Убийство из-за книги - Дженнифер Роу

– Но, кажется, книги о тех, кто еще жив, вы пока не публиковали. Почему? Наверняка среди австралийцев есть те, кто заслуживает, чтобы его увековечили!

– Разумеется, есть и такие. Большую часть работы я выполняю, пока те, о ком я пишу, живы и в добром здравии. Но, как вам известно, Майлз, юридические проблемы никто не отменял, а издателям не по душе иски и судебные разбирательства. Так что иногда лучше просто подождать. – Барбара придерживалась официального тона, но, судя по блеску в глазах, смаковала каждое слово.

– Ожидание может затянуться – если, конечно, не выискивать тех, кто уже не жилец. – Кажется, Майлз слегка растерялся. – Прошу прощения, но есть в таком поведении что-то от стервятника.

Барбара удостоила его оценивающим взглядом.

– Можно сказать и так, – согласилась она.

– Так как же вы выбираете себе объекты – или следовало бы сказать «жертвы»? – Майлз расцвел кривоватой улыбкой, приглашая зрителей оценить шутку.

Барбара уселась поудобнее.

– Это люди, которые вызывают у меня интерес, – лениво пояснила она. – И вместе с тем пользующиеся известностью, поскольку в этом случае они интересуют не только меня. Как правило, они носят маску благопристойности. А мне нравится узнавать, что там, под этой маской.

– Скелеты в шкафу, стало быть? – Майлз покачал головой, осуждая человеческую слабость.

– У большинства людей есть секреты, – улыбнулась ему Барбара. – Полагаю, и у вас тоже, Майлз. Я не прочь познакомиться с ними.

Майлз нервозно хохотнул.

– Ну что же! – воскликнул он чуть дрогнувшим голосом. – Итак, Джек, до вас дело пока не дошло, да? Как видите, с нашими гостьями не соскучишься.

На экране возник Джек. Он мирно сидел в кресле, откинувшись на спинку и закрыв глаза.

– Уснул! – в ужасе прошептала Кейт. – Иви, он спит!

Но в этот миг веки Джека затрепетали, и он подал голос.

– Привет, – буркнул он. – Спасибо, что позвали.

– Отлично! – нараспев произнес Майлз. – Мы рады вам, Джек. Должен признаться, я свято верю вашему «Альманаху садовода». Вы собираетесь опубликовать еще что-нибудь?

Джек тупо уставился на него.

– Вроде что-то собирались издать к Рождеству, – промямлил он. – То ли какие-то записки, то ли еще что.

– «Дневник садовода», Джек! – раздраженно подсказала Кейт. – Господи ты боже мой!

– Будет еще одна вещь. Наверное, тоже выйдет к Рождеству. О моей службе в армии, – продолжал Джек. – Хорошая будет книжка.

– Ну и ну… – Кейт покачала головой.

– Тс-с! – шикнули на нее хором Берди и Иви, обменявшись недружелюбными взглядами.

– Итак, Тилли, Барбара, Джек, было очень приятно побеседовать с вами. Увидимся сегодня на приеме в издательстве, да?

Тилли и Барбара закивали, Джек выглядел озадаченным.

– Надеюсь, сэр Сол Мердок поправится и сможет присоединиться к нам. Если вы смотрите нас, сэр, – выздоравливайте поскорее! – Майлз сердечно подмигнул в камеру и повернулся к Барбаре Бендикс: – Моя соведущая недавно говорила, что, будь мы в Японии, сэр Сол Мердок считался бы национальным достоянием.

Джек довольно громко и презрительно фыркнул, Тилли понимающе улыбнулась. Барбара подняла брови и рассмеялась. Но чем было вызвано ее веселье, Майлз не понял и в данный момент не горел желанием понять. Кивнув, он попрощался со зрителями.

Иви взглянула на часы, поднялась и выключила телевизор.

– Передачу скомкали. А Квентин – болван упрямый! – с горечью подытожила она. – Ему надо было отменить все разом. Это же катастрофа.

– Катастрофы было бы не избежать в любом случае, даже без трагедии с Солом Мердоком, – поддержала ее Кейт. – Ну какие из этих троих звезды? Как думаете, какое впечатление они произвели на зрителей? А хуже всех – Джек. По сути дела, он объявил во всеуслышание, что его очередная книга будет компиляцией, которую подготовило издательство. А ведь из «Дневника садовода» получилась конфетка. Надеюсь, Джек его нам не угробил.

– Да он просто сболтнул невзначай, – отмахнулась Берди. – Большинство зрителей этого даже не заметили. А вот эта Лайтли, по-моему, подпортила впечатление о себе. Капризная и сволочная дрянь. – Она с отвращением сморщила нос. – Терпеть таких не могу.

– Не вы одна, – мрачно откликнулась Иви. – Видели бы вы, какую она устроила сцену Мердоку вчера вечером! У вас бы волосы встали дыбом.

Берди с любопытством уставилась на нее.

– Расскажите, – попросила она.

Иви пожала плечами.

– Кейт тоже была там, – уклончиво сообщила она и встала. – Мне пора заняться делом. Позже увидимся, Кейт.

– Пока, Иви. – Кейт проводила ее взглядом и со вздохом уставилась на полированную поверхность стола. Она чувствовала себя усталой, вялой и подавленной.

– Что это с ней? – Берди подперла голову веснушчатой рукой. Ее волосы разлохматились, заостренное лицо выражало неподдельную заинтересованность.

– Ты же знаешь, что стряслось, Берди, – вздохнула Кейт. – Я уже целый месяц тебе об этом говорю. Квентин Хейл и этот сопливый бездарь Малькольм Пул…

– А, ты об этом. Но Иви Ньюэлл предвидела, что заварится каша. И ты думала, что она начнет кричать налево и направо: «Я же говорила!» Почему же до сих пор не кричит?

– Ну потому что… – Кейт посмотрела на Берди. Как бы ей это объяснить? – Она отождествляет себя с издательством, – наконец сообщила Кейт. – Она давно здесь работает и, несмотря ни на что, не желает издательству зла. В любом случае такого кошмара Ивлин никак не ожидала. К примеру, мы понятия не имели, что в эту историю будет втянута бедняжка Сара Лайтли. Понимаешь, что бы там ни говорила Иви, ей даже в голову не могло прийти, что кто-то умрет! Конечно, Ивлин не в себе. И я тоже!

– Но не так, как она, – неумолимо указала Берди.

– Наверное, я просто чувствую себя не настолько виноватой! И потом, у меня есть и Джереми, и Зои, и жизнь за пределами издательства. А Иви совершенно одна. Работа стала всей ее жизнью, и теперь она видит, как эта жизнь рушится.

Берди пожала плечами.

– В мире полно одиноких людей, – возразила она будто между прочим, но в голосе засквозила резкость.

Кейт бросила на нее быстрый взгляд, но очки Берди бликовали на свету, поэтому разглядеть выражение ее янтарных глаз не удалось. И Кейт уже в тысячный раз задумалась, какие мысли крутятся под этой лохматой шапкой каштановых волос. Берди всегда, сколько Кейт ее знала, была язвительной, невозмутимо-логичной, самодостаточной и ни в ком не нуждалась. И поэтому Кейт считала ее неуязвимой.

Но порой, в такие моменты, как этот, Кейт одолевали сомнения.

– Ну так что же? – Вопрос Берди нарушил ход ее мыслей. – Выкладывай всю подноготную, пока мы одни, хорошо? Я сгораю от любопытства. Заодно будет чем крыть в разговоре с Дэном Тоби.