Последние ритуалы - Ирса Сигурдардоттир

Маттиас снова пожал плечами:

— Да, я понял. Кто его знает, возможно, у Гаральда и есть список контактов.

Тора закрыла почтовый интерфейс.

— Надо позвонить в полицию, узнать насчет компьютера. — Она взглянула на часы монитора. — Сейчас только половина третьего, они наверняка еще на месте.

На столе у Беллы вчерашнего запроса о предоставлении материалов расследования не было. Скорее всего он все-таки отослан и, вероятно, в полиции уже получен. Разумнее выждать день-два и позвонить сразу — и по поводу компьютера, и документов. Однако проснувшийся в Торе интерес, и не только профессиональный, победил ее здравый смысл. Она разыскала мобильные номера друзей Гаральда и позвонила Марте Мист, Бриет и Бряудну. Все они отказались разговаривать, заявив, что дали показания полиции, а Бриет даже устроила истерику. В общем, на тот момент других идей, чем им с Маттиасом заняться, у Торы не было.

— Звони, — решительно сказала она.

Маттиас позвонил, и ему сообщили, что компьютер можно забрать уже сегодня. Обратиться следовало к сотруднику полиции по имени Маркус Хельгасон.

Маркус встретил их в дежурной части. С Торой он поздоровался на исландском, а к Маттиасу обратился на английском, хотя и сдобренном сильным акцентом.

— Мы уже встречались. При обыске квартиры и когда вы приходили к моему шефу, Аудни Бьяднасону. Кажется, вы с ним не особо поладили, поэтому на сей раз он прислал меня. Надеюсь, не возражаете.

Маркус не слишком соответствовал стандарту «красавца полицейского» — должно быть, поступил на службу, когда требования относительно роста личного состава уже упразднили. Он был вполне обыкновенный блондин с невыразительными серыми глазами. Полицейская форма — голубая рубашка и черные брюки — его молодила. Он с улыбкой пожал гостям руки, и Тора отметила, что у него красивые белые зубы. «Ему надо чаще улыбаться», — подумала она.

Маттиас и Тора заверили, что не возражают против общения с ним, а не с его начальством, и офицер радостно продолжил:

— Я и сам хотел с вами встретиться. Мы понимаем, что вы интересуетесь обстоятельствами убийства, и, поскольку формально наше расследование еще не закончено, мы могли бы кое-что обсудить. — Он смущенно замолчал, а потом добавил: — Компьютер сейчас упаковывают вместе с оставшимися вещами из квартиры погибшего. Так что вам придется немного подождать. Давайте пройдем в мой кабинет.

Тора вопросительно взглянула на Маттиаса, но тот, как всегда, пожал плечами, давая понять, что не видит в этом ничего особенного. Она же сообразила, что объяснение насчет упаковки компьютера — явный предлог задержать их. Даже однорукий сделал бы это за три минуты. Она подыграла: любезно ответила, что нет проблем. С видимым облегчением Маркус повел их к себе.

Его служебный кабинет был таким же безликим, как и хозяин. Вид оживляла лишь кружка с эмблемой «Манчестер Юнайтед». Маркус предложил Торе и Маттиасу сесть, убедился, что они устроились комфортно, и только потом сел за свой стол. Во время этой процедуры никто не произнес ни слова. Молчание затягивалось.

— Ну-ну-ну… Вот так вот… — тянул Маркус, изображая радушие.

Тора и Маттиас молча улыбались в ответ. Тора хотела, чтобы разговор начал полицейский, и Маттиас, судя по его плотно сжатым губам, хотел того же.

Полицейский не выдержал.

— Слышал, вы сегодня были в тюрьме и встречались с Хюги Торриссоном?

— Встречались, — подтвердила Тора.

— Понятно, — сказал Маркус и провел рукой по краю стола. — Выяснили что-то новое? — Он вопросительно смотрел на обоих. — Прошу не обижаться, но ваши поступки кажутся странными. Вы должны действовать в интересах семьи убитого, но, как мне сообщил Финнюр Богасон, готовы защищать главного подозреваемого… Я правильно расцениваю ваш утренний визит в тюрьму?

Тора взглянула на Маттиаса, тот жестом попросил ее ответить.

— Согласитесь, — начала она, — что странным и нетипичным выглядит все дело. Разумеется, мы представляем семью Гаральда. А защита Хюги Торриссона, по стечению обстоятельств, является частью поручения семьи. — Она сделала небольшую паузу, ожидая возражений со стороны полицейского, однако он промолчал, и Тора продолжила: — Семья Гаральда не убеждена в виновности задержанного, и наш утренний разговор с ним только укрепил эти сомнения.

Маркус удивленно вскинул брови.

— Признаться, я не понимаю, на чем они основаны. Проведено следствие, установлены факты, обнаружены улики — все указывает на обратное.

— Но многое остается без ответа. Считайте это мотивом, определяющим нашу позицию.

Полицейский кивнул, отчасти соглашаясь.

— Да, вопросы еще есть… Поэтому мы окончательно не закрываем дело. Правда, если обнаружится хоть что-нибудь, что поставит под сомнение виновность Хюги Торриссона, я лично буду крайне удивлен. — Он стал загибать пальцы. — Во-первых, Хюги последним видели вместе с жертвой перед убийством. Во-вторых, на одежде, в которой он был в тот вечер, обнаружена кровь Гаральда. Третье. Среди его домашних вещей мы нашли спрятанную футболку, которой, как тряпкой, вытерли изрядное количество крови — крови жертвы. Четвертое: Хюги — член секты, созданной Гаральдом для занятий черной магией, а значит, хорошо знает символы, вырезанные на теле убитого. Ну и пятое: одурманенный наркотиками человек вполне способен вырвать глаза. Поверьте, в здравом уме никто такого не сделает. Впрочем, и это еще не все. Наш Хюги не просто наркоман, а дилер, и мы предполагаем, что готовился ввоз в страну крупной партии наркотиков. Убитый же располагал значительными средствами и вполне мог финансировать эту операцию. Незадолго до убийства с его счета исчезла очень крупная сумма. Бесследно! Это при том, что законную коммерческую сделку всегда легко проследить… — Маркус отвел взгляд. — Скажу вам откровенно, большинство приговоров выносится на основании гораздо меньшего количества улик. Чтобы выдвинуть обвинение, нам сейчас не хватает только личного признания, но я убежден, что мы его получим.

Тора с трудом подавила волнение. Кровь на одежде Хюги, окровавленная футболка — вот это новости! В полицейском отчете об этом ни слова, она бы не пропустила… Чтобы Маркус не заметил ее растерянность, она поспешила сказать:

— А вас не беспокоит, что, несмотря на все эти факты, он упорно отрицает свою вину?

— Нисколько. Знаете почему?

Тора не ответила.

— Потому что подозреваемый ничего не помнит. И просто цепляется за надежду, что убил не он. Сложно дать против себя показания, если не помнишь, что натворил. Особенно если это грозит серьезными последствиями.

Тора почти сдалась.

— А как тело оказалось в университете? У вас есть объяснение? — вступил Маттиас. — Хюги едва ли мог туда проникнуть. В выходные там наверняка закрыто.

— Тут все ясно. Он воспользовался магнитной картой Гаральда. При осмотре тела мы нашли связку, на которой висел и ключ доступа от помещений факультета. Из данных охранной системы следует, что картой пользовались как раз после убийства.