Дворец вожделений - Лора Джо Роулэнд

Придя в себя, канцлер опустился на колени на своем обычном почетном месте справа от сёгуна. Сано и Хосина сели рядом с платформой напротив своего повелителя и поклонились сёгуну.

— Вы уже нашли досточтимую госпожу Кэйсо-ин? — спросил Цунаёси Токугава, оглянувшись по сторонам, словно ожидая ее увидеть.

Неловкое молчание прервал Янагисава:

— Сожалею, что приходится ответить отрицательно.

Лицо сёгуна разочарованно вытянулось. Янагисава повернулся к священнику Рюко:

— Какая приятная встреча. Что вас сюда привело?

Сано невольно представил себе стальное лезвие, завернутое в шелк. Все знали, что Янагисава терпеть не может монаха. Рюко жаждал власти не меньше канцлера. Его давние отношения с госпожой Кэйсо-ин подарили ему статус высшего священника Японии и неофициального советника сёгуна. Его влияние на Цунаёси Токугаву и тысячи монахов в храмах по всей Японии угрожали высокому положению Янагисавы.

— Я принес его превосходительству духовное утешение в этот трудный час, — смиренно отозвался священник Рюко, не в силах, однако, скрыть своей ненависти к канцлеру, который вел бесконечную тайную борьбу, пытаясь отлучить его от двора.

— Понятно.

Сано разделял скептицизм Янагисавы. Священник Рюко, несомненно, воспринял похищение как шанс втереться в доверие к господину с целью, очевидной для всех присутствующих, кроме самого Цунаёси Токугавы. Священник понимал, что его положение при дворе зависит от госпожи Кэйсо-ин, и в случае ее смерти он потеряет власть… если его не возьмет под свое крыло сёгун. Сано не любил Рюко и не доверял ему. Этот человек больше пекся о своих личных интересах, чем о благополучии Кэйсо-ин, Рэйко и других женщин.

— Почему вы… э-э… еще не спасли мою мать? — спросил сёгун, не замечая возникшей напряженности.

— Прошу позволения напомнить вашему превосходительству, что прошло меньше суток с тех пор, как мы узнали о похищении госпожи Кэйсо-ин, — с осторожным почтением отозвался Хосина. — Расследование требует времени.

— У вас было достаточно времени. Вы делали что-нибудь… э-э… кроме того, что тратили его впустую? — В приступе опасного раздражения сёгун подался вперед, сверля глазами Янагисаву, Сано и Хосину. Как Сано и опасался, их господин ожидал немедленных результатов. — Каких успехов вы… э-э… добились в деле возвращения моей матери?

Едва заметная улыбка скривила полные губы Рюко, когда он увидел, как меняется атмосфера. Хосина сердито взглянул на священника.

— Сегодня было рассмотрено несколько возможных вариантов, — сказал Янагисава. — Сёсакан-сама расскажет, чего он добился.

«Рассчитывать, что Янагисава заговорит первым и вызовет на себя гнев сёгуна, то же самое, что поливать пылающий дом из чайника», — подумал Сано.

— Я допросил сегодня утром двух преступников из «Черного Лотоса», — сообщил он. — Они рассказали мне о священнике по имени Абсолютная Мудрость, который занимает высокое положение среди главарей секты. Они говорят, что «Черный Лотос» готовит заговор против режима Токугавы. Это могло быть и похищение, причем организованное Абсолютной Мудростью. Он покинул свой тайный храм, но мои люди сегодня прочесали город и арестовали сорок восемь членов секты. Я допрошу их в тюрьме Эдо. Кто-нибудь обязательно скажет, где искать этого священника.

Сёгун, успокаиваясь, кивнул. Канцлер Янагисава сохранял невозмутимость, Хосина расслабился.

— А у вас есть какое-нибудь реальное основание считать, что женщин похитил «Черный Лотос»? — подал голос священник Рюко.

— Монахи и последователи учения Черного Лотоса достаточно безрассудны и наглы, чтобы пойти на преступление, — ответил Сано.

Священник сардонически улыбнулся:

— Но ведь у вас нет доказательств, что эта секта замешана в преступлениях.

— Многолетний опыт детективной работы подсказывает мне, что это так. — Поняв, куда клонит Рюко, Сано возмутился коварством священника.

— Получается, сёсакан-сама потратил день на поиски людей, против которых у него нет никаких улик, — сказал Рюко, и в его тоне послышалась странная смесь уныния и ликования. — Такое впечатление, что он скорее наказывает старых врагов, чем ищет настоящих преступников.

— Это ложь! — воскликнул Сано, разгневанный несправедливым обвинением.

Сёгун, не обращая внимания на этот протест, сверлил его злобным взглядом.

— Как вы могли так обмануть мое доверие? — поразился он. — И это после всего, что я… э-э… для вас сделал?

Сано и рта не успел раскрыть, как Рюко заговорил снова:

— Поведение сёсакана-самы прискорбно, но меня тревожит нечто более серьезное. Я опасаюсь, ваше превосходительство, что все расследования ведутся не в том направлении.

Его неодобрительный взгляд обратился в сторону Янагисавы и Хосины. Сано видел, что те стараются скрыть тревогу, прекрасно понимая, чего добивается Рюко. Священник жаждал возвращения Кэйсо-ин, поскольку она являлась источником его власти, и ради ее спасения все должны были лезть из кожи вон. Но в случае неудачи Рюко необходимо обезопасить себя от людей, способных, как он считал, его свалить. Потому он и стремился очернить в глазах сёгуна Сано, Янагисаву и Хосину.

За годы пребывания в должности сёсакана-самы Сано часто приходилось становиться мишенью клеветников на подобных совещаниях, но еще ни разу он не удостаивался такой чести одновременно с Янагисавой и Хосиной.

— Возможно, что именно вы идете не в том направлении. — Янагисава бросил на Рюко злой взгляд, но не решился открыто атаковать священника.

— У нас есть и другие версии, — вступил Хосина и воинственно посмотрел на Рюко, стараясь его смутить. — Я был у Суйрэн, служанки, уцелевшей во время резни. Дурак лекарь не дал ей со мной поговорить, поэтому я расспросил о ней дам из дворца. Если она была пособницей похитителей, я скоро найду преступников среди ее знакомых.

— Вот именно, если она была пособницей, — презрительно бросил Рюко. — Похоже, у вас не больше доказательств виновности Суйрэн, чем у сёсакана-самы улик против «Черного Лотоса».

— У вас есть лучшие идеи? — Хосина сжал кулаки, сверля глазами Рюко. — Овод лишь докучает тем, кто работает.

Священник презрительно пожал плечами и обратился к сёгуну:

— Мой долг не раскрывать преступления, а показать нашему превосходительству, что сёсакан-сама и начальник полиции придерживаются ошибочных суждений.

Сано и Хосина переглянулись, пораженные наглостью священника. Они принялись было возражать, однако сёгун сердито махнул рукой.

— Да, вы… э-э… совершили ужасные ошибки. — сказал он. — Вы настолько ослеплены… э-э… заблуждениями, что не найдете и рыбу в ведре! — крикнул он, брызгая слюной, и устремил умоляющий взгляд на канцлера Янагисаву. — Могу я рассчитывать хотя бы на то, что вы… э-э… спасете мою любимую мать?