Барби с пушкой - Андрей Бадин

— Роман Феликсович, — кричал в рацию один из преследователей, — он сменил машину и уходит. Нам его не догнать. Нужно подкрепление.

— К вам едут, — рычал в ответ Лазарев, — если упустите — головы поотрываю. — Он пожалел, что отправил следить за сыщиком только одну машину, а две другие отпустил. Надеялся, что сыскарь не скоро поймет, что находится под «колпаком», и его «мерин» с пеленгом в багажнике никуда не скроется. Никто не думал, что сыщик так скоро их раскусит и примет эффективные меры к устранению «хвоста».

Краснов заметил сзади микроавтобус «Форд» — тот самый, в котором его везли в особняк. Понял, что это преследователи, и решил побыстрее от них удрать. Гоняться по городу всю ночь не входило в его планы.

Он повернул на тихую темную улочку и понесся до первого поворота. Там потушил фары, свернул за угол и помчался вдоль длинного мрачного забора какой-то фабрики. То ли кондитерской, то ли обувной.

Центр Москвы изобилует подобными строениями, проходными дворами и узкими темными улочками, которые Сергей, по роду службы, знал как свои пять пальцев. Он специально примчался сюда, в район «Бауманского» метро, чтобы затеряться среди домов и дворов.

Он посмотрел в зеркало заднего вида, но не заметил фар микроавтобуса. На всякий случай еще раз повернул за угол, но на этот раз не стал гнать как угорелый, а сбросил скорость, проехал по темной улочке сто метров и повернул во двор. Там развернулся и остановился в тени раскидистого тополя, куда не долетал свет одиноко торчащего тусклого фонаря.

Там простоял десять минут, но мимо него микроавтобус не проехал.

«Надо выезжать, но осторожно, чтобы не столкнуться с ними нос к носу где-нибудь на соседней улице».

Сыщик решил не рисковать — подождал еще пять минут и только тогда выехал. Пересек пару темных дворов и один раз уткнулся бампером в перегораживающие проезд врытые столбики. Сдал назад и наконец оказался на оживленной улице.

«Эх, была бы возможность сменить тачку, было бы здорово», — посетовал он.

Но делать нечего, другой машины не было, а ехать до гостиницы в такси с сумкой, набитой долларами, дорогой техникой и с телевизором под мышкой сыщик не желал. Он поспешил убраться из опасного района, потому что знал — машина преследователей рыскает по улицам.

Через некоторое время Сергей вырулил на Садовое кольцо и направился в сторону гостиницы «Украина». Он хотел снять номер и просмотреть запись.

Гектор Ленц поспал немного, решил заняться делами и вызвал к себе начальника охраны Романа Лазарева. Тот пришел подавленный и хмурый.

— Ну что, выяснил, зачем прохиндей Краснов поставил «жучки» в моем офисе?

— Нет, не выяснил. Мало того, мы его потеряли. После посещения квартиры в соседнем доме он приехал в свой офис, посидел там немного, потом поехал в гараж и сменил машину. Мы не знали о ее существовании и не «засветили» ее. Он сознательно рвал «хвост» и оборвал его. Мы потеряли его где-то в районе Бауманской.

— Ло-пу-хи, вот что я могу вам сказать. Не надо было его отсюда выпускать, надо было пытать и узнать все про эти камеры. Зачем он их поставил? За мной подглядывать или за кем-то из моих клиентов? И девка эта — Барби — скрылась. Ее нашли?

— Ищем, но найти не можем. Послал людей на ее квартиру, а там пусто. Хозяйка говорит, что она съехала месяц назад.

— Как этот твой Виктор Палыч проституток на работу нанимает? Самому понравилась, опробовал — значит, берет. Он их проверяет в милиции, в больнице или только паспорт смотрит?

— Поздно спрашивать, уже приехали. — Лазарев сел на стул.

— Именно. Что происходит, кто под меня копает?

— Я не знаю.

— Может, конкуренты?

— Какие конкуренты? — Лазарев пристально посмотрел на Ленца.

— Те, что… — Гектор замолчал и многозначительно взглянул на Романа.

— Будем выяснять. Ты вспомнил, что делал сегодня днем?

— Нет, не вспомнил. Позвонил в офис секретарше, она мне напомнила про ряд встреч, но поезд уже ушел, да и я себя неважно чувствую — мутит. Перенес их на завтра.

— Дело твое, может, девочку прислать?

— Нет, хватит девочек. Палыч говорит, а я сам не помню, что с посещения Барби все и началось. Надо эту телку обязательно найти.

— Ищем, Гектор, ищем.

Единоличным владельцем борделя был Гектор Альбертович Ленц. Несколько лет назад он выбрал в центре Москвы подходящее здание, вложил в его реставрацию и интерьер немалую сумму и организовал клуб отдыха для богатых бизнесменов. Сначала это была гостиница, в которую приезжали зарубежные и российские партнеры Ленца. Они отдыхали с девочками, а кто и с мальчиками, а хозяин получал солидные барыши от бизнеса. Постепенно клуб расширился, и в него стали ходить почти все крупные промышленники и бизнесмены России. Его так и называли в узких кругах — клуб олигархов. В номерах, банях и спортзалах они знакомились с нужными людьми, договаривались о сотрудничестве, заключали сделки. В бане Гектор получил «путевку» кандидата в депутаты и был этому очень рад. Оставалось пройти выборы и стать избранником народа.

Охранял особняк Виктор Павлович Томкин — отставной полковник десантных войск, гвардии офицер, разведчик, друг Лазарева. Он участвовал в афганской войне, в операциях по усмирению жаждущих свободы прибалтийских республик, потом в операциях в Приднестровье, в Ингушетии, в Осетии и далее в первой чеченской кампании. Был готов выполнить любой приказ командира, и когда вышел в отставку, Рома его рекомендовал Ленцу.

Роман Феликсович Лазарев — генерал десантных войск в отставке, верой и правдой служил Гектору уже более десяти лет. С Палычем они вместе воевали в Афганистане и были боевыми товарищами. Только Роман дослужился до генерала, а Томкин вышел в отставку полковником.

Роман пристроил Виктора в тихое местечко, и он — верный «сапог» — организовал охрану борделя. Подбирал девочек для посетителей, охранял заведение от наездов братвы и обеспечивал должный уровень секретности. Ведь в клуб съезжались большие шишки российского бизнеса и политики.

С годами Томкин потерял военную хватку, огражданился и напрочь забыл запах пороха, потных портянок и скрип сухого горького песка на зубах. Марш-броски его больше не изнуряли, и он перестал просыпаться в холодном поту от военных кошмаров. Его больше не мучили сны с ночными разрывами фугасов, свистом пуль возле уха и последними словами умирающих на руках боевых товарищей.

Он выжил в кровавых бойнях десяти войн и теперь отдыхал на непыльной службе с солидной зарплатой, в роскоши и лености. Его мало тревожили перипетии бордельной жизни, он иногда баловался с девочками и регулярно похаживал в спортивный зал. Трудяга-массажист частенько мял ему застарелые косточки, но больше всего он любил отдыхать в баньке. Прогревал полученные на войне холодящие душу раны, парил шрамы.

Военная служба Романа Лазарева была поспокойней — матерый штабист, стратег и аналитик, он на поле боя носа не показывал. Его военной профессией было разрабатывать операции и посылать в бой, в пекло, возможно, на смерть, таких вот «сапогов», как Палыч.