Вечная невеста - Марина Серова

«Я и сама раскрою что угодно», — подумала я про себя.

— Да нет, я, пожалуй, сама, — улыбнулась я, высвобождая свою руку из рук Алтуфьева и поднимаясь со стула. — Вам спасибо…

— И я вам скажу спасибо, когда приду в ваш бар-ресторан, — заметил Алексей Романович.

— Приходите, — сказала я, широким жестом приглашая Алтуфьева в бар-ресторан Барабаша.

— Нет проблем, и вы приходите, — сказал Алтуфьев. — Вот визитка нашей фирмы.

Он вынул из кармана бумажку и вручил ее мне. Мне, в свою очередь, нечего было ему вручить: визитки заместителя директора «Гладиатора» у меня не было и быть не могло, а вручать подлинную свою визитку я, разумеется, сочла неуместным. Алтуфьев, не дождавшись моей карточки, склонил голову и проводил меня до двери.

В коридоре меня уже ждал охранник, тот самый мужчина, который первоначально заявил, что Анатолия Романовича нет на месте. Впрочем, Родина предупреждала меня, что это обычное дело в алтуфьевской конторе, так что я пришла в «Юрис-инвест» подготовленной.

Меня вежливо проводили до дверей. Уже когда я выходила, навстречу мне прошагала высокая брюнетка с монголоидными чертами лица. Она была одета как стандартная бизнес-леди, выглядела строго и представительно.

«Наверняка это и есть Нелли Зинюровна Идрисова», — догадалась я.

Соперница Родиной, победившая ее. Но они обе так и не смогли избавиться от психологической зависимости от Алтуфьева. Так что алгоритм поведения в данном случае Анатолием Романовичем был выбран правильно.

Я вышла из офиса «Юрис-инвест» со смешанным ощущением. С одной стороны, Алтуфьев так заморочил мне голову, что я готова была оценить этот визит как потерянное время, а с другой — у меня было ощущение, что информацию я все-таки от этого странного человека получила. Вот только где скрыто рациональное зерно в этой информации?

Я решила обратиться за советом к костям. Кидать их в машине стало для меня уже привычным делом, и я, не глядя, покатила свои двенадцатигранники по мягкому сиденью.

16+26+5 — Путешествие, следствием которого будут решительные перемены в жизни.

Вот как? Вообще-то я не планировала никуда ехать… Но раз кости так уверенно и недвусмысленно это предвещают, следовательно, мне предстоит какая-то поездка. Но вот какая и куда — я пока что совершенно не представляла.

Я заехала к Мельникову и передала ему содержание своей беседы с Алтуфьевым. Тот довольно лениво меня выслушал и сказал, что даст поручение своим сотрудникам проверить Алтуфьева. Хотя по его виду и так было понятно, что майор не возлагает особых надежд на эту версию.

Затем я решила позвонить Вениамину Викторовичу Барабашу и сообщила, что мне, скорее всего, придется снова ехать в Саранск. Насчет моего первого визита Вениамин Викторович уже был оповещен и оплатил расходы. На сей раз его голос показался мне несколько раздраженным. И даже как будто не совсем трезвым.

— Делайте что хотите, — ответил Барабаш, явно желая поскорее завершить разговор.

Собственно, я так почти всегда и поступаю. Я пожелала Вениамину Викторовичу держаться бодрее и пообещала завершить расследование в максимально короткие сроки.

— Очень на это надеюсь, — вздохнул Барабаш и отключил связь. И мне не до конца было понятно, что его заботит больше: материальные издержки или желание поскорее забыть о происшествии. Хотя, судя по его психологическому настрою, скорее второе.

Андрей Мельников сам напомнил о себе звонком.

— Киллера нашли, — сообщил майор.

— Да ты что? — обрадовалась я. — И что он говорит?

Мельников вздохнул:

— К сожалению, он ничего не говорит.

— Ну, это понятно, — кивнула я. — Но отпираться долго-то ему не придется — как-никак, а он числился в ресторане по ложным документам. Так что, применяя определенные методы, я думаю, ты скоро добьешься от него откровенности. Кстати, где его нашли?

Последовал еще один вздох. Затем Мельников откашлялся и четко произнес:

— Нашли его в овраге за кольцевой дорогой с черепно-мозговой травмой, которая привела к смерти. При себе у него были только документы Сапожникова, так что если бы в рабочем архиве твоего клиента не хранилась его фотография, с которой мои сотрудники успели познакомиться, думаю, на выяснение его личности ушло бы довольно много времени.

— Вот это номер, — протянула я, потрясенная полученной информацией. — Но ведь, строго говоря, личность его так и не установлена? Он же не Сапожников!

— Не Сапожников, — признал майор. — И устанавливать его личность придется неизвестно сколько времени. Но вот то, что его убили, меня, например, не удивляет.

— Почему? — тут же спросила я.

— А ты сама не догадываешься? — грустно усмехнулся Мельников.

— Знаешь, я лучше сейчас подъеду к тебе. На месте все и обсудим.

— Давай, подъезжай, — сказал Андрей и отключил связь.

В кабинете Мельникова я сидела уже через десять минут после этого разговора. Майор был сдержан и мрачен. Известие о смерти лже-Сапожникова явно не прибавило ему настроения.

— Он убил Порфирьева, — немилосердно дымя сигаретой, вещал майор. — А потом убрали его самого. Понимаешь, что это означает?

— Понимаю, — ответила я. — Как водится, киллер исполнил заказ, и его убрали. Такой вывод напрашивается сам собой.

— Ну вот, — удовлетворенно кивнул Андрей. — Правильно. А главное, что это означает? То, что после смерти киллера, связь между заказчиком и жертвой нарушена. Так что мы имеем классический висяк!

Выговорив это, майор выдержал паузу, а затем от всей души грохнул кулаком по столу. Канцелярский набор цилиндрической формы подскочил и свалился на пол. Майор не сделал попытки его поднять.

— Погоди, — попыталась успокоить я расстроенного приятеля. — Почему сразу висяк? У нас же есть саранская история! Ну, с исчезновением Чеснокова.

— А как ты ее сюда прицепишь, эту историю, как? — продолжал сокрушаться Мельников. — Я так думаю, что она здесь ни при чем совершенно! Просто совпало, и все! Ну было дело, исчез там этот, как его…

— Чесноков, — подсказала я.

— Вот-вот, — буркнул Мельников. — Чесноков… А Порфирьева убили совсем по другим причинам. Каким — хрен его знает, и никогда мы теперь не узнаем, потому что исполнителя нет, а заказчика при таком раскладе хрен найдешь!

— Что-то ты часто этот самый хрен вспоминаешь, — заметила я. — Давай прежде всего успокоимся и подумаем. Может быть, не все так мертво? Мне история с исчезновением Чеснокова не показалась «левой»…

— Да мало ли что могло показаться! — раздраженно махнул рукой Андрей.

— Я все-таки думаю, что нужно нащупывать следы в Саранске. — Теперь я практически не сомневалась в том, что мне предстоит повторное путешествие в этот город.