Грабеж средь бела дня - Валерий Гусев

Мы аккуратно уложили мундир в чемодан, туда же положили и милицейскую фуражку. А потом в наших старых игрушках разыскали подходящий черный пистолет. Алешка взял чемодан, я взвалил на плечо Кена, и мы отправились к Милке.

Она уже собралась уходить, ждала нас. Когда мы втащили в квартиру и поставили в конце коридора, лицом к входной двери, Наталкиного Кена, Милка от души расхохоталась:

– Вы что! Придут родители, а в квартире - голый мужчина!

– Не такой уж голый, - проворчал я, раскрывая чемодан.

Мы облачили Кена в мундир, надели на голову фуражку. А потом в его вытянутую руку вложили пистолет и примотали его прозрачным скотчем. И отошли к дверям полюбоваться.

– Блеск! - восхитилась Милка. - Как живой!

Действительно, получилось здорово. И на первый взгляд, и на второй. Прямо напротив двери стоял грозный полковник милиции с пистолетом в руке, направленным на входящего. На груди его блестели ордена, медали и всякие знаки, словно говорили: этот человек свои награды получил не зря, от него пощады не жди.

Но Алешка был не очень доволен:

– Моложавенький какой-то, - посетовал он. - Несолидный.

Тогда Милка достала тушь для ресниц и ловко нарисовала под носом Кена красивые усы.

Теперь порядок.

Мы заперли квартиру и ушли.

Папа иногда нам рассказывал, как ведут себя в некоторых случаях преступники и как действуют в таких случаях работники милиции. Поэтому мы на всякий пожарный рассредоточились. Алешка остался на улице, а я поднялся на четвертый этаж. Ведь мы знали, что жулики, прежде чем забраться в квартиру, обязательно проверят - нет ли случайных свидетелей этажом выше и этажом ниже.

И все, что произошло, мы наблюдали с разных точек - поэтому картина получилась полная. И, надо сказать, довольно интересная.

…К Милкиному подъезду подъехала знакомая «Газель». С незнакомым новым номером. Из нее вышли двое. В подъезде они натянули на головы маски-шапочки. Проверились, как мы и ожидали. И подошли к Милкиной квартире. Постояли, прислушиваясь. Отперли дверь. Один из них вошел в квартиру, а второй остался на лестничной площадке, «на шухере», как они говорят. Но он недолго на этом шухере стоял - секунду или две. Потому что в квартире почти сразу раздался звонкий вопль первого:

– Менты, Стас! Засада! Смывайся!

Второй жулик бросился вниз по лестнице, но споткнулся почти на самом верху и дальше покатился кубарем. А первый, вылетев из квартиры, догнал его, зацепился за него ногами и рыбкой, выбив стекла на лестнице, вылетел в окно. Там он грохнулся на козырек над подъездом. Вскочил и спрыгнул вниз. Прямо на второго жулика, который в это время как раз выбегал из подъезда. Оба плюхнулись и стали отбиваться друг от друга. Каждый из них думал, что на него навалился милиционер.

Наконец они разобрались, что к чему, вскочили в машину и с визгом вылетели со двора.

Ключи так и оставались в замке. Я запер квартиру, и мы помчались к колдуну, работнику гипноза Орлянскому.

В прихожей томился Жучков. Осторожно заглядывал в кабинет и опять прикрывал дверь. Ему было очень не по себе.

– Ключики ждешь? - мимоходом ехидно спросил его Алешка, когда мы вошли.

Жучков робко кивнул и втянул голову в плечи.

А мы пошли в кабинет, чтобы разбудить от гипноза Милку.

И застали странную картину.

Милка сидела в кресле, позевывая, и листала какой-то трепаный журнал. А напротив нее, прямо на полу, рядом с опрокинутым стулом, лежал великий Маг и Кудесник мировой цивилизации.

– Чем ты его? - испуганно спросил я. - Стулом?

– Еще чего! - Милка сложила журнал и бросила на столик. - Взглядом. Я его сама заколдовала. Он на меня стал смотреть вот так, - и она показала глазами, как именно. - А я на него взглянула вот так и мысленно сказала: «Падай, мужик». Он и упал.

А я под ее взглядом тоже почувствовал, что у меня подкашиваются ноги.

Гипнотизер между тем мирно спал. И чуть похрапывал. Будто поросеночек после обеда.

– Держи, - я протянул Милке ключи. - Все в порядке. Они удрали, как сумасшедшие.

– Спасибо, - сказала Милка и опять так взглянула… - Расскажите подробнее.

– По дороге, - сказал я. - Нам еще надо полковника Кена забрать.

А полковник тем временем натворил еще дел. Понравилось ему.

Возле Милкиной квартиры стояли милиционеры во главе со своим капитаном. А Милкина мама, всхлипывая, объяснялась:

– Да не знаю я, как он сюда попал. Я вхожу, а он стоит. Страшный такой, в форме, с пистолетом. Хорошо, я сразу выскочила и дверь захлопнула.

– Давайте ключи, - сказал капитан. - Сейчас мы его возьмем. Вместе с формой и пистолетом.

Он забрал у Милкиной мамы ключи и подошел к дверям. И сказал громко и внушительно:

– Гражданин, предлагаю вам сдаться и добровольно покинуть помещение. Не усугубляйте свою вину.

В ответ - зловещее молчание.

– Предупреждаю - мы будем вынуждены применить силу! - и капитан дал знак своим сотрудникам.

Те надели бронежилеты, нахлобучили каски и разом ворвались в квартиру с поднятыми вверх пистолетами.

Но вместо выстрелов из квартиры донесся хохот. Все прояснилось.

– Нет, не все, - сказал капитан. - А где вы, гражданочка, взяли форму полковника милиции?

– Я знаю, где, - сказала Милка, выручая свою маму и нас с Алешкой. - Это мы для школьного спектакля приготовили. «Следствие ведут двоечники».

– А все-таки? - настаивал капитан. - Где вы взяли форму?

– Это наша, - сказал Алешка.

Капитан оглядел его с головы до ног, хмыкнул:

– Что-то не похоже. Не тот размер.

– Это нашего папы, - вмешался я. - Он в МВД служит.

Тут капитан несколько смягчился.

– А форма…

– Мама велела ее в зачистку… то есть, в химчистку отнести, - выручил всех нас Алешка.

– Ладно, проверю, - пообещал капитан и, забрав своих сотрудников, уехал.

Милка стала капать свой маме валерьянку, а мы ушли, забрав своего Кена.

Наталке усы Кена понравились.

– Дюже гарный хлопец получился, - одобрила она. - Може, ему ще бороду наклеить? И к Новому року Дедом Морозом поставить?

– Та хай його бис, - сказал Алешка.

Дома нас ждало небольшое осложнение.

Мама озабоченно рылась в шкафу, приговаривая:

– Да куда же он делся? Всегда здесь висел. Вечно с ним хлопоты.

Она очень обрадовалась, что мы пришли. Даже на чемодан не обратила внимания.