Заплати жизнью - Борис Бабкин

– Они выехали на базу, – услышал Тулин голос в сотовом.

– Вот паскуды! И что делать? Звонить Потапову? Он наломает дров. А эти двое очень и очень непростые люди. Спрос за них будет серьезный. Валерьяна с Арменом пришьют, но и нас тоже не пощадят. Да и милиция вмешается. Черт возьми, убил бы эту дуру! Хотя кто знал, что Степка такое отмочит? А ведь додумался идиот! Что же делать? – Он стал расхаживать по комнате.

– Чего мечешься? – насмешливо спросила вошедшая Антонина.

– Что там у Валерьяна? – вместо ответа поинтересовался он.

– Уехали на базу, поэтому я смогла зайти к тебе. Похоже, узкоглазые заинтересовались предложением Валерьяна. Яшка, сын Таискин, уехал…

– Ты мне про азиатов говори.

– Их повезли на базу. Кажется, они сумели договориться.

– Значит, договорились, – пробормотал Тулин. – Вот попал я, не вовремя вышел из компании, идиот… – Потапов тоже хорош, говорил, что все у нас получится, мы и без них обойдемся. Вот и обошлись. Хотя стоп, господа! – Он неожиданно рассмеялся. – А про вывоз они что-нибудь говорили?

– Шустович заявил, что вывоз и доставку они берут на себя и что с документами все будет нормально.

– Значит, они пойдут к Потапову, и он их пошлет подальше. А если нет? Если просто потребует процент? Они, конечно, согласятся. И что тогда? Тогда меня просто-напросто бросят.

– А мне кажется, Валерьян не сумеет с ними долго работать. Японцу он не понравился. К тому же он не умеет торговать. Заискивает перед покупателями и Армену слова не дает сказать… Ну ладно, мне пора. Если будут новости, позвоню.

– Держи! – Он протянул ей деньги.

– Мне нравится, – проговорил по-китайски Ямато.

– Мне тоже, – кивнул Сяо.

– Извините, – угодливо улыбаясь, попросил Валерьян Адамович, – не могли бы вы говорить по-русски?…

– Этот разговор не имеет к вам отношения, – сказал японец.

– Извините. – Шустович поклонился.

– Он господин только со своими, – проговорил Ямато. – Неприятный человек.

– Мне он тоже не нравится, – улыбнулся Сяо. – Но древесина прекрасная.

– А главное – цена нас очень устраивает, – сказал японец. – Плохо одно, – тут же недовольно проговорил он и, увидев, что Шустович выжидательно уставился на них, улыбнулся. – Долго с ним работать не придется. Он слаб, труслив, а значит, плохой компаньон. Хотелось бы, конечно, длительных отношений. Мы берем эту партию, – по-русски обратился он к Шустовичу. – Через сколько дней вы сможете отправить лес в Хабаровск?

– Через неделю. Придется заняться документами, а потом выбивать вагоны. Но я думаю, что за неделю смогу…

– Думать – одно, – Ямато холодно улыбнулся, – а делать – совсем другое. Десять дней, – твердо произнес он.

– Десяти дней хватит, – поспешил ответить Шустович. Армен, стоя у окна, молча играл желваками. – Вас отвезут, а я сейчас…

– Мы доедем сами, – перебил японец. – Через девять дней мы с вами свяжемся. – Не прощаясь, он пошел к двери. Сяо направился за ним.

К воротам огороженной колючей проволокой большой площадки со штабелями стволов подъехал черный джип. Азиаты ускорили шаг.

– Во, – кивнул им вслед Шустович, – живут узкоглазые. Все и везде у них есть. Не то что мы, русские.

– А как ты думаешь подготовить документы? – хмуро спросил Армен.

– Тебя это не касается, я все сделаю. Так что сиди и…

– Ты сделаешь? – усмехнулся Армен. – Да ведь все в руках у Потапова, а мы с ним договориться не сможем.

– Я смогу.

– Попробуй! – Армен пошел к воротам.