Сад камней - Влада Ольховская

— Ты не спала всю ночь…

— Ты тоже, и что? Не нужно меня жалеть, да и дрыхнуть днем я не собираюсь, старовата уже. У нас ведь есть дело!

Тут уже она застала Илью врасплох — он позабыл, чем они занимались до того, как в дверь постучалась наемница.

— Какое еще дело?

— Ну как же… нам еще нужно разобраться, на что указывают часы и зажигалка!

* * *

1994 год.

Жить стало проще, и это чувствовалось во всем. Их бизнес развивался, они нашли собственную нишу, все шло прекрасно. Им больше не приходилось думать, будут деньги завтра или нет, теперь речь шла о том, сколько денег у них будет завтра. Косте это нравилось, однако он не забывал, что перемены к лучшему наступили не везде.

Он уже понимал, что не сможет доказать невиновность Валеры Солодова, не сможет его вытащить из той дыры, как бы ни старался. Однако и бросать его Костя не собирался, поэтому сосредоточился на том, что было важно для Солодова.

А для Валеры все сводилось к единственному человеку — к женщине, от которой он по глупости отказался. Костя ожидал, что отыскать ее будет не так уж сложно, но ошибся. Она была не какой-нибудь мелкой паразиткой, которую манят деньги, не девицей легкого поведения и не провинциалкой, мечтающей о легкой жизни. У Лены, той самой потерянной возлюбленной, легкая жизнь уже была, причем всегда. Так что с Валерой она оставалась только ради него, а когда их связь прервалась, девушка просто исчезла.

Этому способствовало и то, что творилось в стране, и нестабильное положение самого Кости. На некоторое время ему пришлось позабыть обо всем — и из-за работы, и из-за своей семьи. Но он вернулся к выполнению своего обещания сразу, как только смог.

Он выяснил, что из университета Лена отчислилась — причем внезапно, и этим многих удивила. Она была на хорошем счету, из тех, кому пророчат большое будущее. Но она вдруг все бросила и просто испарилась.

Она покинула не только родной университет, но и Москву, и на этом этапе ее след терялся. У Кости ушли многие месяцы, чтобы выяснить: она поселилась с отцом в Нижнем Новгороде.

И вот тут его ждал сюрприз: ее отцом оказался Дмитрий Лисов, известный геолог, солидный и уважаемый ученый. Нет, конечно, Костя знал, что ее фамилия — Лисова. Но мало ли людей с такой фамилией по стране, что, у всех сразу известных родственников искать?

В случае Лены это не было совпадением. Теперь, насколько удалось выяснить Косте, она жила с отцом и полностью от него зависела. Она не пошла ни работать, ни учиться и из талантливой студентки вроде как превратилась в нахлебницу. Вот только почему? Это никак не вязалось у Кости с тем образом Лены, который он уже представил после разговоров с ее знакомыми.

Он все равно продолжал искать ее. Его ведь не просили осудить Лену, правильно? Не важно, какая она, она нужна Валерке!

Скоро он узнал адрес дома, который принадлежал Дмитрию Лисову — не в самом Нижнем Новгороде, а в поселке неподалеку от городской черты, но это было и не важно. Костя нашел нужный адрес, издалека увидел новый крепкий забор, подошел ближе — а постучать так и не смог, просто замер на месте от удивления.

Лена как раз гуляла во дворе, и она была не одна. Она сидела на подвесных качелях и читала книгу, а на траве возилась с каким-то конструктором девочка лет двух-трех, не больше. Ребенок был симпатичный, по-детски пухлый, очаровательный, будто с открытки. Девочка была похожа на мать — но не только. Некоторые черты, уже угадывавшиеся в ней, не были унаследованы от Лены, и все равно оказались знакомы Косте.

— Быть не может… — прошептал он.

Но быть как раз могло. Все наконец-то сошлось: и время, и события. Брошенный университет и срочный отъезд из Москвы. Обида на Валерку за то, что он именно в тот период разорвал отношения с ней. Она была оскорблена… она ничего не сказала ему. Она и теперь не собиралась говорить.

Костя хотел это исправить. Он видел, как Валерке тяжело там, как на него давят не только жуткие условия колонии, но и чувство безысходности. Если он узнает, что у него есть ребенок, это все изменит! Ему будет, ради чего жить, чего ждать!

Поэтому Костя собирался пойти к калитке, когда его плечо стальными тисками сжала сильная рука, а у самого уха незнакомый мужской голос тихо произнес:

— Пройдемся, нечего тут стоять.

Обернувшись, Костя увидел Дмитрия Лисова собственной персоной. Они никогда не встречались, однако найти фотографию известного геолога было не так сложно. А вот Лисов Костю не знал, но, видно, по возрасту вычислил, кем он может быть.

Спорить Костя не стал. Он не был готов к такой ситуации, не знал, что делать, как поступить. Он боялся все испортить… Не важно, кто он для Валеры, для этих людей он — никто.

Когда они свернули на соседнюю улицу, Лисов прекратил сжимать его плечо и мрачно поинтересовался:

— Ну и кто ты? Папаша, что ли?

— Нет, я его друг.

— Так даже хуже.

— Разве могло быть иначе? Как будто он по своей воле не приехал!

— Это еще что должно означать? — нахмурился Лисов.

— Вы, похоже, многого не знаете…

Костя рассказал ему правду — так сейчас было проще всего. Не только о том, что Валера в тюрьме, об истинной причине, по которой он попал туда, — тоже. Лисов должен был знать, что отец его внука — не уголовник, а, по большому счету, герой!

По крайней мере, так казалось Косте. Но Лисов видел мир совсем иначе и, когда рассказ был закончен, не сменил гнев на милость.

— Значит, он еще больший идиот, чем я предполагал.

— Что?.. — растерянно переспросил Костя.

— Что слышал, парень. Ленка не говорила мне об этом своем ухажере, я и не настаивал, потому что она сразу плакать начинает. Эти слезы все и говорят! Мне было понятно, что там случилось — не она первая, не она последняя. Кто-то в таких случаях ищет подонка и заставляет жениться, но мне это не нужно. Зачем нам такая дурная кровь в семье? Без него ребятенка вырастить проще будет, чем с его влиянием. К тому же, девчушка славная получилась, умнее мамочки в ее годы.

— Но ведь Валера не хотел ее бросать!

— Это разве делает его лучше? Только хуже. Он отказался от Лены — он должен был понимать, что этой вашей аферой он отказывается от нее. Он и на ребенка никаких прав не имеет!

Заявление было спорным, однако Костя решил пока не нарываться. Ему-то все равно никто не позволит видеться с чужим ребенком, так что ему нельзя было злить Лисова.

— Но ему это нужно, — тихо сказал Костя. — Лена, этот ребенок… он, думаю, умрет без этого.

На сей раз Лисов не спешил с ответом. Он долго, задумчиво рассматривал Костю, словно это он был отцом девочки.

— Ты, я вижу, парень неплохой, — наконец сказал Лисов. — Интересно мне, кем ты меня видишь? Тираном, который рушит счастье молодых? Монстром, который обрекает на одиночество твоего друга?