла до дому товар, а уж потом отправилась за деньгами.

— Вот именно! — минуту назад Бантикова оппонировавшая Майе с легкостью перешла не ее сторону и возражала теперь Авирову. — Мы всегда так поступаем, Рустам! Переходим границу — вдвоем, втроем объединяемся и нанимаем грузовое такси. Так дорога до дому дешевле обходится. Это же понятно.

— Ну вот! — подхватила Майя. — Алиев мой сосед, Григорян живет в нашем районе, а Нурали на Панельном. Это, правда, дальше, но все равно по пути… Да о чем мы спорим! Через пару минут позвоним всем троим и выясним кто, с кем и как добирался до дому.

— С Офой все ясно, давай про Аббаева! — потребовал Авиров.

— О, здесь еще проще. Нурали потребуется двадцать часов, чтобы съездить от границы до того места, где мы останавливались на "санчас" и обратно и еще больше, чтобы проделать этот путь из дому. При любом раскладе он не успевает забрать деньги из тайника.

— Ну, а Лунев?

— И здесь я все просчитала. Хотя Андрюха живет в этом городе и ему понадобится часов на семь меньше, чем остальным на дорогу к тайнику и обратно, и он не успеет обернуться. Я приблизительно помню место, где Лунев выходил из автобуса, когда ему стало дурно. От города до него ехать часов шесть, и столько же обратно. Итого двенадцать. Выехать Андрей мог не раньше восьми часов утра, постольку поскольку до этого часу он находился в автомастерской, о чем мне там же и сообщили мастера. От восьми прошло восемь часов. Дефицит — четыре часа… А вообще-то, ребята, преступник, чтобы не вызывать подозрений, просто обязан сейчас сидеть дома. Если он не дурак, конечно. Он должен дождаться, когда шумиха вокруг кражи уляжется, а потом спокойно съездить за деньгами.

— Тогда зачем терять время и кому-то звонить?! — вскричал Авиров. — Поехали сразу к тайникам!

Но Майя тут же отвергла предложение толстяка.

— На всякий случай позвоним. Нужно все-таки убедиться, что деньги еще на месте.

…Камалов остановил машину на площадке перед длинным рядом коммерческих магазинов. Компания выгрузилась и огляделась. Судя по отсутствию жилых домов и присутствию мастерских, цехов, труб административных зданий и железнодорожных путей находились где-то на окраине города.

— Оттуда и позвоним! — указал Камалов на кирпичное невысокое строение, крыша которого возвышалась над коммерческими магазинами. — На вокзале есть междугородка.

Компания пересекла площадку, обнаружив в длинном ряду магазинов брешь, протиснулась в нее. Тут перед четверкой во всей красе предстало здание вокзала, островком торчащее в паутине блестевших на солнце рельсов. Здание было старым, потемневшим от времени, оно состояло из кирпича, колонн, высоченных окон и доводилось, наверное, ровесником веку. Оказалось, подъехали к вокзалу со стороны задворок, где не было подземных переходов, поэтому к зданию вокзала пришлось добираться по железнодорожным путям. К счастью, ни на одном из них в этот час не стоял поезд. Чертыхаясь, подталкивая друг друга, влезли на высокую платформу.

В душном здании со свойственным только вокзалам запахом стояла сонная тишина. Два десятка разморенных зноем пассажиров сидели в креслах в зале ожидания, за стойкой скучала буфетчица с ярко накрашенным лицом. Ввалившаяся компания внесла оживление в царство сонных мух. Громко разговаривая, четверка прошествовала в конец вокзала, где вокруг двух колонн стояли несколько кабин междугородки, и окружила одну из них. Майя и Татьяна втиснулись в кабинку, Ли опустила в монетоприемник денежку и начала набирать код родного города.

Офелия оказалась дома. Она будто даже ждала звонка, тут же сняла трубку.

— Это ты, Майка?! — вскричала Григорян. — Я так и подумала. Звонок длинный междугородний. Нашли деньги?..

Как это не парадоксально, но Майя вдруг испытала легкое разочарование оттого, что Офа торчит в своей квартире. Все было бы намного проще, если Григорян оказалась воровкой, помчалась бы за деньгами, а Ли дождалась ее у границы и отобрала деньги.

— Нет! — закричала в ответ Ли. — Проводим поголовную проверку! Ты готова?

— Да!!!.. — Связь работала плохо. Слышно было так, будто Офа находится далеко-далеко и размером она не больше дюймовочки.

— Тогда скажи мне когда ты утром приехала домо-ой?! — кричала Майя как в лесу.

Настроение у Офы вдруг испортилось.

— Так ты меня подозреваешь? — удивилась она.

— А ты что святая? — изумилась Ли.

— Да нет, в общем-то, — промычала Григорян. — Но на воровство не способна.

Майя взяла полушутливый-полусерьезный тон.

— Я тоже на убийство не способна, но если найду вора, я его обязательно прикончу. Когда ты приехала?..

— В шесть утра.

Ли учинила форменный допрос.

— Кто может подтвердить?

— Не знаю, — неуверенно произнесла Григорян. — Нурали, наверное, и Садык. Мы на одной машине прикатили. Микроавтобус нанимали.

Что было мочи Майя прокричала в трубку:

— Молись, Офелия!.. Впрочем, ты ж не Дездемона… Но все равно молись! Если деньги сперла ты, лежать тебе на смертном одре… Родители, говоришь, Шекспира любили?

В трубке раздался смешок.

— Вряд ли. Скорее всего фильм про Гамлета видели.

— Бывай! — Майя нажала на рычаг и подмигнула Бантиковой: — По крайней мере, за один предполагаемый нами тайник мы можем не опасаться. Если Офа положила в него деньги, они до сих пор находятся в нем в целости и сохранности.