Зимний убийца - Джон Сэндфорд

Все трое смотрели друг на друга, ожидая следующего вопроса, но он не прозвучал. Время по-прежнему не укладывалось в схему. Лукас пристально взглянул на священника, но у того на лице был написан только гнев.

— Ладно, — сказал он наконец. — Возможно, был другой джип. Может быть, Дуэйн видел машину отца Бергена на озерной дороге раньше, запомнил ее, а когда заметил, что мимо станции проехал джип, решил, что это были вы.

— Он не видел джип до этого, — возразил Карр, покачав головой. — Я его спрашивал, не заметил ли он, как машина отца Бергена проехала по дороге, идущей вдоль озера.

— Ну не знаю, — протянул Лукас, продолжая изучать священника. — Может быть… Не знаю.

Шериф взглянул на Бергена.

— Я выброшу бутылку, Фил. И позвоню Джо.

Священник опустил голову.

— Давай.

— Кто такой Джо? — спросил Лукас.

— Его наставник из общества анонимных алкоголиков, — пояснил Карр. — У нас уже были подобные проблемы.

Берген поднял голову, посмотрел на шерифа и заговорил хриплым голосом:

— Шелли, я не знаю, верит ли мне этот человек. — Он кивком показал на Лукаса. — Но вот что я тебе скажу: я готов поклясться Святым Причастием, что не имею никакого отношения к тому, что произошло с Лакортами.

— Ясно, — ответил Карр и протянул руку. Берген ухватился за нее, и шериф поставил его на ноги. — Давай позвоним Джо, пусть приедет сюда.

Джо оказался смуглым мужчиной с обвислыми черными усами и густыми бровями. На голове у него была старая, времен Корейской войны, шапка цвета хаки с козырьком и наушными клапанами. Он взглянул на Лукаса, кивнул Карру и спросил:

— Насколько плохо?

— Выпил не меньше бутылки, — сказал шериф. — Он сорвался.

— Проклятье.

Джо посмотрел на дом, потом на Карра.

— Он держался больше года. Его сломали слухи, которые поползли из твоего департамента, Шелли.

— Да, я знаю. Я пытаюсь положить им конец, но…

— Пытаться мало, делай что-нибудь. Жажда Фила к спиртному не меньше, чем у всех тех, с кем я работаю.

Джо шагнул к крыльцу, повернулся, собираясь еще что-то сказать, но у него за спиной Берген распахнул дверь.

— Шелли! — крикнул он чересчур громко. — Звонят из твоего офиса. Они говорят, это срочно.

— Может, дело сдвинулось с места, — сказал шериф, бросив взгляд на Лукаса.

Он поспешил в дом, а Джо взял Бергена за плечо и начал:

— Фил, мы победим это.

— Джо, я…

Священник выглядел опустошенным. Он отстраненно посмотрел на Лукаса, стоящего на тротуаре, и затащил Джо внутрь, захлопнув за ними дверь.

Лукас ждал, засунув руки в карманы и чувствуя, как тепло, накопленное в доме, начинает постепенно отступать перед морозом. Берген был умным человеком и умел манипулировать людьми. Но в нем отсутствовали черты социопата, скрытая холодность настоящего преступника.

Шериф выскочил наружу через тридцать секунд после того, как скрылся в доме.

— Поехали, — коротко бросил он, промчавшись мимо Лукаса к машинам.

— Что случилось?

— Помнишь мальчика, с которым ты разговаривал? Того, что рассказал про фотографию? — не оборачиваясь, спросил Карр.

— Джон Мюллер.

«Огромные уши, старые ботинки, смущение».

— Он пропал. Его нигде не могут найти.

— Что? — Лукас схватил шерифа за руку. — Проклятье, расскажи подробнее!

— Его отец работал допоздна в своей мастерской, что около шоссе, — начал Карр. — Он оставил мальчика дома, тот смотрел телевизор. Когда вернулась мать и обнаружила, что сына нет, она подумала, что он в мастерской. Родители поняли, что он пропал, только после того, как встретились дома. У соседского мальчишки есть «Нинтендо», и Джон несколько раз в неделю, по вечерам, ходит к нему играть. Иногда остается там на ужин. У соседей никто не брал трубку, и Мюллеры решили, что, наверное, они все вместе отправились в «Харди». Поэтому они сели в машину и ездили, пока не нашли соседей, но те тоже не видели мальчика.

— Вот черт, — выругался Лукас, глядя мимо шерифа в пустое пространство. — Возможно, это я виноват.

— Даже думать так не смей, — мрачно сказал Карр.

Они поехали к дому Мюллеров вместе, в машине шерифа, включив мигалку на крыше.

— Ты очень жестко вел себя с Филом, — вдруг сказал шериф.

— Убито четыре человека, а теперь еще и это, — ответил Лукас. — Чего ты ожидал — игры на скрипке?

— Не знаю, — проворчал Карр.

Шериф гнал машину на полной скорости, но Лукас успел заметить знак на берегу: минус тридцать три.

— Тридцать три градуса мороза, — сказал он вслух.

— Угу.

Снова подул сильный ветер. Он срывал тонкие ленты снега с крыш домов и сугробов. Карр сгорбился за рулем.

— Если мальчик находится на улице, он уже мертв. Никому даже не потребуется убивать его.

Они замолчали. Лукас не мог думать о Джоне Мюллере: стоило начать, как его сознание тут же заполнял мрак. Может быть, он дома у кого-то из друзей, может быть…

— Как давно у Бергена проблемы со спиртным? — спросил он.

— С тех пор, как он учился в колледже. Он рассказал мне, что впервые начал посещать собрания анонимных алкоголиков, еще не достигнув того возраста, когда разрешено употреблять спиртные напитки, — ответил шериф.

В свете приборной доски его широкое лицо казалось бледно-зеленым.

— Насколько у него это серьезно? Белая горячка? Потеря памяти или сознания?

— Вроде того, — сказал Карр.

— Но в последнее время он не пил?

— Я так думаю. Иногда это бывает трудно определить, если человек старается не высовываться. Он может пить ночью и держаться днем. Я и сам прикладывался.

— Как и многие копы.

Шериф посмотрел на него через сиденье.

— И ты?

— Нет. Я кое-чем баловался, но только не спиртным. Я предпочитал стимуляторы.

— Кокаин?

Лукас рассмеялся, но получилось нечто похожее на сухой скрип.

— У меня такое ощущение, что я слышу, как у тебя на лбу появляются капельки пота, Шелли. Нет, этого дерьма я опасаюсь. Вдруг оно окажется потрясающе хорошим, если ты понимаешь, о чем я.

— Любой алкоголик поймет, о чем ты, — проворчал Карр.

— Иногда я принимал дозу «спида», — продолжал Лукас, глядя через окно на темную стену леса, растущего вдоль дороги. — Но это было давно. «Спид» и алкоголь предназначены для людей различного типа.