Цена бесчестья - Чингиз Абдуллаев

Отель «АС, Кордова» находился на новой площади, рядом сновым вокзалом в северо-западной части города. Дронго подъехал к отелю натакси. В этой части города повсюду велось строительство новых домов, сносилисьцелые кварталы, а на их месте воздвигались новые многоэтажные здания. Если вцентре города бережно сохранялись старые улицы, то здесь разрешалосьстроительство. История Кордовы насчитывала несколько тысяч лет. Ещё в стопятьдесят втором году до нашей эры город перешёл в руки римлян, которыепостепенно вытесняли карфагенян с Пиренейского полуострова. Город назвалиКорбуда, и он стал столицей испанской провинции, названной позже Бетика. Этотгород дал миру великого стоика и учителя Нерона — Луция Сенеку. При распадеРимской империи городом овладели вестготы, которые принесли сюда христианство.А затем в Кордове появились мавры, которые в семьсот двенадцатом году покорилигород. Кордова была завоёвана во многом благодаря местным евреям, открывшимворота завоевателям. Мавры об этом никогда не забывали. Ещё через сорок четырегода в Кордове была основана династия эмиров Омейядов и начался расцветвеликого города.

Считалось, что к началу десятого века Кордова была не толькосамым крупным городом в Европе, но и самым цивилизованным. Здесь был основанизвестный на весь мир университет, сюда приезжали учиться из стран Запада иВостока. Открывались новые школы и библиотеки. Сюда прибывали самые известныефилософы и врачи того времени. Население города насчитывало около миллионачеловек. Здесь были построены три тысячи мечетей и более трехсот общественныхбань. Самое поразительное в Кордове — это веротерпимость по отношению кхристианам и евреям. В течение почти трехсот лет город считался символом передовойнауки того времени. Евреям даже разрешалось быть не только врачами и учёными,но и дипломатами, даже военачальниками. Современники утверждали, что в миреесть только два таких города — Багдад и Кордова. В годы мрачного раннегоСредневековья Европы Кордова являла собой образец терпимости и толерантности поотношению ко всем народам и религиям на Пиренеях. Но, как это обычно бывает,город пал, раздираемый противоречиями изнутри. Уже к середине одиннадцатоговека могущественный халифат раскололся на мелкие эмираты, называемые тайфас. Ивскоре попал под власть чужих халифов из Севильи. А через двести лет город былзавоёван кастильским королём Фердинандом Третьим.

Но ещё двести лет продолжалась агония некогда великойстолицы. Именно здесь в тысяча четыреста восемьдесят шестом году Изабеллавпервые приняла Колумба и поверила в его дерзновенную мечту об открытии новогопути в Индию. Окончательный удар по городу нанесло решение королевских властейоб изгнании из Испании евреев и мавров. Кордова стала пустеть и превращаться вжалкий провинциальный городок. В то время как расцветала Севилья, ставшаяглавными морскими воротами Испании в открытую Америку.

Именно в Кордове была заложена в конце восьмого веказнаменитая Мескита — самая большая мечеть в Европе, ставшая символом города.Она сооружалась более двухсот лет и являлась впечатляющим памятникоммонументального искусства Кордовского халифата. После взятия Кордовы Мескитастала церковью Успения Богородицы и здесь также были пристроены капеллы квнутренним стенам бывшей мечети. Процесс взаимопроникновения культур иногдарешался столь радикальным образом. Мечети в Севилье и Кордове были переделаны вцеркви, а христианская церковь Святой Софии в Константинополе — в мечеть, и самгород стал Стамбулом.

Кордова больше никогда не сможет достигнуть былого величия.При Габсбургах и Бурбонах она будет обычным провинциальным городом Андалусии,во времена республики окажется быстро захвачена франкистами, во времена Франкосонным южным городком с населением, не превышающим ста тысяч человек. И хотя впоследние годы Кордова стала разрастаться, а её население выросло более чем втри раза, город по-прежнему лишь хранитель былого величия, а его Мескита —памятник тем великолепным годам, когда Кордова была самым крупным городомЕвропы.

Дронго вошёл в отель и предъявил паспорт с кредитнойкарточкой, чтобы оформить себе номер. За стойкой находились две молодыедевушки-портье.

— Извините меня, — неожиданно попросилДронго, — вы не можете мне сказать, на каком этаже живёт сеньора Логутинаиз России? Это моя знакомая.

Девушки переглянулись.

— Она живёт на пятом, — сообщила одна, — впятьсот двадцать втором номере. Это сюит.

— У вас есть номера на этом этаже? —поинтересовался Дронго. — На пятом?

Девушки снова переглянулись. Возможно, что этот галантныйсеньор прилетел сюда ради их гостьи. Почему бы и не помочь ему?

— У нас есть свободный пятьсот второй, — сообщилапортье, — это номер суперриор. Согласны?

— Спасибо, — поблагодарил её Дронго, — тольконе говорите ей, что я приехал. Пусть это будет для неё сюрпризом.

В свой номер он поднялся через минуту. Номер ему понравился.Большая, просторная комната. Современное оборудование, оригинальная ваннаякомната. Все трубы были прозрачные, и видно, как вода уходит вниз. Мыло былосделано в виде мячиков для гольфа, а сама сантехника из прозрачного стекла.Дронго принял душ и сел у телефона. Как поговорить с Верой, чтобы её неиспугать? Ведь услышав звонок чужого, она может просто сбежать. Она и такчувствует себя почти загнанной лошадью, проехала через всю Европу, чтобыспрятаться в этом отёле. Даже не позвонила своей сестре. Наверняка ждётдевятнадцатого числа.

Он быстро оделся, вышел из комнаты. Прошёл в другой конецкоридора и прислушался. Номер пятьсот двадцать два. За дверью ничего не слышно.Может, её нет в отёле? Или она спит. Он наклонился совсем близко к двери. Нет,ничего не слышно. Даже телевизор не работает. Будет обидно, если, проехав заней такое расстояние, он её не найдёт. Или выяснится, что он опоздал. Нужнопринимать какое-то решение. Нужно попытаться с ней встретиться. Если она вдругслучайно узнает, что ею интересовались, или решит уехать отсюда, он не сможетеё быстро найти за оставшиеся дни. Нужно решиться и постучать. Нужно прямосейчас. Он поднял руку и решительно постучал…