Угрюмый город - Фридрих Незнанский

— Не брюзжи, Коля.

— Это не я брюзжу, — надулся Щербак. — Это ты сатрапствуешь! Дома, конечно, на Головача можно поорать, на Демидыча, на Макса, а тут я один за всех выгребаю…

— Больше так не буду, — пообещал Денис.

— Не верю.

— Дяденька Станиславский, простите засранца, я больше никогда, никогда, вот истинный крест!

То-то же, — довольно ухмыльнулся Щербак. — Помнишь, Лилечка-красавица сказала, что Игорь просил ее ходить в гостиницу в полседьмого, полдевятого, полседьмого, полдевятого и т. д., каждый раз разными маршрутами? Так вот посмотрел я на эти маршруты и заметил одну замечательную закономерность: все они не только начинаются у нее дома, а заканчиваются в гостинице, но все еще проходят в непосредственной близости от площади Ленина. А на площади у нас что? Футбол. Причем как раз в семь и в девять. То есть Игорь собирался перехватить Лилечку где-нибудь в районе площади, если бы возникла такая нужда, поговорить, а потом еще и футбол успеть посмотреть.

— Но почему он на площади футбол смотрит?

— А! Из этого можно тоже сделать кое-какие выводы: либо он следил за кем-то, кто тоже смотрел на площади футбол, либо встречался с кем-то в толпе, либо он, когда выписался из гостиницы, заполз в нору, расположенную на одной из окраин города. А там ежедневные, вернее, ежевечерние веерные отключения электричества, то есть телевизором можно только орехи колоть. Но я, естественно, пошел дальше. Я там каждый булыжник обнюхал и сообразил, что буквально в двух шагах же — автовокзал. А на автовокзале целый зал — автоматические камеры хранения, привет Шуйскому! — он постарался. Ячеек там море, номера четырехзначные, на каждой панелька с кодом — еще шесть цифр, я почему тебе звонил, спрашивал про четырехзначное и шестизначное число. Срок хранения не совковый — тридцать суток.

— И какой нам прок от этих камер хранения? — спросил Денис, уже понимая, к чему Николай клонит, но давая ему возможность полностью насладиться собственной проницательностью.

— А такой! Если Игорь нашел какие-то улики по убийству Олега, свидетельства очевидцев или еще что-то он, зная, что за ним следят — а Лилечка говорила, что он это подозревал, — не стал бы держать это при себе, а спрятал бы в надежном месте. Например, в камере хранения. Если Игорь понял, что следившие за ним люди — серьезные и ему реально что-то угрожает, там же в камере хранения он мог оставить для нас наводку. Если не имена их, то хоть что-нибудь. Он фактически дал нам все, чтобы понять, где искать, он знал: когда Лилечка расскажет нам о странной системе их встреч, мы все поймем.

— А номер ячейки и код?

— Наверняка и это тривиально! — с жаром заверил Щербак. — Просто нужно вспомнить, что нам еще про него рассказывали Лилечка, родители, Потапов… ну не знаю, Кравцов! И раскусить эту шараду.

— Ладно, — подытожил Денис, — поехали раскусывать.

11.50

— Молодые люди, документики ваши, будьте добры. — На выходе из гостиницы Дениса и Николая остановили двое милиционеров-пэпээсников.

— Стряслось что-нибудь? — широко улыбаясь, поинтересовался Щербак.

— Старший сержант Анечкин, — вместо ответа представился старший, второй— просто сержант — требовательно протянул руку:

— Пожалуйста, ваши паспорта.

Сыщики предъявили документы.

— С какой целью прибыли в Снежинск? — спросил Анечкин, внимательно изучая паспорта, особенно страничку с пропиской.

— С благовидной, командир, — попробовал отшутиться Николай. — Что-то случилось? Бандитов ловите?

Старший сержант, кажется, шуток не понимал, он повторил вопрос:

— С какой целью прибыли в Снежинск? Как долго планируете пробыть в городе?

— Служебная командировка, — ответил Денис. — Пробудем еще неделю.

Командировочное удостоверение, слава Богу, не попросили. Вернули документы и, откозыряв, направились к другому постояльцу «Полета», тоже вышедшему на крыльцо.

Мистеров под гостиницей не было. Огляделись тщательно, даже постояли покурили пару минут — нет.

— Они теперь не появятся, — сказал Денис. — Теперь они будут от нас тщательно прятаться.

Дошли до машины, которую вчера на всякий случай оставили в тихом дворике в двух кварталах от гостиницы. Там тоже была платная стоянка, но с нормальными ценами. Люди Боксера так себя и не обнаружили.

Доехали до автовокзала. Находился он не в двух шагах от площади, тут Николай преувеличил, но неоновая вывеска, особенно вечером, с площади была видна. Автобусов от него ходило не много, билетная касса работала всего одна, и в списке рейсов значился с десяток, не больше, пунктов назначения. Огромное здание, построенное, скорее всего, в восьмидесятых, когда народ еще автобусами ездил, теперь пустовало. В зале ожидания на первом этаже расположился огромный «Секонд-хенд», на втором этаже — вечерний вещевой рынок, а в зале камер хранения было пустынно и гулко.

— Зачем их столько? — удивился Денис, оглядывая длинные ряды: металлические дверцы, дверцы, дверцы…

— Я уже думал над этим, — откликнулся Николай. — Когда от рахаевского бензина все тачки в городе кончатся, народ вернется к истокам — к автобусам, вот тут-то они и пригодятся.

Но, несмотря на то, что снежинцы на свой страх и риск все еще продолжали отважно ездить на личных автомобилях, как минимум половина ячеек была занята. Возможно, торговцы, работающие на вечернем рынке, не увозили свои баулы домой, а хранили прямо тут.

— Как видишь, если на каждой запертой ячейке набирать код (предположим, что мы его уже знаем), то на это уйдет не один час, а может и день, — развел руками Щербак. — Надо просечь систему.

— Надо, — согласился Денис.

— Может быть, если Игорь на футбол заложился один раз, тут тоже что-то с футболом связанное? Например, код— дата начала чемпионата, 310502, а номер ячейки… Кто у него любимые футболисты? Рауль, по-моему…

— И Бэкхем.

— Точно! Номера у обоих — 7, значит ячейка, например, 0707.

Ячейка 0707 оказалась пустой.

— Тогда, например дата первой игры наших — 0506.

Эта была закрыта, но код 310502 не подошел.

— Значит, дата финала, — не сдавался Николай. И снова мимо — код не подошел.

— Теряем время, — прокомментировал его изыскания Денис.

— Вижу! Предложи сам что-нибудь.

— Надо подумать, — Денис сосредоточенно потер переносицу. — Надо подумать. А пока, я — к Потапову, он наверняка на работе и, возможно, он пробил номера, а ты съезди, посмотри на особняк Боксера. Рыбалко сказал, что это где-то на Чапаевке, рядом с областным ГАИ, большой дом с зеленой крышей.

— Ты что, собираешься вломиться к нему в логово? — присвистнул Щербак.

— А что делать? Ждать, пока из моего «Макарова» кого-нибудь прихлопнут?