Слепое счастье - Иоанна Хмелевская

— Как чего? Избавимся от этого кошмара!

— Надолго? Или ты хочешь здесь всю оставшуюся жизнь провести?

— Ничего подобного! Переедем, но позже, спокойно и без спешки.

— А теперь будем все назад распаковывать и по местам раскладывать? Я в этом не участвую!

Ошеломленный такой постановкой вопроса Зигмунт невольно огляделся. Зрелище было, надо сказать, впечатляющее: всюду следы гудрона, пух и перья, куча грязного тряпья и газет и сидящий под столом черный Петрусь. Коридор весь завален чемоданами и коробками. Парню стало нехорошо, но он только еще больше взбесился.

— И что же, я теперь должен спокойно подчиниться этим сволочам?!

— Мне уже все равно, — уныло заявила Шпулька. — Но ты сам сказал, что завтра должен приехать этот на грузовике. Друг соседа. С ним как быть?

— И ты туда же! Тут всякие гады мне на шею садятся, а я — лапки кверху. Так, что ли?!

— Зачем же лапки, — вмешалась Тереска, продолжая темнить. — Отомстить им надо, но переезжать лучше прямо сейчас.

— Правильно! — горячо поддержал ее брат, с ужасом представивший себе, что ему велят выгружать книги обратно. — Как авто приедет, надо на него все это погрузить...

— А кто грузить будет? — в ярости прорычал Зигмунт. — Я один или ты поможешь? Кто мебель будет таскать? И буфет, и шкафы, и тахту...

— Спокойствие! Только спокойствие! — энергично прервала его Тереска. — У меня есть идея. Янушек, этих работяг было двое?

— Двое, и еще о третьем вспоминали.

— И пожалуйста! Трое! Вот вам и грузчики нашлись! Они торопятся, правильно? Так мы им на пальцах объясним, что и речи быть не может, никуда мы с места не двинемся, бедные дети — одни-одинешеньки, может быть, недельки через две...

Шпулька вдруг вспомнила о Петрусе и выволокла его из-под стола.

— Быстро в кровать! Там у тебя грязная пижама, переоденься в нее и — спать!

— ...напишем заявление в жилконтору, глядишь, какая-нибудь комиссия приедет, — продолжала Тереска. — Что вы думаете, неужели не помогут?..

— Знаешь... — посветлел Зигмунт. — А ты, пожалуй, права. Гениальная идея!

Тереска развивала свою мысль дальше.

— Тут надо хитростью брать. Сначала с нашей квартирой провернем, потом — с соседской. Она как раз в центре, значит, для них важнее. Мало того что погрузят, еще и присмотрят за перевозкой, выгрузят и в новую квартиру занесут, лишь бы от нас поскорее избавиться. Такой шанс раз в жизни бывает!

Зигмунт одобрительно кивал головой. Ему было немного жаль, что не удастся поскандалить в жилконторе, но, с другой стороны, уж больно Терескина месть была хороша! А поскандалить можно и после переезда.

— Это ты здорово придумала! — похвалил он. — Где бы мы трех грузчиков взяли, да еще задарма? А я уж постараюсь и пригляжу, чтобы все расставили как на картинке. Буду привередничать, как примадонна. Уж они мне этот клад отработают!..

Шпулька выгнала всех в их с Зигмунтом квартиру, убедившись предварительно, спят ли Марыська с Петрусем. Дети после такого бурного дня дрыхли без задних ног. Это было последнее, на что у нее хватило сил, все остальное несчастную девчонку уже не интересовало. В разговоре она не участвовала и почти не слушала настойчивых уговоров Янушека.

— А я бы у них еще и этот клад свистнул, — убеждал он ребят. — Наломаться ради клада — это еще понятно. А вот лечь костьми за здорово живешь — это уже полный маразм. Ты же сам хотел, чтобы они со злости лопнули.

— Окстись! Какой там клад! — отмахнулся Зигмунт. — Если тебе так хочется, свисти сам. С меня хватит и эксплуатации бесплатного труда.

— Слишком ты разбежался! — пыталась остудить брата Тереска. — Или впрямь думаешь, что тебе на каждом шагу будет клад попадаться?

— А вдруг?..

— Буратино какой выискался! — констатировал Зигмунт. — Пусть ищет, если ему так хочется, но без меня. Я, к вашему сведению, вышел на тропу войны и жажду мести. Никакой клад меня с этого пути не свернет! Эх, жаль, что у нас нет фортепиано!

— А зачем тебе фортепиано? — Янушек так удивился, что на мгновение позабыл о своем кладе.

— Говорят, хуже нет — фортепиано таскать.

— А, ясно! Клево! Ну, я тоже не отступлюсь...

* * *

На следующий день в восемь утра прогресс работ по сносу дома был явно налицо. Тереска и Янушек, прибывшие с тремя раздобытыми по дороге коробками, воочию смогли убедиться, насколько реальна угроза, нависшая над квартирой в середине здания.

— Если им все это на голову не рухнет, то я — китайский император, — заявил Янушек.

Шпулька, полная новых сил, встретила их появление возгласами облегчения. Она как раз сражалась с грудой кастрюль, сковородок и прочей кухонной утварью, которая никуда не влезала, то и дело выскальзывала у нее из рук и вообще категорически отказывалась упаковываться.

— Вчера мы все отлично устроили, — язвительно заметила она. — Уложили все постельное белье, полотенца, мыло и зубные щетки, я уж не говорю о пижамах. Как я не подумала, что нам все это еще может понадобиться?!

— Ну и как ты выкрутилась? — поинтересовалась Тереска.

— У соседей одолжила. Мыло и одно полотенце. Помогите мне с этим...

— И куда ты хочешь это засунуть?

— Никуда. Зигмунт отлично придумал, что надо их просто связать веревкой за ручки. Главное, чтобы все вместе были.

Янушек бросил коробки и отобрал у Шпульки веревку.

— Давай сюда кастрюли, я ими займусь. А потом, если хотите, могу складывать соседские книжки. Я уже навострился.

— Хорошо бы отдельно нас связать, а отдельно соседей, — посоветовала Тереска. — С соседями вообще дело хуже — нельзя ничего выбрасывать. А где детки?

— В песочнице. Я проверяла — там поблизости никакой смолы нет.

— А Зигмунт где?

— Тоже за коробками побежал. Люстры он поснимал, все равно света уже нет. Отключили. Сказал, что заглянет в жилконтору, чтобы сориентироваться насчет скандала.

— Только бы он сейчас не начал.

— Нет, обещал потерпеть.

— Ну, ладно. Давай приниматься за соседей. Предлагаю все, что можно, увязывать в узлы.

Когда Зигмунт вернулся из своей экспедиции, наловчившиеся Шпулька и Тереска уже кончали упаковывать мягкую соседскую рухлядь. Два чемодана и три огромных тюка решили проблему постельного белья, одежды и обуви. Остальные вещи еще ждали своей очереди. Янушек соседей очень хвалил.

— Приличные люди — книжек совсем мало. Две коробки, и все убралось, не то что у вас.

— Зигмунт пришел! — крикнула Тереска из-за узлов.

— И коробки принес! — обрадовалась Шпулька. — Дай-ка сюда одну, а остальные неси на кухню!