Париж.ru - Елена Арсеньева

– Опять вы, господин доктор? Опять намработку задаете? И что это все к мертвым да к мертвым вызываете?

– С живыми мы и сами управимся, –усмехнулся Белинский. – А вы, наверное, вроде меня – горите на работе?Небось тоже отпускников заменяете?

– Их, чертей! – устало отмахнулсяКапитонов. – Сегодня что-то день безумный, вызов на вызове, даже некогдаследственно-разыскные мероприятия проводить. Что тут у вас? – Он сделалпопытку пройти в комнату, но Белинский вскинул руку, как школьник на уроке:

– Одну минуточку! Узнали фамилию тогоубитого? Ну, которого ударили ножом?

Лицо Капитонова мгновенно приобрело тонеприязненно-замкнутое выражение, которое бывает у служителей закона,подозревающих, что кто-то намерен выведать их профессиональные тайны:

– А вы почему интересуетесь?

– Как почему? Я же вас вызвал на местопреступления! – обиженно напомнил Белинский. – Теперь как бы своюответственность чувствую. Интересно, как там и что?

Капитонов подумал-подумал – и, видимо, счелинтерес законным и обоснованным.

– Личность убитого пока неустановили, – обронил он сдержанно. – Хозяйку квартиры тоже найти неможем: она уехала неведомо куда. Что касается поисков убийцы... в этомнаправлении мы работаем. И все, хватит разговоров, мне делом надо заниматься!

Капитонов ушел в другую комнату. Вениаминзадумчиво проводил его взглядом. Он совершенно точно мог бы сказать, в какомименно направлении работает милиция, разыскивая убийцу. В том, в которомпроживает некто Холмский Д. К. Более того, парнишка, наверное, уже задержан идает показания. И, быть может, это правильно. А может, и нет. Так или иначе,Веня должен немедленно перестать думать об этой ерунде. Займись своим прямым инепосредственным делом, доктор!

Он вынул из папки бланки, критически осмотрелстол, потом чуть сдвинул нагромождение холстов, прислонился к стене и, поднявколенку и уложив на нее папку, быстро написал заключение о смерти Фединой А. И.С этой минуты поле деятельности вполне принадлежало милиции, «Скорая» и МЧСмогли уезжать. Что они и сделали.

Уже во дворе Вениамин сунул руку светлоглазомупарню, потом его начитанному коллеге и спросил как бы между прочим:

– А что, этот Сорогин – он оченьпопулярный писатель?

– К несчастью, да, – кивнулначитанный с тем же выражением брезгливости. – А что, тебе мало в жизнипоганства, надо еще в книжке о нем прочитать?

– Хочу все знать! – весело ответилВеня, и эмчээсник откровенно передернулся:

– Ну-ну. Желаю удачи! Только прими совет:станешь Сорогина читать – делай это либо в сортире, либо тазик рядом поставь,да побольше.

– Это еще зачем? – озадачился Веня.

– Рвать тянет, – объяснилпарень. – И очень обильно.

Веня проводил его взглядом, потом попросил ушофера микрофон и связался со станцией. Объяснил, что произошло в квартирепятьдесят один, доложил, что экипаж свободен, а потом спросил:

– Вызовов пока нет?

– Тихо, можете пообедать, – ответиладежурная.

Валентина оживилась:

– Ребята, поехали в пельменную на Черныйпруд! Там такая вкуснотень, а порции огроменные. А какие там пирожки с печенкойи яблоками!.. Пельмени двойные со сметаной, потом два пирожка...

Валентина сладко облизнулась, шофер Серега,худущий, как креветка, последовал ее примеру.

На взгляд Белинского, Валентине с еегабаритами надо было обедать в японском суши-баре, причем и там брать всеголишь по полпорции, однако он даже предлагать это не стал, а только кивнулсговорчиво:

– Договорились. Вы поезжайте впельменную, а меня забросьте к Инне на работу. Поедите – и заберете меня наобратном пути, ладно?

– А ты что, обедать не будешь? –забеспокоилась Валентина.

– Возьмите мне пирожок с яблоками. Ладно,два пирожка. С яблоками два и с печенкой два. Все пельмени – ваши. А теперьпоехали!

Когда «Скорая» высадила Белинского околокниготорговой фирмы «Белый парус» и умчалась по направлению к пельменной стакой прытью, с какой никогда не ездила по вызовам, он достал мобильник ипозвонил сначала в справочную. Потом набрал номер, который ему дали, и долгослушал гудки. При каждом гудке брови Белинского поднимались все выше: выборычерез неделю, а в штабе кандидата Ломова полная тишина. Удивительное дело. Вотпоказатель сложившегося в городе бардака! Если уж действующий мэр не можетналадить работу штаба по собственным выборам...

Может, справочная ошиблась с номером?Белинский уже собирался нажать на сброс, как вдруг его словно бы ударили в ухо.Это в трубке рявкнули:

– Алло! Слушают вас! Кто говорит?

– Это штаб Ломова? – вопросом навопрос ответил Белинский. – Позовите агитатора Холмского, пожалуйста.

– А кто его спрашивает? – тожевопросом на вопрос ответил человек на том конце провода.

– Так у вас есть агитатор Холмский илинет? – гнул свою линию Белинский.

– А вы по какому поводу? – неуступал голос в трубке.

– А с кем я говорю? –поинтересовался Белинский.

– А кто вам нужен?

– Так у вас есть агитатор Холмский илинет? – Вениамин твердо вознамерился переупрямить собеседника – и это емуудалось: в трубке послышался тяжеленный вздох, а потом голос уныло сообщил:

– Нету его. Никого тут больше нету.Милиция искала, искала...

– Холмского искали? – тревожноспросил Вениамин.

– И его тоже. Все разбежались.

– А вы кто?

– Да я охранник, – с досадойотозвался человек. – Только кого охранять, если весь штаб разбежался? Имденег не заплатили, ну они и смылись. Захватили все документы, кассеты синформацией – и разбежались по домам. Сидят небось, вымогают. А через неделювыборы. С ума сойти!