Красные нити - Рекс Стаут

Вечер продолжался. Только небольшая часть гостей разъехалась, а остальные были настроены веселиться до утра. Тем более что праздник, кажется, удался. Нанятый оркестр играл великолепно, прекрасная погода позволяла продолжать танцы в саду. Среди присутствующих оказалось немало интересных людей. Велись оживленные разговоры, а пьяных было гораздо меньше, чем это можно было ожидать, если судить по количеству поданных и выпитых напитков.

Большая часть гостей расположилась на открытой террасе. Сюда их манили удачное сочетание свежего воздуха и большого количества напитков, разносимых услужливыми официантами.

Верно оценив обстановку, хозяева перешли из зала на террасу.

Внезапно к хозяйке быстрыми шагами подошел слуга.

— Мадам, вас срочно просит прийти мисс Феррес. Она ждет вас в розовой комнате.

Что-то в тоне слуги насторожило хозяйку, и она быстро пошла в дом.

Войдя в розовую комнату, она замерла от неожиданности.

— О, Джин, дорогая!.. Что с вами? — только и смогла вымолвить она, увидев Джин в одном белье и всю в слезах.

Джин вскинула голову. Ярость пересилила в ней все остальные чувства, и слезы быстро высохли на глазах. Поистине, ничто так хорошо и быстро не приводит женщину в чувство, как ярость. А Джин была взбешена, и виной тому был, конечно, Гай.

— Вы видите, что со мной сделали, — обратилась она к хозяйке голосом; который звенел, как натянутая струна. — А ведь я была в вашем саду! Кто-то напал на меня, ударил, а когда я потеряла сознание, снял с меня костюм…

— Но, дорогая…

— Подождите, я не кончила. И вот что меня особенно возмущает, — добавила Джин после короткой паузы, в течение которой ошарашенная хозяйка не смогла сказать ни слова, — с меня сняли только костюм. Костюм, который так понравился этой противной Порции… И ничего больше не взяли. — А ведь на мне были… И вот они остались… драгоценности, которые стоят гораздо больше, чем костюм. Это не просто подозрительно… Это… возмутительно!

Волна рыданий только коснулась ее, но она быстро справилась с собой, и голосом жестким и резким, не допускающим никаких компромиссов, Джин обратилась к хозяйке, все еще безмолвно стоящей рядом:

— Я требую, чтобы вызвали полицию! Да… и немедленно!

— О, дорогая, — обрела наконец дар речи хозяйка. По-видимому, боязнь скандала оказалась для нее тем единственным потрясением, способным вывести ее из состояния безмолвия, в которое поверг ее вид совершенно раздетой Джин (да, такое встречается не на каждом балу!), — но к чему так спешить… и что скажут люди… Это все так ужасно… Может быть, мы дождемся утра… А пока я пойду и найду вам что-нибудь надеть… и сейчас же принесу сюда.

— Нет, только полицию… и немедленно, — требовала закусившая удила Джин.

Хозяйка, больше всего боявшаяся публичного скандала, особенно с учетом такого количества приглашенных именитых гостей, которых она собрала, всеми силами пыталась успокоить разбушевавшуюся Джин. Но та и не думала поддаваться. Уговоры только подливали масла в огонь.

Назревала ссора. Но и это не могло остановить Джин.

— Я требую, чтобы еще до прибытия полиции всех гостей задержали и от каждого потребовали написать… и очень подробно… где он был с 20 часов 30 минут до 21 часа, что при этом делал, а также кто это видел и мог бы подтвердить!..

— Но… — взмолилась хозяйка, — у меня нет слов… ведь у нас собрались такие известные и почтенные люди… И требовать от них такого… Это неслыханно!..

Но Джин была неумолима, и в конце концов ее требование было удовлетворено. После того как гости написали свои «анкеты», хозяйка передала их Джин.