Пока гром не грянет… - Марина Серова

Наконец я вышла к последнему ряду домиков.

То есть, по моим расчетам, этот ряд как раз был первым, и домик номер три должен находиться здесь. Луч фонаря высветил написанные на деревянных стенах масляной краской номера. Так, пятый, четвертый, третий! Я поднялась на крыльцо и несколько раз постучала в дверь. Никакой реакции! Внутри было совершенно тихо. Тогда я обошла вокруг дома и постучала еще и в окно.

В ответ снова тишина. Трофимыч сегодня явно не ночевал дома!

Я вышла на пристань и осветила лодки. Точно — лодки Трофимыча не было. На ровной словно зеркало глади озера переливалась длинная лунная дорожка. Красиво! Кто-то мне говорил, что если долго плыть по этой дорожке, то можно попасть неведомо куда. Но сейчас мне было не до подобного рода романтики.

Рядом с пристанью были пришвартованы несколько обычных весельных прогулочных лодочек и какой-то катер. Стоп! Какой катер? Не было здесь никакого катера! Или мне это только показалось, что не было?

Я посветила на катер — обычный «Прогресс» с одним подвесным мотором. Несмотря на темноту, было видно, что катер уже давно не красили. Просто старая облезлая посудина! Я спустилась в него и прошла на корму к мотору. Там попробовала на вес бензобак — бензина было еще прилично! Повинуясь какому-то внутреннему порыву, я отсоединила шланг, соединяющий бензобак с мотором. Потом вернулась на берег, не забыв прихватить бензобак с собой. Подумав, я спрятала его в кустах недалеко от пристани.

Затем я вернулась в гостиницу. Пока меня не было, всю еду перенесли с улицы в холл. Здесь никого, кроме Скоробогатова и Аркадия, не было.

Они с довольно унылым видом сидели в креслах и о чем-то беседовали. Перед обоими стояло по стакану водки.

— А где женщины и Горбунов? — спросила я. — И где Годецкий?

— Женщин сморило! Они пошли наверх спать! — ответил Скоробогатов. — Юра, по-моему, тоже.

Годецкий, так тот уже давно спит, причем почему-то в нашей с Алевтиной комнате. Так что Аля и Ольга Петровна временно устроились в комнате Годецкого.

— Слабый европейский организм! — буркнул Аркадий.

— Да ладно! Оторвался мужик на русской земле! — засмеялся Скоробогатов. — Когда он еще столько водки увидит в своей жизни!

— А где раненый? — спросила я.

— Басов? Удалился в свое бунгало. Вместе с Вероникой. Басов оказался единственным среди нас оптимистом. Несмотря на то что сегодня получил по голове, он еще умудряется наслаждаться жизнью!

Я поднялась на второй этаж и прошла по коридору, заглядывая во все комнаты. В первой, видимо, принадлежавшей Годецкому, храпели в обнимку две матроны — Алевтина Павловна и Ольга Петровна. Я заботливо выключила свет и прикрыла дверь.

В следующей комнате свет был выключен. Это была комната Скоробогатовых. Посветив фонариком, я увидела, что на кровати лежит Годецкий.

Судя по всему, драматург действительно был мертвецки пьян. По крайней мере, лежа на спине, он не выказывал никаких признаков жизни.

Закрыв дверь в комнату Скоробогатовых, я прошла мимо своей комнаты и заглянула в апартаменты Горбуновых. Здесь тоже было темно и тихо. Луч моего фонаря осветил только пустую кровать. Юрия Петровича в комнате не было. Еще один пропал!

Да когда же это безобразие наконец кончится!

— Горбунова наверху нет! — сказала я мужчинам внизу, спускаясь по лестнице.

— Как нет? — удивился Скоробогатов. — Я же сам его туда проводил! Проводил и уложил!

— Там никого нет!

— Может, он пошел купаться? — предположил Аркадий. — Он вроде бы собирался!

— Но как?! Мы же были здесь все время! — выразил сомнение Скоробогатов.

— А когда мы выходили курить?

— Дети малые, блин! — выругалась я и снова вышла на улицу.

Если Горбунов намеревался пойти купаться, то искать его первым делом следовало на пляже, куда я и поспешила направиться. Я торопилась — почти бежала. Но тем не менее я опоздала — в тот момент, когда жухлая листва под моими ногами сменилась мелким речным песком и я выбежала на открытое пространство пляжа, со стороны воды раздался крик. Увы, мои плохие предчувствия вновь оправдались!

* * *

— Помогите! — истошно кричал мужчина в воде. — Помогите! Меня кто-то держит за ногу!

«Боже мой! — подумала я, на бегу стаскивая с себя одежду. — Кто же его держит?»

После прохладного ночного воздуха вода показалась теплой, почти как парное молоко. Я резко оттолкнулась ногами от дна и быстро поплыла в ту сторону, откуда слышались крики и какие-то беспорядочные всплески.

— Юрий Петрович! — кричала я. — Это вы?

Где вы?

— Я здесь! — раздался захлебывающийся голос Горбунова слева от меня. — Она меня тащит вниз!

Помогите!

— Держитесь! — Я никак не могла отыскать его в темноте. — Да где же вы, черт побери?!

Где-то рядом со мной снова раздался сильный всплеск. Я набрала в грудь побольше воздуха и нырнула в направлении этого всплеска. В Волге достаточно мутная вода, к тому же было темно, поэтому я двигалась исключительно на ощупь. Неожиданно мои руки наткнулись на что-то вроде сети. Точнее, это и была рыбацкая сеть. И она колыхалась так, словно в нее попалась крупная рыба.

В конце концов мне все-таки удалось нащупать то, что было причиной этого колыхания, — в ней запуталась нога, по всей видимости, принадлежащая несчастному Горбунову. Кому же еще! Больше здесь никого не было! Видимо, уставший от борьбы с рыбацкой сетью, в которой он имел неосторожность запутаться, несчастный Юрий Петрович медленно, но верно погружался на дно.

Я пожалела, что мои ножи остались на берегу вместе с остальной одеждой. Учитывая, что я ничего не видела, освободить ногу директора из пленившей его сети было почти невозможно. Тогда я поняла, что решать проблему надо более кардинальным способом. Вынырнув и сделав несколько глубоких вдохов, я взялась за сеть и резко дернула ее на себя. Она немного поддалась, но что-то продолжало ее держать. Видимо она была хорошо закреплена, и пытаться вытащить ее на берег вместе с добычей было бесполезно. Да и времени на это не оставалось — Горбунов все еще был под водой и уже прекратил бороться за жизнь. Еще немного, и спасти его не удастся!

В это время со стороны берега раздались обеспокоенные голоса Аркадия и Скоробогатова.

— Женя! Вы там? Что случилось? — крикнул Скоробогатов.

— Горбунов тонет! У него нога запуталась в сети!

Мне нужен нож! — крикнула я.

— Сейчас я принесу из дома! — ответил он.

— Не надо ничего нести! — крикнула я. — Возьмите мой пояс на берегу и плывите сюда! — крикнула я.

— Хорошо!