Бремя идолов - Чингиз Абдуллаев

До самого вечера девушки увлеченно копались в отличнойбиблиотеке Глебова.

Сна как не бывало. В спальню Николая Николаевича они решилине входить и постелили себе в кабинете на диване, рассудив, что прекраснопоместятся на нем вдвоем. Римма позвонила бабушке и, убедившись, что никто кним не приходил и не звонил, на какое-то время успокоилась.

Вадим по-прежнему не отвечал. Его мобильный телефон,включенный и не отвечавший, уже пугал их. Почти каждый час звонил Глебов. Онбеспокоился и за сохранность собственной дачи, в общем-то, так неосторожнопредложенной им своим сотрудницам, и, разумеется, за жизнь обеих молодыхженщин, которые ввязались в очень непростую историю. Вызвать охрану онпочему-то не решился.

Преждевременная огласка могла повредить делу — он не зналвсех связей депутата.

Когда Глебов получил данные о Бондаренко, он сразу позвонилРимме, рассказав главное, без пугающих подробностей. К вечеру он уже знал, зачто именно привлекался к уголовной ответственности помощник депутата. В первыйраз — за вооруженный грабеж, во второй — за участие в бандитских нападениях наводителей большегрузных машин. Участие самого Бондаренко в убийствах доказатьне удалось, поэтому в отличие от своих подельников он отделался сравнительно легко,получив по приговору суда только восемь лет в колонии для особо опасныхпреступников. Через четыре года он уже вышел на свободу, которая довольнонеожиданно привела его в политику. Глебова, не впервые сталкивающегося с фактомкриминализации в кругу парламентариев, данный случай не столько удивил, сколькозаставил быть предельно осторожным. Так или иначе, он решил, что позвонитТетеринцеву и потребует от депутата объяснений незаконных действий егопомощника.

«Плачущие журналистки» продолжали волновать его, и он звонилна дачу до двух часов ночи — они еще не ложились. Не мог он найти и Кокшенова.Наконец супруга, которой надоели его постоянные звонки, взбунтовалась изаявила, что давно пора спать человеку его возраста, и Глебов, никогда особо неперечивший жене, отправился в спальню, решив поиски исчезнувшего журналиста иего магнитофона отложить до утра.

Подруги, улегшись рядышком, строили самые разныепредположения о том, что могло случиться с Вадимом Кокшеновым. Если у негокончилась батарейка на телефоне, то и сам телефон должен быть отключен,заявляла Света, и подруга с ней соглашалась. Пугало именно то обстоятельство,что мобильный телефон Вадима продолжал работать, а никто на него не отвечал.Наконец в половине третьего ночи они снова отважились на звонок. Им неожиданноответили.

Фотокорреспондент, собутыльник Кокшенова, проснулся срединочи и отправился на кухню. Его мучила жажда. Возвращаясь в спальню, он услышалв коридоре слабую трель звонка и обнаружил забытую куртку друга, из карманакоторой подавал голос его мобильный телефон, — Алло. Это ты, Вадик? — спросилон, держась для верности за стенку.

— Алло. Здравствуйте, — вдруг заверещал женский голос. — Мненужен Вадим.

Вадим Кокшенов. Это его телефон?

— Его, — согласился фотокорреспондент.

— Позовите его, пожалуйста, к телефону.

Хозяин квартиры удивленно посмотрел по сторонам, затембросил взгляд на свои босые ноги и выдохнул:

— Его здесь нет.

— А где он сейчас находится? — упавшим голосом произнеслаРимма. — Мне он срочно нужен. Очень срочно…

Фотокор сосредоточился, немного помолчал и сказал:

— Он поехал к себе домой.

— Его нет дома, — быстро ответила Римма, — Скажите, радиБога, где его можно найти. И кто вы такой?

— Я его друг, — с достоинством произнес голос. — Мы большиедрузья, — почему-то добавил он, — а Вадик поехал домой.

Ему становилось холодно стоять в коридоре босиком. Чтобысогреть ступни, он потирал их по очереди о свои коленки.

— Ответьте, пожалуйста, где его найти? — в отчаянии молилаРимма. — Он срочно нужен. Поймите, срочно!

— Дома, — еще раз флегматично ответил фотокорреспондент и,не обращая внимание на истерические крики, отключил телефон и положил егообратно в карман куртки. При этом он обнаружил, что в куртке есть еще что-тотяжелое. Достав магнитофон, он с удивлением взглянул на него. Потом вспомнилпро свои босые ноги и прямо с магнитофоном пошлепал в спальню. Собираясь сунутьпоскорее окоченевшие ноги под одеяло, он с удивлением посмотрел на магнитофон исунул его между книгами на полке, висевшей рядом с его кроватью. После чегоулегся и сразу же заснул.