Зонтик для дельфина - Дарья Калинина

— Слушай, Аглая, — обратилась к ней Мариша. — А тебе про Ленку Светлана Арнольдовна что-нибудь рассказывала?

— Конечно, — вытерев слезы и высморкавшись, кивнула Аглая. — Я и саму Ленку не раз видела. Она к Светлане Арнольдовне приходила. В последние полгода так и вовсе зачастила. А перед этим она в Крыму жила. Мужик у нее там был.

— И что за мужик? — заинтересовалась Мариша.

— Ученый, — пожала плечами Аглая. — Она мне даже как-то его фотографию показывала. Еще перед своим отъездом. Ничего не могу сказать. Красивый мужчина. Хотя и не в моем вкусе. Борода у него такая каштановая. И очки. Мне очкастые не нравятся. Но Ленка прямо сияла, как новая кастрюля, когда про него рассказывала. Только сдается мне, что между ним и Ленкой потом черная кошка пробежала. Потому-то Ленка в Питер и вернулась. Я у нее, когда она приехала, спросила, надолго ли она к нам. А она и говорит, что навсегда.

— И обратно в Крым больше никогда не вернусь, — тяжело вздохнув и как-то помрачнев, сказала Аглае в тот раз Ленка. — И не спрашивай меня', почему.

— А как же твоя большая любовь? — опешила Аглая, которой Светлана Арнольдовна совсем недавно читала письмо Ленки, в котором та в самых радужных красках описывала свою совместную жизнь с Китенком, как она называла своего любовника.

— Да пошел он к черту! — неожиданно зло отозвалась Ленка. — Подонок! Знать его больше не хочу! И не расспрашивай меня почему! Не хочу говорить на эту тему. Ясно?

Видя, что Ленка и в самом деле не в настроении, Аглая от нее отстала. А про себя подумала: верно, ученый нашел Ленке замену. Вот она и бесится. А еще она подумала, что, когда Ленка немного отойдет и успокоится, она сама все расскажет Аглае.

— Но теперь мы уже никогда не узнаем, что у них там произошло, — вздохнула Аглая. — Не тащиться же в самом деле в эту Ялту, чтобы поговорить там с Ленкиным любовником.

Мариша задумалась.

— Послушай, Аглая, — наконец сказала она. — А откуда Ленка взяла своего дельфина?

— Шурик, я думаю, ей подарил, — зевнув, произнесла Аглая.

— Кто? — удивилась Мариша.

— Шурик — тот ученый, ради которого Ленка два года в Крыму пропадала и ради которого она вообще-то из Питера и уехала, — сказала Аглая. — Шурик — так она его иногда ласково звала. Так вот я думаю, потому Ленка так с дельфином и носилась, что это был ЕГО подарок. Хоть она и не желала говорить про своего Шурика и что-то между ними произошло, но я уверена, она его все равно любила. Ленка была очень постоянная и однолюбка. Если уж полюбила человека, то на всю жизнь или, во всяком случае, надолго. Хотя, кто нас, женщин, разберет.

Пока Мариша думала о своем, Аглая уронила голову и захрапела. Очнувшись от ее храпа, Мариша перетащила девушку в гостиную на диван, а сама, включив верхний свет на кухне, начала разбирать письма Ленки из Крыма к ее бабушке. Их было всего десять штук. Но ни на одном конверте не было обратного адреса. На всех было написано одно и то же — «Главпочтамт. До востребования».

— Странно, — пробормотала Мариша, разворачивая первое письмо и погружаясь в чтение.

Примерно через час начавшая тоже позевывать Мариша поняла, что, прочитав все письма Ленки, ни на шаг не приблизилась к разгадке тайны исчезновения ее дельфина. То ли Ленка умышленно в письмах к своей бабушке отделывалась общими фразами, то ли вообще таков был ее стиль общения. Ни адреса, где жила Ленка в Крыму, ни описаний дома или квартиры она не нашла. Ничего конкретного.

«…Неподалеку от нас в гостинице есть большой бассейн, когда на море шторм, мы ходим туда плавать».

— Ну и что? — ворчала Мариша. — Наверняка почти во всех гостиницах Крыма есть бассейны. Что с того?

«…В нашем доме всего два этажа, да и домом это можно назвать с натяжкой. Скорей коттедж на две семьи. А во дворе растет огромный тутовник. Можно есть ягоды сколько угодно и совсем бесплатно. Представляешь?»

— И где, спрашивается, находится этот коттедж? — разозлилась Мариша. — А тутовников по всему Крыму многие тысячи.

Лишь одна фраза хоть немного проливала свет на то, какой была жизнь Ленки в Крыму.

«…и напрасно, бабушка, ты думаешь, что Китенку я нужна только как бесплатная рабочая единица. Вместе со мной работает еще почти два десятка человек. И я горжусь тем, что помогаю в таком важном и ответственном деле и…»

— И все такое прочее в том же духе, — пробормотала Мариша, аккуратно складывая письма. — Но что же это за ответственное дело, которым занимается Шурик и еще почти двадцать человек? У кого бы это можно было выяснить?

Но увы, пока Мариша этого не знала. Глаза у нее совсем слипались, поэтому она поплелась к Аглае, подвинула ее к стенке и улеглась рядом с ней. Лечь спать одной, пусть даже и в соседней комнате, Мариша не отважилась. Накрывшись теплым одеялом из верблюжки, девушка закрыла глаза и тут же провалилась в сон без сновидений.

Разбудил ее телефонный звонок. Звонил ее собственный мобильник, который она с вечера предусмотрительно положила возле дивана.

— Мариша, ты чего к телефону не подходишь? — сердито спросила у нее Инна. — Ты хоть знаешь, что уже одиннадцатый час? Тебе Аглая звонила?

Мариша покосилась на продолжавшую храпеть на своей половине дивана Аглаю и ответила:

— Нет.

— А ты где? — продолжала любопытствовать Инна. — Ты не дома?

— Нет, — снова повторила Мариша. — Я у Светланы Арнольдовны. Она умерла.

В трубке повисло молчание.

— Так ты сейчас в морге? — наконец выдавила из себя Инна.

— Я у нее дома, — ответила Мариша.

— Но она же, ты говоришь, умерла? — удивилась Инна.

— Ну да, — согласилась Мариша. — Но ключи от ее квартиры мне в больнице отдали. Вот я и заехала за Ленкиными письмами, а тут уже была Аглая.

И Мариша кратко пересказала Инне события вчерашнего вечера, начиная с того момента, как она узнала о кончине Светланы Арнольдовны.

— Я немедленно еду к вам, — заявила Инна. — Дождитесь меня обязательно!

К этому времени Аглая открыла глаза и сонно уставилась на Маришу.

— Нужно как-то сообщить родственникам Светланы Арнольдовны, — наконец сказала она. — Ты знаешь, как их найти?

— Нет, — помотала головой Мариша. — Может быть, в бумагах или в документах найдутся указания?

Аглая только вздохнула.

— Придется нам хоронить Ленку и Светлану Арнольдовну самим, — сказала она. — Но думаю, они не будут на нас обижаться, что мы не пригласили на поминки родню.

— Они-то, может быть, и не обидятся. А вот сами родственники точно обидятся. Слушай, придется нам постараться их разыскать, — возразила Мариша.

— Но только после того, как мы поговорим с тем пузаном, который орал на Ленку и грозился ее убить, — проронила Аглая, слезая с дивана и довольно твердой походкой направляясь к телефону.