Кровь нерожденных - Полина Дашкова

– Без десяти одиннадцать.

– Я вам номер скажу, вы позвоните; пожалуйста, моему мужу.Конечно!

* * *

Георгий Глушко ждал звонка. Вечером, когда он пришел домой сработы, теща, сидевшая с детьми, сообщила:

– Звонили из консультации. Лидочку прямо оттуда увезли вбольницу на обследование. В какую именно больницу и что случилось, не сказали.

Георгий сильно нервничал. Вера Александровна покормилаужином его и детей и уехала домой.

– Станет известно что-нибудь, сразу звони, – сказала она напрощание, звони в любое время. Завтра суббота, я приеду утром, посижу смальчиками, а ты отправляйся к Лидуше в больницу. Только узнай, в какую.

В десять вечера Георгий уложил детей, прочитал им очереднуюглаву «Пеппи Длинныйчулок», погасил свет в детской и отправился на кухню.Поставив чайник на огонь, он закурил и стал думать: что могло случиться сЛидой?

У нее уже двадцать вторая неделя. До сегодняшнего дня всешло нормально. Интересно, в какую ее увезли больницу? И зачем? Почему до сихпор никто не звонит?

Впрочем, было бы что серьезное, сообщили бы. Сейчас ужепоздно, а завтра утром Лидуша сама позвонит. Но лучше бы сегодня узнать.

В коридоре раздалось шлепанье босых ног, на пороге кухнивозник двухлетний Данилка.

– А где мама? – спросил мальчик, сладко зевая.

– Мама немножко заболела, ее повезли в больницу. Полечат иотпустят.

– Я хочу к маме, – строго сказал Данилка.

– Ты сейчас поспи, а завтра утром мы поедем, маму заберемдомой.

– Я не хочу спать. Поехали сейчас. Я хочу к маме.

Георгий отнес Данилку в кроватку, посидел с ним немного,гладя мягкие, шелковистые волосенки – так делала Лида, когда мальчик не могзаснуть: сидела с ним и тихонько гладила по головке.

– Ну, пожалуйста, – уже засыпая, пробормотал Данилка, –поехали сейчас к маме.

Когда мальчик наконец уснул, Георгий вышел на цыпочках издетской, прикрыл дверь и вернулся на кухню.

«Ведь наверняка есть какая-то общая справочная служба, гдесообщают, в какую больницу отвезли человека, – размышлял Георгий, – но неттелефонного справочника в доме, а если звонить по „09“, придется занять телефонна час, не меньше – там постоянно занято. А вдруг Лидуша сама будет звонить вэто время или кто-то из больницы?»

Чайник давно закипел, Георгий налил себе чаю, закурил ещеодну сигарету. И тут раздался телефонный звонок.

– Лидуша? – крикнул Георгий, схватив трубку.

– Здравствуйте, Георгий Иванович, – отвечал незнакомыймолодой голос, меня зовут Валя. Ваша жена просила позвонить.

– Вы из больницы? Где она? Что случилось?

– Лидия Всеволодовна в Лесногорской городской больнице, вотделении гинекологии.

– В Лесногорской? Это же сорок километров от Москвы! Что сЛидушей?

– Георгий Иванович, я понимаю, глупо так говорить, но вывсе-таки постарайтесь успокоиться. Лидии Всеволодовне сделали искусственныероды.

– Но ведь все было нормально! Зачем?

– Я пока ничего не могу вам сказать, – вздохнула Валя, – ястудентка, а здесь просто практику прохожу. Вы приезжайте завтра, фруктов ейпривезите, соков каких-нибудь, а главное – постарайтесь ее успокоить.

– Как она себя чувствует? – упавшим голосом спросил Георгий.

– Ну, в общем, ничего. Только плачет все время. У вас естьдети?

– Да, – растерянно ответил Георгий, – трое мальчиков.

– Ну, слава Богу. Вы обязательно завтра приезжайте.

– Спасибо вам. Скажите Лиде, дома все нормально. Дети спят.

«А ведь его не пустят!» – подумала Валя, повесив трубку.

В ординаторской закипел чайник, она налила два стакана,бросила в карман халата горсть карамелек и сушек и отправилась впослеоперационную палату.

А Георгий Глушко достал из холодильника непочатую бутылкуводки, налил себе полстакана, выпил залпом, закусил кусочком черного хлеба.

«Значит, четвертого ребенка не будет, – подумал он, – ну чтож, трое детей уже есть. В наше время это много. Но почему мне так тошно? АЛидуше сейчас каково? Девушка из больницы сказала, мол, плачет Лида. Интересно,зачем ее все-таки повезли в Лесногорск? Что, в Москве больниц мало?»

Георгий хотел налить себе еще водки, но передумал. Завтра ондолжен быть со свежей головой. Он вспомнил, что надо позвонить теще.

Вера Александровна отнеслась к сообщению спокойно.

– Ну, дело житейское. Я сама двоих родила, троих выкинула.Такая наша бабья доля. Да и куда вам четвертый-то ребенок? Может, оно и клучшему.

Почему-то после разговора с тещей стало еще тошней. А когдаГеоргию было тошно, он звонил своему старому другу, однокласснику Сереге.Встречались они редко, да и перезванивались нечасто, но всегда знали, что ониесть друг у друга, как бы ни повернулась жизнь. А жизнь у них повернуласьпо-разному: Георгий – всего лишь мастер на часовом заводе, а Серега –подполковник милиции.

Телефон Сергея Кротова Георгий знал наизусть.

Кротов оказался дома и сразу взял трубку.

* * *

Борис Симаков уже второй час сидел на скамейке в маленькомдворике в центре Москвы и смотрел не отрываясь на три подъезда старого,добротного дома. Двери подъездов были снабжены домофонами, а квартиры внутризанимали по половине этажа каждая. Было и несколько двухэтажных квартир.Человек, которого ждал Борис, занимал именно такую, бесконечно огромную,двухэтажную квартиру.

– Боря? Здравствуй, рад тебя видеть! – услышал он у себя заспиной. – Ты меня ждешь или случайно здесь?

– Здравствуйте, Андрей Иванович. Я вас жду.

– А что не позвонил? Заранее договорились бы. Я ведьслучайно заехал. Ты бы так мог до глубокой ночи ждать. Случилось что у тебя?

– Случилось, Андрей Иванович, – Борис тяжело вздохнул. – Избольницы я уволился.

– Сам ушел или тебя ушли? Ладно, подожди в машине. Мне надодомой зайти минут на десять.

Квадратный кожаный шофер распахнул перед Борисом заднююдверцу новенького черного «Сааба».

Ровно через десять минут Андрей Иванович вышел из подъезда.