Три свидетеля - Рекс Тодхантер Стаут

– Пытаюсь вспомнить… Да, в самом деле. Он предложил мне позвонить ему и положил ее вон туда.

– И что с ней было дальше?

– Не знаю.

– Вы ему позвонили?

– Нет. Не было повода.

– Не могли бы вы посмотреть, нет ли здесь этой визитки? Это важно.

– Почему?

– Долго рассказывать. Но мне очень хотелось бы увидеть эту визитку. Не могли бы вы ее поискать?

Он не пришел в восторг от моей просьбы, но не стал спорить. Он проверил все под каждым предметом на столе, включая пресс-папье, заглянул в каждый ящик стола, прошелся по комнате, посмотрел везде, в том числе в картотечном шкафчике. Я встал на колени и поискал под столом. Визитки нигде не было.

Я поднялся на ноги:

– Могу ли я спросить вашу секретаршу?

– Что все это значит? – твердо спросил он.

– Вы же не хотите в этом участвовать. Самый простой способ избавиться от моего присутствия – порадовать меня этой пустячной картонкой.

Он снял телефонную трубку, сказал пару слов. Через мгновение дверь открылась, и вошла секретарша. Он сказал, что мне нужно кое о чем ее спросить. Я так и сделал. Она сказала, что ничего не знает ни о какой визитной карточке Пола Обри. Сказала, что не видела ее ни на столе Биба, ни где-либо в другом месте ни в прошлую пятницу, ни в какой-либо другой день. Когда вопросы закончились, она вышла спиной из кабинета и закрыла за собой дверь.

– Я немного в растерянности, – сказал я Бибу. – Я так надеялся ее здесь найти. Вы уверены, что не помните, чтобы ее кто-то взял?

– Я сказал все, что помню. Обри оставил визитку на столе.

– Была ли у кого-нибудь возможность незаметно взять ее?

– Вероятно, была. Я не знаю, что вы пытаетесь выяснить, мистер Гудвин, но не пойду у вас на поводу даже без свидетелей. В пятницу, во время нашей встречи, я ненадолго встал из-за стола, чтобы кое-что достать из папки. Не стану говорить, что в тот самый момент кто-то получил возможность взять визитку, но не могу запретить вам так думать. – Он встал. – Жаль, но больше не могу быть ничем полезен.

– Мне тоже, – произнес я с чувством.

Я поднялся и пошел к двери, но он остановил меня на полпути.

– Мистер Гудвин…

Я повернулся. Он стоял возле стола, прямой и напряженный.

– Я адвокат, – произнес он другим тоном, – но я еще и человек. И как человек, я прошу вас меня понять. Мой друг и клиент убит, и полиция, по всей видимости, считает, что убийца арестован. Ниро Вулф, действуя от лица миссис Карноу, хочет доказать, что они ошибаются. Единственный способ, каким он может этого добиться, – это найти другого виновного. Разве не так?

– Примерно так, да.

– И вы просите меня о сотрудничестве. Вы расспрашивали о встрече в пятницу. Кроме меня, здесь находились еще пять человек, и вам известно, кто они. Среди них нет и не было моих клиентов. Возвращение Сидни Карноу всех привело в смятение. Всем грозила финансовая катастрофа. Все в той или иной форме просили меня о помощи. Я, конечно, поставил в известность об этом полицию и не вижу ничего предосудительного в том, чтобы сказать и Ниро Вулфу. Больше у меня нет абсолютно никакой дополнительной информации, которая могла бы ему быть полезной. Скажу откровенно: если Пол Обри виновен, надеюсь, он понесет наказание. Но если виновным окажется кто-то другой, я также надеюсь, что он или она понесет наказание, и, если бы мне было хоть что-то известно, я не стал бы скрывать. – Он поднял руку, уронил ее. – Я хочу сказать только, что как юрист я не должен думать о мщении, но как человек, наверное, все же немного этого хочу. Кто бы ни убил Сидни Карноу, он должен понести наказание.

Биб отвернулся и пошел к своему креслу.

– Чертовски приятное чувство! – согласился я и ушел.

По пути к следующей цели я нашел телефон-автомат и позвонил Вулфу доложить о провале. В ответ услышал только попреки.

Дом миссис Сэвидж купила в районе Шестидесятых улиц, восточнее Лексингтон-авеню. Я не специалист по недвижимости в Манхэттене, но, глядя на узкое трехэтажное здание из серого кирпича, подумал, что оно обошлось ей вряд ли больше чем в десятую часть от ее трехсот тысяч плюс ссуда. Я позвонил в дверь, но на мои звонки никто не ответил, и я почувствовал себя обманутым. Конечно же, я не ждал, что меня встретит дворецкий в роскошной ливрее, но неужели горничная не могла открыть дверь детективу?

Оттуда до дома на Парк-авеню, где снимали квартиру мистер и миссис Норман Хорн, было всего десять минут ходьбы. Но моя удача заупрямилась. Консьерж сказал, что супругов нет дома, по моей просьбе позвонил им, и никто не снял трубку.

Я люблю гулять по Манхэттену, наблюдая краткие мгновения его дикой жизни – голубей, котов, девушек, – но в тот день я перестарался, курсируя туда-сюда между моими объектами. Я устроил засаду в жуткой забегаловке на Шестьдесят восьмой улице, где сидел, потягивая молоко, и наконец увидел тетушку Маргарет, которая продефилировала по тротуару на противоположной стороне и вошла в дом из серого кирпича. Я допил молоко, перешел через улицу и нажал на кнопку звонка.

Она приоткрыла дверь на несколько дюймов, произнесла, приняв меня за журналиста: «Ничего не могу сказать», и на том разговор бы закончился, если бы не моя нога.

– Погодите минутку, – начал я. – Меня вам представила ваша дочь, и было это сегодня утром. Меня зовут Арчи Гудвин.

Она приоткрыла дверь еще на дюйм, чтобы лучше меня рассмотреть, а усилие моей ноги подтолкнуло дверь дальше. В результате я переступил через порог.

– Да, конечно, – согласилась она. – Мы были с вами невежливы, не так ли? Я сказала, что не могу ничего сказать, потому что мне велели так отвечать всем, но вы правы, моя дочь в самом деле вас представила, а мы были невежливы. Что вам угодно?

Слова ее прозвучали как милость Божья. Если бы только можно было ее похитить, привезти к Вулфу, всех обзвонить и сказать, что она у нас и очень нам помогла, то готов поспорить, они тут же примчались бы, чтобы вырвать ее из наших когтей.

Я ответил ей дружелюбным взглядом и теплой улыбкой:

– Сейчас объясню, миссис Сэвидж. Как и сказала ваша дочь, я работаю на Ниро Вулфа. Он считает, что в создавшейся ситуации есть некоторые неучтенные аспекты. Упомяну лишь об одном. Закон гласит: преступник не может получить выгоду от своего преступления. Если будет доказано, что вашего племянника убил Обри, а миссис Карноу ему помогала, то что станет с ее частью наследства? Достанется она вам, вашему сыну и дочери или кому? Вот примерно это мистер Вулф хотел бы с вами обсудить. Если вы позволите отвезти вас к нему. Он вас ждет. Он хотел бы знать, что вы сами об этом думаете, и нуждается в вашем совете. Это заняло бы всего…

Сверху послышался окрик:

– Что там, мамаша?

По лестнице за спиной миссис Сэвидж быстро затопали тяжелые шаги. Она оглянулась.