Зеленые маньяки - Людмила Ситникова

Улыбнувшись, Ирина Олеговна прохрипела:

– Вы Розалия и Катарина, я уже предупреждена. Алиночка рассказывала о вас много хорошего. И скажу честно, я безгранично рада, что нашего полку прибыло.

– Мы в нетерпении! – затарахтела свекровь. – Жду не дождусь, когда начнется секс-аукцион. Ой, я неправильно выразилась. Не поймите меня превратно, просто я не часто посещаю аукционы, а уж тем более те, на которых торгуют мужчинами. Куда нам пройти? Уже все в сборе? А мужчины готовы? Их можно пощупать перед началом торгов? А если я обнаружу брак, мне сделают скидку?

Катарина покраснела.

– Розалия Станиславовна, меньше вопросов.

– Ката, замолчи, я должна знать, за что именно заплачу свои кровные. Ириночка Олеговна, у вас милый дом, а перстень на безымянном пальце вне конкуренции. Бриллиант? Вау! Я думаю, у нас с вами много общего. Я тоже обожаю бриллианты.

Внезапно Розалия вздрогнула и остановилась. Метрах в трех от нее стоял низкорослый толстячок. Мужчина обнажил в улыбке зубы, два из которых оказались золотыми. Погладив лысеющую голову пухлой ладошкой, он поклонился:

– Мое почтение. – Его дребезжащий голос вывел Розалию из оцепенения.

– Ира, как у тебя в доме оказался Леприкон? Он кто? Случайно выпал из кибитки бродячего цирка? Господи, какой злобный взгляд! Ката, не смотри, ты начнешь заикаться.

Ирина Олеговна подняла бровки и, подойдя к незнакомцу, положила руку ему на плечо.

– Розалия, у вас отменное чувство юмора. Познакомьтесь – мой двоюродный брат Петр. Скажу вам по большому секрету: Петя один из лучших наших лотов.

Катарина на мгновение представила остальных участников аукциона, и ей сделалось дурно.

А Розалия – впрочем, кто бы сомневался, – среагировала мгновенно.

Похлопав толстячка по щеке, она проговорила:

– Красавчик. Я уверена, что на тебя у меня не хватит денег. Ты наверняка стоишь не меньше пяти тысяч.

– Для вас я готов пойти на жертвы и…

– А вот этого не надо. Сегодня обойдемся без жертв.

В холл вышла Алина Тимуровна.

– Приехали? Молодцы. Ждали только вас. Иришка, я думаю, можно начинать.

– Да-да, предлагаю переместиться в гостиную.

Семь дам почтенного возраста восседали на мягких диванчиках и креслах.

Розалия Станиславовна скорчила мину и зашептала:

– Да они все родились в девятьсот пятом, а та морщинистая вобла вообще, наверное, живет со времен динозавров.

– Тише! – взмолилась Катка, ощущая на себе оценивающие взгляды подруг Яблочкиной.

– Девочки, поприветствуем наших новых знакомых, Розалию Станиславовну и Катарину.

– А, по-моему, я вас уже где-то видела, – обратилась к Каткиной свекрови старушенция с морщинистым лицом, разукрашенным всеми цветами радуги.

– Вряд ли. Хотя, судя по тебе, ты видела всех, кто родился после Бородинского сражения. Это шутка! Не принимай на свой счет. Ну-с, куда мне присесть?

– Розик, паркуйся рядом со мной. – Алина кокетливо поправила прическу и послала воздушный поцелуй Петру.

Ирина Олеговна подошла к камину и, призвав дам к полной тишине, начала вещать:

– Итак. Объявляю двенадцатый аукцион открытым.

– Ура!

– Браво!

– Сразу после окончания мероприятия вас, как обычно, ждет банкет.

Пока Яблочкина толкала речь, Алина Тимуровна нагнулась к Розалии.

– Розик, как тебе Петя?

– Честно?

– Разумеется.

– Я бы за него и пятерку не дала.

– Роза!

– Он старый, страшный, толстый и вообще похож на урода.

– Лот номер один, – объявила Яблочкина. – Петр!

Дамы оживились. Но больше всех засуетилась Алина.

– Начальная стоимость восемьсот долларов, – Ирина Олеговна кивнула брату.

Толстяк подошел к сестре и, раскланиваясь во все стороны, сверкнул золотыми зубами.

– Восемьсот пятьдесят! – закричала крашеная брюнетка, подняв вверх руку.

– Девятьсот! – завопила Алина.

– Девятьсот пятьдесят! – спокойно молвила круглолицая пампушка.

Катарина наблюдала за происходящим, не в силах поверить, что пребывает в состоянии бодрствования. Пять минут спустя за Петра началась настоящая схватка. Взмокшая Алина Тимуровна метала молнии.

– Тысяча восемьсот.

– Тысяча девятьсот! – так же спокойно говорила пампушка.

Бедная Алина была вынуждена признать собственное поражение.

– Так не честно, второй месяц меня обходит Верка.

– У нас все по-честному. – Вера встала и, приблизившись к Петру, взяла того под руку и чинно прошествовала в столовую.

Алина последовала за ними.

– Буду ждать вас в столовой. Если Петьку купили, мне здесь делать нечего.

Яблочкина светилась, словно иллюминация.

– Лот номер два – Васек.

В гостиной появился высокий усатый мужчина в джинсовом костюме. В принципе, лот номер два был не дурен собой, если бы не присутствовало одно коварное «но». Вес Васька от силы дотягивал до отметки пятьдесят килограммов. Не мужчина, а самый настоящий дистрофик.

Розалия не удержалась:

– Фу! Не подсовывай нам фуфло! Давай нормальных мужиков. И закрой окно, а то Васек сейчас улетит, но в отличие от Карлсона – не вернется.

– Пятьсот долларов! – перебила старушенция.

Ирина попыталась поднять ставку, но желающих провести ближайший месяц с Васьком не оказалось.

– Продано за пятьсот баксов Марьяне Тихоновне.

Старуха возликовала:

– Васек, завтра поедем в Третьяковку, а потом ужинаем в ресторане. Вот увидите, я его так откормлю – не узнаете.

Розалия Станиславовна сникла. Мужчины, продающиеся с аукциона, оказались не в ее вкусе. Не произвел впечатления на свекровь ни жилистый Санек, ни долговязый Витек, ни седой Костик, ни коренастый Ленчик.

Гостиная практически опустела. Все переместились в столовую. Ирина Олеговна выразительно посмотрела на Розалию и сидящую рядом с ней Надежду Семеновну.

– У нас остался последний лот. Он достанется одной из вас. Кому именно повезет, мы узнаем уже сейчас. Встречайте – Игорь!

Увидев Игоря, Катка задалась единственным вопросом: как мужчину с внешностью киногероя угораздило попасть в коттедж Яблочкиной?

Игорю было слегка за пятьдесят. Внешность – более чем впечатляющая. Правильные черты лица, голубые очи, греческий профиль, волевой подбородок.