Дневник летучей мыши - Наталья Александрова

Как раз протянуть руку было очень страшно. Больше того —просто невозможно. Ни левая, ни правая Ленина рука никак не хотела выполнятьнедвусмысленный приказ хозяина. Непослушные руки ни за что не хотелиприкасаться к вещам мертвеца. Слишком уж пристально он смотрел перед собойшироко открытыми немигающими глазами. Казалось, он только и ждет Лениного неосторожногодвижения, чтобы схватить Маркиза за руку и заорать: «Кто взял мою сумку?!»

Леня вспомнил далекое детство, вспомнил, как в пионерскомлагере по вечерам, когда вожатые гасили свет и уходили, кто-нибудь из мальчишекнепременно начинал загробным голосом рассказывать одну из страшных историй —про Безголового Водителя или про Говорящую Собаку, но чаще всего — про ЧернуюРуку…

Все в комнате замирали, до подбородка укрывшись одеялами, иждали, когда рассказчик, страшно подвывая, произнесет последнюю фразу:

— Кто взял мою-у черную-у ру-уку!!!

И тогда все вскрикивали от ужаса, а самый маленький итрусливый в отряде, Валерик Синичкин, заливался слезами. А иногда не толькослезами.

Туча снова набежала на луну. В саду потемнело, но страннымобразом Лене стало легче. Действительно, в темноте он не видел широко открытыхмертвых глаз незнакомца, а потому не чувствовал исходящий от него леденящийужас.

Леня сжал зубы, зажмурился и немыслимым напряжением волизаставил свои руки схватить матерчатую сумку мертвеца. Он хотел сразу жеброситься наутек со своей добычей, но что-то удержало его.

Он тут же понял, что именно: сумка была слишком легкой.

Леня открыл ее, запустил руку внутрь… и застонал отразочарования!

Сумка была пуста.

Дневников в ней не было.

Значит, за то время, пока Маркиз выбирался из опрокинутойбудки, кто-то успел не только убить человека на скамейке, но проделать целуюкучу дел!

За одну минуту! Нужно быть настоящим профессионалом, чтобыза одну минуту незаметно подобраться к человеку, убить его, украсть дневники искрыться из сада…

Кстати, как он убил человека на скамейке?

Тот сидел рядом с Маркизом совершенно как живой — и напервый взгляд не было видно ни раны, нанесенной ножом или пулей, ни пробитойголовы…

Луна снова вышла из-за тучи, осветив мертвеца, и Леняпригляделся к нему в ее призрачном свете.

На первый взгляд все как будто было в порядке. Но,внимательно всмотревшись в своего безмолвного соседа, Леня заметил небольшойтемный шип, торчащий из его шеи за ухом.

Чрезвычайно экзотический способ убийства! И во всякомслучае, очень быстрый… Для того чтобы выстрелить таким шипом, достаточно однойсекунды, а потом ничто не помешает скрыться…

Впрочем, с чего это Леня взял, что убийца сбежал из сада?Может быть, он прячется где-то совсем рядом и только выбирает подходящиймомент, чтобы напасть на него, Леню…

Вокруг в мертвенном свете луны выстроились деревянные будкисо статуями внутри, и в каждой из них мог притаиться таинственный убийца, каксам Леня прятался несколько минут назад…

Маркиз вскочил со скамьи как ошпаренный и понесся прочь, ктой лазейке, через которую меньше часа назад он пробрался в этот проклятый сад…

Неужели с того времени прошло меньше часа?

В это просто невозможно было поверить!

Казалось, с тех пор прошло много дней, а может быть, инедель, и Леня ничуть не удивился бы, если бы за это время он постарел ипоседел от страха…

Наконец он добежал до знакомой лазейки в заборе, протиснулсяв нее и с облегчением подумал, что еще несколько минут — и он будет в машине, апотом уедет из этого отвратительного места и больше никогда ни за какиесокровища сюда не вернется!

Как он раньше мог любить этот сад? Что хорошего он в немнаходил? Жуткое, отвратительное место!

Леня отряхнул одежду, распрямился…

И вдруг в бок ему уткнулось что-то холодное и твердое.

Леня был достаточно опытным человеком, чтобы бездополнительных пояснений понять, что это такое: ствол пистолета. Больше того,он мог поставить дырявую шляпу против перегоревшей кофеварки, что это ствол девятимиллиметровой«беретты».

Впрочем, дополнительные пояснения все же последовали.

Резкий, скрежещущий голос проговорил прямо над его ухом:

— Не дергайся, красавчик, а то станешь на девять граммтяжелее…

— Не надо… — ответил Леня, собрав все своемужество. — У меня и так пара лишних килограммов имеется, я за каждыйграмм борюсь!.. Диета, тренажеры…

Как ни странно, столкнувшись с реальной, осязаемойопасностью, он почувствовал себя лучше и даже нашел в себе силы шутить.

— Остряк, да? — неприязненно осведомилсяскрежещущий голос. — Ну посмотрим, надолго ли тебя хватит!

Леня осторожно повернул голову и увидел не одного, а целыхтроих противников.

Тот, что прижимал пистолет к его боку, — крупный,плечистый детина с квадратным подбородком, покрытым рыжеватой щетиной. Рядом сним стоял человек пониже и похудее, с руками, засунутыми в карманы. Узкое, какбудто заточенное лицо и темные, глубоко посаженные глаза придавали ему видопасный и неуправляемый, и Леня подумал, что он будет пострашнее своего рыжегонапарника.

И наконец, третий в группе был толстый приземистый тип смаленьким курносым носиком, точнее — поросячьим пятачком, утопающим междужирными белыми щеками.

Как ни странно, именно этот жирный тип, которого Маркиз просебя обозвал Кабанчиком, при всей своей кажущейся безобидности держался в этойтроице как главный. Он подошел к Лене, по-хозяйски обшарил его одежду толстымикороткопалыми руками, потом задрал его рукав и внимательно осмотрел запястье.

Идя на такое опасное дело, Леня не взял с собой оружия. Он вообщебыл противником насилия, однако постоять за себя в трудных ситуациях умелнеплохо. Идя в Педагогический садик, он был готов ко многому. Но считал, чтооружие ему не поможет и что, если дело пойдет не так, как было задумано, онсумеет выкрутиться благодаря своему уму, сообразительности и ловкости. Идокументов никаких он тоже не взял, только водительские права, да и тоненастоящие. То есть настоящие, но чужие, Ухо посодействовал, как всегда.Бумажник был почти пустой, а деньги, десять тысяч долларов, полученные отстарухи, Леня спрятал в потайной карман куртки. Но надеяться, что захватившиеЛеню бандиты их не найдут, значило бы сильно переоценивать силы провидения.

Леня Маркиз, как все цирковые артисты, с юности верил вудачу. А еще в кураж, в везение, в судьбу и богиню Фортуну. Верил-то он во всеэто верил, но не сильно рассчитывал. Поэтому сейчас он ожидал неизбежного.

Кабанчик отошел на два шага назад и посмотрел на Леню оченьвнимательно своими свинячьими глазками. Леня постарался сделать самое свое отрешенноевыражение лица. Хотел даже поднять глаза к небу, но решил, что это будетперебор.