Кольт в декольте - Марина Серова

— Какая ерунда, — скривился Степан, дивясь моему тугоумию. — Мы просто с «Металлистом» не сошлись в цене. Теперь этот вопрос улажен. Мне хотелось выжать с них побольше, только и всего.

Именно эти слова я ожидала услышать. Они были произнесены, и версию с «Металлистом» можно было считать отработанной. Да и сомнительно, что люди, близкие к администрации, пойдут на убийство беременной женщины, когда под рукой масса рычагов влияния.

— Степан Богданович, — осторожно начала я, — а как вы думаете, например, конкуренты могли организовать покушение на Ларису?

— Кого вы имеете в виду? — не понял Степан или сделал вид, что не понял.

— «Грачевскую сталепромышленную компанию».

— Нет, что-то мне с трудом верится, — покачал головой Степан. — Мне кажется, это дело рук какого-то психа. Маньяков-то кругом тьма-тьмущая развелась, а моя дражайшая половина дает свой телефон всем направо и налево. Целыми днями какие-то дебилы названивают.

— Они не дебилы, — подала голос Лариса. — Мне просто необходимо общение с живыми людьми. Ты же все время на работе.

— Вот видите, — кивнул на жену Степан. — Она с ними общается, а у кого-нибудь из них начинают возникать бредовые идеи или надежды. Потом выпил немного больше, чем обычно, зашли шарики за ролики — и готов убийца.

Неделькина стала настойчиво возражать, что с такими придурками не общается. Степан поспорил, поспорил и махнул рукой:

— Будь по-твоему. Твои телефонные воздыхатели — ангелы во плоти.

Некоторое время мы ехали молча, а потом Степан сказал:

— Знаете, Евгения Максимовна, может статься, действительно Каримов со «Сталепромышленной» «заказал» Ларису. Он человек мутный. Я даже не удивлюсь.

— Вы не будете возражать, если я его проверю? — поинтересовалась я.

— Если у вас получится, то давайте, — усмехнулся Степан так, словно карапуз из детсада предложил ему поводить джип. — Только не смейте больше подвергать опасности мою жену! Слышите?

Я, смиренно опустив глаза, рассказала, как все было, и предложила:

— Чтобы избежать повторения сегодняшнего, вам придется запереть Ларису на ключ дома…

— Еще чего! — вскинулась Неделькина. — Женя, ты что несешь!

Но я договорила:

— Только, когда будете запирать ее на ключ, вспомните, что покушались на Ларису в вашей квартире. Нельзя застраховаться от всего на сто процентов.

— Может, вы и правы, — задумчиво вздохнул Степан.

Ближе к вечеру я при помощи Ларисы по специальной программе составила фоторобот Ефима. Этот подозрительный парнишка мог знать ответы на интересующие меня вопросы. Лариса страшно веселилась, участвуя в процессе создания композиционного портрета. Ей не так важен был результат, как само действо. Она смело экспериментировала с глазами, носами и губами, создавая настоящих монстров. А когда я интересовалась, похож ли портрет на оригинал, Лариса, хихикая, отвечала, что совсем не похож. Намучилась я с ней конкретно. Уговоры быть серьезной на нее практически не действовали. Конечно, после моих слов Лариса делала серьезное личико, кивала, а потом со смехом вскрикивала, лишь стоило мне расслабиться:

— Ой, Женя, смотри — грузин, больной свинкой, — или же: — Посмотри! Эта штука похожа на мозговитого лемура. Недавно про дикую природу показывали… Ну посмотри, Женя, какая умора! От думок у лемура лоб вырос!

Портрет мы составили, только когда Неделькина устала и ей захотелось спать. Подавляя нервную дрожь, возникшую вследствие продолжительного стресса при составлении фоторобота, я выхватила из принтера готовый листок с лицом врага.

— Так вот он каков, Казанова наших дней.

— Симпатичный, правда? — умилилась Лариса. — Жаль, что псих.

— Не такой уж он псих, как старается казаться, — медленно проговорила я, вглядываясь в лицо. — Что до меня, то я бы сказала, очень даже средненько. Он не в моем вкусе. Слишком смазливая мордашка. Не удивлюсь, если голубой.

— Да ты что! — возмутилась Лариса. — Он же меня чуть не изнасиловал.

— Так ведь не изнасиловал же, — посмотрела я на клиентку. — Ему что говорили, то он и делал.

— Что же, выходит, его подослали? — Ларисе было трудно поверить в услышанное. — Может, Женя, ты ошибаешься? Мне кажется, я ему просто сильно понравилась.

— Может, и ошибаюсь, — уклончиво ответила я.

В одиннадцать вечера, нарядившись, я поехала по ночным клубам и ресторанам города, захватив со стоянки свою машину. Везде, осмотревшись, я предъявляла фоторобот для опознания посетителям. Завсегдатаи признавались, что частенько видели этого хлюста, но сегодня он не появлялся. За информацию о его местонахождении я сулила пятьсот рублей, строя из себя влюбленную, ищущую потерянного любимого. Все в один голос советовали забыть Ефима, уверяя, что он обычный альфонс, живущий за счет женщин. Девушки спрашивали, что я в нем нашла, а парни предлагали взамен себя.

Удача мне улыбнулась лишь в ресторане «Русский стиль». Администратор зала, взглянув на портрет, с тревогой спросила:

— А зачем вы его ищете?

— Я хочу отдать ему ключи от квартиры, — пояснила я, — решила бросить эту скотину. Надоели его постоянные измены. Сейчас у меня появился настоящий мужчина, предложил жить вместе. А этот пусть теперь живет один в своей берлоге и водит шлюх сколько угодно, — в конце фразы я пустила слезу.

— Успокойтесь, только без слез, — администратор быстро посмотрела по сторонам. — Вы скандала устраивать не будете?

— Нет, конечно, — шмыгнула я носом, — он не достоин этого. Я хочу уйти красиво. Отдам ему ключи и взгляну, что за шлюху он подцепил. — В моей руке появились две сотенные.

— Ладно, — протянула администратор, забирая у меня деньги. — Пройдете прямо и направо. Они сидят возле эстрады. Только без скандалов, иначе вас охрана сразу выведет.

Летящей походкой, с улыбкой на лице я пошла в указанном направлении. Я ощущала себя рыбаком, увидевшим в прозрачной воде, что его крючок заглотил здоровенный сазан.

Сердце радостно стучало в груди, кровь бурлила. Проходя мимо столиков, я уже видела свою жертву. В белоснежном костюме, при галстуке с золотой булавкой, альфонс походил на принца голубых кровей. Овальной формы с правильными чертами лицо. Выразительные карие глаза. Густые черные брови. Иссиня-черные волосы. Лукаво улыбаясь, Ефим мило общался с холеной блондинкой в темно-красном вечернем платье.

— Так, Ефим, и кто будет оплачивать мое лечение? — ласково спросила я, остановившись перед их столиком.

— Что? Какое лечение? Я вас в первый раз вижу! — воскликнул с неприязнью Ефим. — Немедленно убирайтесь отсюда, или я позову охрану.

Его спутница, удивленно глядя на меня, отложила вилку и, промокнув губы салфеткой, спросила низким грудным голосом: