Второе признание - Рекс Стаут

Через некоторое время, точнее без пяти минут два, Вулф поставил пустую чашечку кофе на блюдце, отодвинул назад кресло, распрямился, вышел из столовой и пошел через прихожую к своему лифту. Я, следуя за ним, обратился к его спине площадью в пол-акра:

— Не заглянем на три минуты в кабинет?

Он обернулся.

— По-моему, ты собирался ехать к несчастному отцу.

— Да, но вы не любите обсуждать дела во время еды, а я прочитал отчеты Баскома, и возникли кое-какие вопросы.

Он метнул взгляд в сторону кабинета, увидел, как до него далеко, проворчал: «Поднимайся наверх», повернулся и пошел к лифту.

У него были свои правила, у меня тоже: например, я никогда не садился в наш относительно узкий лифт, если в нем уже был Вулф, поэтому я пошел по лестнице. Первый пролет — спальня Вулфа и гостевая спальня. Второй — моя спальня плюс еще одна гостевая. Третий пролет выходил прямо на крышу. Дневной свет не ударил мне в глаза, как бывает зимой, — стоял июнь, и все шторки были опущены, и все же меня ослепили яркие летние растения, особенно в средней комнате оранжереи. Конечно, эти цветы я видел каждый день, и голова у меня была занята другим, но все равно я замедлил шаг, проходя мимо клумбы бело-желтых орхидей, таких прекрасных, что захватывало дух.

Вулфа я нашел в комнате с горшечными растениями, он снимал пиджак и был хмур — явно из-за предстоящего разговора.

— Два вопроса, — с ходу начал я. — Во-первых, Баском не только…

Но Вулфу и это показалось лишним.

— Мистер Баском нашел какой-нибудь след, ведущий к коммунистической партии?

— Нет, но он…

— Раз так, у него для нас ничего нет, — Вулф закатывал рукава рубашки. — Его отчеты обсудим потом, когда я их прочитаю. Материал собирали хорошие работники?

— Да. Лучшие его люди.

— Тогда зачем мне нанимать целую армию, чтобы охотиться за тем же призраком, даже на деньги мистера Сперлинга? Ты прекрасно знаешь, что это такое — отследить коммуниста, — если он коммунист, тем более, нужно не предположение, а доказательство. Пф. Найди его, этот блуждающий огонек. Я определил конечную цель, и мистер Сперлинг согласился. Узнай у него все необходимое. Пусть пригласит тебя к себе домой, неофициально. Познакомься с мистером Рони и составь о нем мнение. Что еще важнее, составь мнение о дочери, чем подробнее оно будет, чем глубже и интимнее — тем лучше. Договорись с ней о встрече. Постарайся завладеть ее вниманием. Ты должен сместить мистера Рони за неделю, максимум за две — такова твоя цель.

— Черт подери, — я укоризненно покачал головой, — мне что же, ухаживать за ней?!

— Называй это, как хочешь, я предпочитаю свою терминологию. Дочь мистера Сперлинга, по его словам, чрезмерно любопытна. Сделай так, чтобы ее любопытство с мистера Рони перенеслось на тебя.

— То есть я должен разбить ей сердце?

— Так ты сможешь предотвратить трагедию.

— Лучше я предотвращу комедию, — я изобразил праведный гнев. — Это уже слишком. Мне нравится быть детективом, равно как и мужчиной, со всеми вытекающими отсюда последствиями, но я отказываюсь опускаться до подобного, даже если этот подвиг…

— Арчи! — резко прервал меня он.

— Да, сэр.

— Скажи, со сколькими молодыми женщинами, что проходили по моим делам, у тебя установились личные отношения?

— Их примерно от пяти до шести тысяч. Но не в этом…

— Я тебе предлагаю лишь поменять очередность и установить личные отношения сначала. Что в этом плохого?

— Все, — я пожал плечами. — Ладно. Может и ничего. Как посмотреть. Хорошо, я готов с ней встретиться.

— Вот и прекрасно. Поезжай, а то опоздаешь, — и он направился к полкам с препаратами для растений.

Я чуть повысил голос:

— Между прочим у меня еще остался вопрос, точнее два. Рони устроил ребятам Баскома тяжелую жизнь. Когда они только взялись за слежку и еще не могли вызвать у него подозрений, он словно что-то почувствовал и окружил себя защитным панцирем. С той минуты им пришлось изрядно попотеть, они применяли все свое искусство, но и этого часто было недостаточно. Эту книгу он давно прочитал, да и кое-какие дополнительные главы. Не знаю, коммунист он или нет, но науку отрываться от хвоста он постиг отнюдь не в воскресной школе.

— Пф. Он ведь адвокат, да? — презрительно спросил Вулф. С полки он взял банку элгетрола и стал ее встряхивать. — Ладно, хватит, оставь меня одного.

— Сейчас, это не все. Трижды, когда они его не теряли, он заходил в зоомагазин Бишоффа на Третьей авеню и оставался там примерно час, а никаких домашних животных у него нет.

Вулф перестал трясти банку элгетрола. Он взглянул на нее, будто не знал, что там внутри, поколебавшись секунду, поставил ее на полку и воззрился на меня.

— Да? — спросил он, на сей раз без всякой спешки. — Вот даже как?

— Именно так, сэр.

Вулф огляделся, увидел стоявшее на своем месте большущее кресло, подошел к нему и грузно сел.

Мои слова явно произвели на него впечатление, но не скажу, что я был очень доволен. Пожалуй, я предпочел бы замять этот странный факт, но не осмелился. Уж очень хорошо я помнил голос — жесткий, медленный, четкий голос, холодный, как недельной давности труп, — который я всего три раза слышал по телефону. Первый раз в январе 1946 года, а второй и третий примерно два года спустя — мы все еще искали отравителя Сирила Орчарда. Помнил я, и как звучал голос Вулфа, когда он сказал мне после второго телефонного звонка — мы оба только что положили трубки: «Я, Арчи, когда узнал его голос, должен был сразу сказать тебе: „Отключайся!“. Вводить тебя в курс дела не буду, тебе же лучше ничего не знать. Забудь, что знаешь имя этого человека. Если выяснится, что я должен вступить с ним в схватку и уничтожить его, я уеду из этого дома, поселюсь в другом месте, где смогу работать, спать и есть, если останется время, и буду там, пока не доведу дело до конца».

За годы, проведенные с Вулфом, могу засвидетельствовать: ему не раз попадались достойные противники, но никто из них не заставлял его говорить нечто подобное.

Сейчас он свирепо смотрел на меня, будто его бутерброд с черной икрой я облил уксусом.

— Что тебе известно насчет зоомагазина Бишоффа? — спросил он.

— Ничего особенного. Знаю только, что в прошлом ноябре, когда Бишофф пришел сюда и предложил вам работу, вы ему отказали, хотя заняты не были, а когда он ушел и я начал скулить, сказали, что связываться с Арнольдом Зеком не желаете: такой клиент вам нужен еще меньше, чем такой противник. Вы не объяснили, откуда знаете, что этот зоомагазин — отделение фирмы Зека, протянувшего свои щупальца, куда можно и куда нельзя, а я ничего спрашивать не стал.