Только через мой труп - Рекс Стаут

Признаться, я ожидал от Дональда Барретта большего – он же повел себя, как самый обычный человек, застигнутый врасплох заданным вопросом, ответ на который он знает, но делает вид, что это не так. У бедняги отвисла челюсть, вылупились глаза и сперло дыхание. Если бы не последнее, то ещё можно было бы представить, что Барретт просто изумлен. Впрочем, оправился он довольно быстро. Уставился на Вульфа, приподнял брови и громко спросил:

– Куда я дел – кого?

– Мадам Зорку.

Барретт потряс головой.

– Если это шутка, то, пожалуйста, поясните. Я вас не понимаю.

– Хорошо, поясню, – терпеливо пояснил Вульф. – Сегодня вечером мадам Зорка позвонила мне и сказала, что видела, как мисс Тормик подложила что-то в карман мистеру Гудвину. Она также сказала, что немедленно сообщит об этом в полицию.

– Не может быть, черт побери!

– Прошу вас, не перебивайте. Мы только зря потратим время. Мистер Гудвин уговорил мадам Зорку, чтобы она не обращалась в полицию, а подождала, пока он вместе с мисс Тормик приедет к ней домой, чтобы все обсудить. Когда некоторое время спустя мистер Гудвин и мисс Тормик приехали, в квартире никого не оказалось; консьерж сказал, что мадам Зорка поспешно уехала четверть часа назад, прихватив с собой сумку и чемодан. Тогда мистер Гудвин привез мисс Тормик вместе с мисс Лофхен сюда, ко мне.

– Послушайте, это же…

– Прошу вас! Я побеседовал с обеими молодыми особами, и они уехали. И тут появляетесь вы. По вашим словам, вам известны следующие три факта: кто-то утверждает, что видел, как мисс Тормик подложила какой-то предмет в карман Гудвину; что эти сведения ещё не переданы в полицию и что мне тоже все это уже известно. Я допускаю, что вы могли узнать первое и второе, но никак не третье. Узнать о том, что я уже в курсе случившегося, вы могли одним-единственным путем: поговорив с мадам Зоркой сразу после того, как она позвонила мне.

Барретт встал – должно быть, решил, что засиделся.

– Чепуха, – фыркнул он. – Если вы это называете дедукцией…

Вульф потряс головой, а в его голосе зазвенел металл:

– Я не потерплю таких речей, сэр. И я не собираюсь тратить целый час на то, чтобы доказывать очевидное. Мадам Зорка передала вам то, что рассказала мне. Не смейте отпираться, а то выведете меня из себя.

– Ах, какой ужас, – съязвил Барретт. – Ну и что, если Зорка и впрямь рассказала мне? Что из того, если именно поэтому я и пришел к вам? Что в этом плохого?

– Вы признаетесь?

– А что тут плохого?

– Признаетесь?

– Да!

– Она вам позвонила?

– Да.

– И вы, как друг мисс Тормик, поняли, что для того, чтобы мадам Зорка не обратилась в полицию, её нужно каким-то образом изолировать – и вам это удалось. Потом вы сообразили, что в полицию могу обратиться и я, и поспешили сюда, чтобы избавиться от новой угрозы. Где находится мадам Зорка, мистер Барретт?

– Не знаю. До тех пор, пока я не узнал от вас, что она уехала с чемоданом и сумкой, я думал, что она у себя дома. Теперь послушайте, что я хочу вам сказать. Мне не нравится, как вы ведете это дело, и я собираюсь сказать об этом мисс Тормик. Ей все равно нужен хороший адвокат, и у меня уже есть такой на примете. Если она откажется от ваших услуг, сколько вы возьмете за обязательство не информировать полицию об этих дурацких выдумках, что мисс Тормик якобы что-то подложила Гудвину?

Я вскочил и шагнул к нему, сжав кулаки, но Вульф строгим жестом остановил меня.

– Нет, Арчи. Позволь я сам…

– Извините, – заупрямился я. – Ведь не только вы имеете право выйти из себя. Хорошо, я предложу сделку. Я собирался сначала врезать ему, а потом сказать, что я о нем думаю, но так уж и быть – сначала скажу.