Алмазы французского графа - Татьяна Иванова

Катерина захлопнула за мужем дверь, и, чертыхнувшись, направилась в спальню, на ходу завязывая халат.

— Опять испортил настроение с самого утра. — Забубнила она. — Вчерашнего ему показалось мало!

У Володи в последнее время были крупные неприятности на работе, и всю эту неделю он возвращался домой "не в себе". На вопрос своей молодой жены, — "что случилось", отвечал резко и раздраженно. — Отстань, тебя это все равно не касается!

Катерина с обидой поджимала губы и уходила прочь с его глаз, оставляя мужа на муку угрызений совести.

Через некоторое время Володя смягчался, но опять же, ненадолго. Он заходил в комнату, где она, насупленная, обычно сидела на диване с напряженно сжатыми коленями, и дружески клал руку ей на плечо.

— Кать, ладно тебе, кончай дуться. Неприятности у меня на работе, понимаешь?

— Понимаю, потому и спрашиваю. Посочувствовать тебе хочу, поддержать, а ты рявкаешь, как с цепи сорвавшийся.

— Ну, ладно, ладно котенок, не обращай на меня, дурака, внимания! — и он, наклонившись, примирительно чмокал ее в щеку.

— Пойдем, накорми меня лучше!

— Можно подумать, что я для этого тебя не ждала весь вечер! — Катерина, встав с дивана, отправлялась на кухню.

Во время еды она снова пыталась выяснить хоть что-то о его неприятностях, и Володя, поначалу вроде бы приступал к разговору, прежде всего сетуя на партнеров, которые наперекор ему, главе фирмы, обделывали свои грязные делишки прямо у него за спиной. О скрягах инвесторах, готовых удавиться за копейку, о хапугах администраторах и налоговиках, в то же время не называя ни одной конкретной фамилии объектов своего раздражения. Однако дотошное участие жены его быстро раздражало, и он снова срывался, сетуя на ее непонимание. Ему, мол, на работе все это до чертиков надоело, а она еще и дома начинает его доставать!

Стычка заканчивалась незаконченным ужином и очередной обидой Катерины, иногда доходящей до слез, а дальше, как получится. — Порой ночным примирением супругов в постели, а порой и сном в разных комнатах. Благо, что в квартире их было три.

Катерина направилась в кухню, поставила варить кофе, и, дожидаясь, пока он закипит, принялась делать бутерброд. В этот момент зазвонил городской телефон и она, оставив свое занятие, направилась в прихожую, чтобы снять трубку.

— Алло, привет бабуль, подожди минутку у телефона, — сказала она. — Я только кофе выключу, и, положив трубку на столик, снова отправилась на кухню.

— Что случилось, бабуль, ты чего звонишь так рано?

— Да, хотела застать тебя, пока ты куда-нибудь не усвистала с утра. А, что я тебя разбудила?

— Да нет, я Володю на работу провожала. Только что ты все время беспокоишься по поводу застать, не застать, бабуль? А мобильник?

— Не люблю я твой мобильник, Катюш, глупый он какой-то! Ну его к лешему, ей богу!

— Ой, ба, древняя ты у меня, аж жуть!

— А то не древняя, в такие-то годы!

— Ладно, чего ты хотела?

— Прежде всего, я хотела тебе сообщить очень печальную новость.

— Что случилось? — насторожилась Катерина.

— Я узнала, что убили Виталия Михайловича.

— Как убили? — ахнула Катерина.

— Вот так, Катюшенька! Кто-то проник к нему в квартиру и убил. Неделю назад его обнаружили с удавкой на шее. Уже и похоронили! А я, видишь ли, только узнала об этом. Вчера вечером позвонила Виталику, а трубку снял Валера. Он и сообщил мне о смерти отца. — Старая женщина всхлипнула. — А я даже на похороны к нему не попала!

— Так что же Валера не сообщил тебе о похоронах?