Целый вагон невест - Дарья Калинина

Ни Мариша, ни Аня не имели ни малейшего представления, что ему следует ответить. Поэтому подруги просто кивнули. Парень достал из кармана небольшой квадратик фольги от сигарет и помахал им перед носом у Мариши.

– Две сотни, – сказал он.

Поняв, что сближение без покупки решительно невозможно, Мариша достала из сумки деньги, но в руки их парню не дала. Она незаметно подала Ане знак встать в дверях и загородить выход.

– Я должна попробовать, – сказала она. – Вдруг тут аспирин, а у меня на него аллергия.

– Пробуй, – согласился парень, опасливо косясь на Аню. Он видел, что все это ей не нравилось и свои чувства она скрывать не привыкла.

Мариша оказалась в трудном положении. Что делать с порошком, она не представляла. То есть она слышала, что ЛСД чаще лижут, героин вводят внутривенно, а кокаин нюхают. Но она не могла знать, что продал ей парень. Однако, решив, что после ассортимента и качества продуктов, которые лежат на прилавках магазинов у нее дома, она сможет съесть все, что угодно, смело слизнула почти весь порошок. У парня глаза округлились и стали огромными, как яблоки, но Мариша сочла, что это ей кажется под действием наркотика, и порадовалась, что не ошиблась в покупке. Она точно помнила, что все вызывающее галлюцинации надо было есть. Этому ее научил еще в молодости старина Кастанеда. Грибы, кактусы и лишайники – все шло в ход у неприхотливого индейца.

– Ну как? – спросила Аня.

– Действует, – сообщила Мариша, и тут ее по-настоящему развезло.

Все вокруг внезапно стало необыкновенно сексуальным. Мариша дотронулась до своего кошелька и ощутила, какая нежная у него кожа. Она протянула деньги парню и неожиданно для самой себя схватила его в объятия. Парень отбивался, дрыгал ножкой и тоненько визжал.

– Поцелуй же меня, – требовала от него Мариша. – Немедленно, а то мамочка тебя отшлепает.

Парень понял, что это не пустая угроза, и удвоил свои старания спастись. Но где ему было тягаться с Маришей. Она слопала остатки порошка и почувствовала новый прилив возбуждения.

– Мариша, фотографии, – подала голос Аня.

– Ах да, – спохватилась Мариша. – Обещаешь, если я тебя отпущу, то ты поможешь нам кое-кого опознать на фотографии?

Парень энергично затряс головой в знак согласия. Мариша отпустила его, и он тут же попытался удрать. Мариша перехватила его возле двери, отвесила пару увесистых тумаков и сунула ему под нос несколько фотографий.

– Кого-нибудь узнаешь? – строго спросила она. – Кто-нибудь из этих людей покупал у тебя кайф?

– Вот эта! – быстро ткнул пальцем парень.

– Д-р-р-р! Переход хода, – буркнула Мариша. – Эта тетка уже мертвая. Аня, сколько лет, как она умерла?

– Два года, – прошептала Аня. – Это жена Ганса. Мальчик, посмотри получше. И советую говорить правду. Если тебе тут никто не знаком, то так и скажи. А то моя подруга не любит, когда ее обманывают. За это она и в унитаз мокнуть тебя может. Ясно?

– Ты понял? – сурово спросила Мариша. – Тут половина покойников, поэтому предупреждаю, если еще раз вздумаешь от меня отделаться, то получишь сначала по морде, а потом я тебя поцелую.

Угроза явно возымела действие. Парнишка принялся внимательно изучать фотографии. Девушки ему не мешали.

– Этот дед покупал, – наконец сказал парень. – Я его не сразу признал, он тут в приличном костюме. А когда ко мне на улице подошел, я подумал, что он совсем конченый. Одет был в лохмотья, и его всего трясло. Дед хотел купить какого-нибудь возбуждающего порошка. Он так и сказал. Я чуть не упал. Говорю: «Дед, ты знаешь, сколько это стоит?» А он достал из кармана толстенную пачку денег, я столько в кино видал, и сказал, что ему нужно на все. У меня при себе было только пять грамм. Я больше никогда не держу, и я их ему продал за две тысячи. Он ушел совершенно счастливый и больше не возвращался, хотя и обещал.

– Когда это было? – спросила Аня.

– Недели две назад. Да нет, скорей дней десять.

– А раньше ты его не видел?

– Раньше нет и потом нет, – ответил парень. – Могу я идти?

– Иди, – разрешила Мариша.

Дождавшись, когда парень вылетит за дверь, Аня в недоумении пожала плечами.

– Зачем Густаву надо было покупать эту дрянь?

– Не такая уж это и дрянь, – мечтательно улыбнулась Мариша. – Я лично чувствую себя, как Самсон и Венера в одном лице. А что мы имеем? Парень показал на тайного воздыхателя Моники. Должно быть, по ее просьбе и купил.

– Или Вернер сам заказал, – вздохнула Аня. – Сплошные загадки. Что делать дальше будем?

– Лично я бы потанцевала и подцепила бы какого-нибудь смазливого немчика, – воскликнула Мариша, но, поймав Анин взгляд, добавила: – Просто у меня такое ощущение. Но если ты против, мы можем просто потанцевать. Если хочешь, можешь облизать бумажку, там еще осталось немного порошка. Не пропадать же добру.

От облизывания бумажки Аня отказалась и танцевала без допинга. Поэтому, когда они вернулись домой, настроение у Ани было прескверное. Голова раскалывалась от боли, в носу нестерпимо воняло какими-то помоями, а в глазах вспыхивали зеленые огни. Анна толкнула входную дверь, и ее окатило ледяной водой. У Мариши это вызвало дикий приступ веселья.

– Я совсем забыла предупредить тебя о ловушках, которые я поставила по твоей просьбе, – объяснила она Ане.

– По моей просьбе? – прошипела подруга, в ярости не обратив внимания на множественное число.

Поэтому не было ничего удивительного в том, что едва она сделала еще один шаг, как ее обсыпало каким-то порошком.

– Что это такое? – возмутилась Аня, пытаясь стряхнуть с себя вещество, которое, смешавшись с водой, превратилось в вязкую кашу.

– Ой, прости! – заволновалась Мариша. – Надо скорее смыть.

– Что это такое? – повторила Аня, преисполненная дурных предчувствий.

– Так, один компонент, который используют строители, – уклончиво пояснила Мариша. – Пошли в душ.

– Не могу, – неожиданно сказала Аня. – Меня что-то держит.

– Ах, это я тут тюбики с клеем разложила, – вспомнила Мариша. – Не беспокойся, я тебя отдеру. Или лучше его сначала смыть? А то еще засохнет, чего доброго, – пробормотала она.

– Что засохнет?! Чем ты меня обсыпала? – заголосила Аня. – Это гипс?

– Хуже, – мрачно констатировала Мариша. – Цемент.

– Ну, цемент так быстро не засохнет, – успокоилась Аня.

– Этот засохнет.

И действительно, Аня почувствовала, как ее тело начинает цепенеть. Каждое движение давалось с большим трудом. Одежда задубела, о прическе не стоит говорить, а кожа лица и рук покрылась коркой, содрать которую удавалось только местами.