Небеса подождут - Элмор Леонард

– Спроси, сколько перестрелок он видел на своем веку?

– Он говорит, что не заметил, как ты выхватил револьвер. Просто вдруг увидел его у тебя в руке, и ты открыл огонь.

– Так что именно его беспокоит?

– Он хочет узнать, не держал ли ты револьвер в руке, – пояснил Макмахон, – под стойкой.

– Я дал им шанс сложить оружие. – Карл пристально посмотрел на своего босса. – Они им не воспользовались.

– Так ты заранее приготовил пушку или нет?

– Заранее.

– Газетчик из Талсы пишет, что ты выхватил ее и стал стрелять.

– Меня спросили, пристрелил ли я всех четверых, – уточнил Карл. – Я сказал: да, всех. Меня не спрашивали, держал ли я револьвер в руке.

– Им нравится образ маршала, который быстро выхватывает пушку. – Макмахон опустил голову и стал перелистывать страницы. – Энтони хочет, чтобы Белмонта арестовали за угон его машины.

– Знаю. Я говорил ему, что не надо оставлять ключи в машине. Я был уверен, что "паккард" принадлежит Джеку, но он так и не признался.

Макмахон снова посмотрел Карлу в глаза:

– Я заметил, ты всегда называешь Белмонта по имени. Похоже, вы с ним близко знакомы?

– Я его знаю, – ответил Карл. – Если дадите мне свободу действий, я его найду.

– Где он, как по-твоему?

– Первым делом я бы предположил Канзас-Сити.

– Возможно, – после паузы ответил Макмахон.

– И даже скорее всего.

– Тебе наверняка известно, что он убил тех клановцев?

– Перестрелял, как кур. Норм Дилуорт убил двоих, сидевших по машинам. "Томпсон" его не послушался.

– А ты полагаешь, будто Белмонт насмерть застрелил Дилуорта.

– Я не полагаю, я знаю; таким образом он заполучил жену Норма. Проверьте пулю, извлеченную из Норма. Откуда ее выпустили – из винчестера или "спрингфилда"?

– Пуля прошла навылет и пробила окно, – сказал Макмахон. – Наверное, она где-нибудь в кустах. Вряд ли кто-то из свидетелей – вышибалы, бармены – признаются, что видели, как Белмонт пристрелил Норма.

– Они больше на него не работают, – возразил Карл.

– Но у них нет причины закладывать его. Даже если мы разыщем тех парней, едва ли от них будет прок. А Хейди Уинстон? По-твоему, она сбежала с Белмонтом?

– По-моему, да. Если только он не выкручивал ей руку.

– Вряд ли она отвергнет сына нефтяного магната.

Несколько секунд оба молчали. Потом Карл спросил:

– Помнишь Пейтона Брэгга? Он гнал самогон и грабил банки. Тот урод, одноглазый вышибала, – его младший брат.

– Он знает, кто ты такой?

– Наверное, да, но Ничего не сказал.

– У нас есть ордер на его арест?

– Нарушение сухого закона, – пожал плечами Карл. – За это можно привлечь почти каждого.

Оба снова замолчали, каждый думал о своем. Наконец Макмахон сказал:

– Не понимаю, как ты упустил Белмонта.

– Совершил ошибку, – ответил Карл. – Он как будто развлекался, стрелял в клановцев, вот я и пообещал, что арестую его.

– Потому что он тебя раздражал?

– Я не был уверен, что сумею найти подходящую статью обвинения.

– Он стрелял в тех, кто собирался сжечь его дом.

– Ну да.

– И тебе захотелось передать его прокурору, – усмехнулся Макмахон, – но ты дал ему уйти. Что ты делал, когда убили Дилуорта?

– Никто ни о чем не догадывался, пока Хейди не крикнула, что Норма застрелили.

Карл замолчал, и Макмахон переспросил:

– Ну и?..

– Она сказала, что, по ее мнению, Норм мертв.

Макмахон молчал и ждал.

– Я обошел "паккард" с другой стороны, чтобы взглянуть на труп Нестора, и увидел приколотую у него на груди медаль за храбрость – крест "За выдающиеся заслуги". Мой отец получил медаль за храбрость на Кубе. – Карл вздохнул и нахмурил брови. – Но Нестор... Господи боже... он был совсем не таким, как мой отец.

* * *

Вечером они сидели на веранде большого калифорнийского бунгало среди пекановых деревьев и пили перед ужином аперитив. У Вирджила на коленях лежала пачка газет – деятели из "Тексас ойл" привозили ему все, где упоминалось имя Карла Уэбстера. Сейчас в газетах были и фотографии.

– Вижу, тебе нравится твоя шляпа. Становишься настоящим пижоном, а?

Они пили брагу со льдом, ломтиком апельсина и сахаром – любимый напиток Вирджила.

– "Двенадцать убитых в придорожном борделе", – прочел заголовок Вирджил. – Ты застрелил четверых, и тебя отправили в отпуск, да? Хорошенькое дельце!

Карл не перебивал отца.

– Газетчики прямо захлебываются. Никак не успокоятся. Вчера сюда заявились репортеры и тот, из "Настоящего детектива", как его – Энтони Антонелли? Говорит, напишет целый рассказ. Назовет его "Битва на Лысой горе".

– Я не знал, что он заявится.

– Собирается посвятить тебе статью – обещает, что это будет гвоздь номера. И еще напишет о Джеке Белмонте. Хочет расспросить тебя обо всех плохих парнях, которых тебе пришлось пристрелить. Сколько их уже накопилось – восемь, считая того коровьего угонщика? Он решил выяснить, говорил ли ты каждому из них, что если достаешь пушку, то стреляешь на поражение.

– Надоело, – буркнул Карл.

– Вот что бывает, когда становишься знаменитостью. – Вирджил внимательно посмотрел на сына. – Приходится повторять одно и то же. Ты заработал славу, убивая преступников. А потом кто-нибудь пристрелит тебя, чтобы, в свою очередь, стать знаменитым. Наверное, у Джека Белмонта на тебя зуб. Энтони говорит, он хочет спросить Джека, зачем тот грабит банки и торгует спиртным, если его папаша богат, как Крез. Я объяснил: либо сынок мечтает посадить папашу в лужу, либо хочет доказать, что он что-то из себя представляет. Сколько человек застрелил Джек? Семерых?

– И еще одного раньше, когда ему было пятнадцать.

– Как и ты.

Слова Вирджила повисли в воздухе.

– Его отец – Орис Белмонт, – сказал Карл.

– Я знаю, кто он такой. Но что он может предложить своему сыну? Работать вместе с ним в конторе? Пялиться в окно на Талсу? Да еще, если захочет, чистить нефтехранилища. Я сказал Энтони: вот взять меня и Карла. У нас с ним то же положение. Я довольно богат, а Карл получает не больше нескольких тысяч в год, но мы с ним друг другу не конкуренты.

– Да. Я прислушиваюсь к твоему мнению, – кивнул Карл.