Самый близкий демон - Анна Данилова

– Я? Дрался?

– Ну, не знаю, может, ты выбивал таким образом из кого-то показания? Сразу прошу меня простить, если я допускаю бестактность, но следователи ведь бывают разными…

– Нет, конечно, бывает, очень хочется врезать, чтобы привести человека в чувство и заставить его понять, где он находится… У меня такое случается, но что-то не припомню, чтобы в последнее время я кому-то… А в чем, собственно, дело? Почему ты меня об этом спрашиваешь?

– Сейчас покажу…

И Рита, весь вечер репетировавшая эту сцену, с невинным видом принесла из ванной грязную рубашку.

– Вот смотри, манжеты в крови… Да так сильно…

– Не понял… – Марк даже отодвинул от себя новую кружку с ледяным пивом и уставился на рубашку так, словно видел ее впервые. – Рита, я что-то не понял… Может, это не моя рубашка?

– Во всяком случае, я ее с тебя сняла вчера, если ты помнишь, и сказала, что невозможно в таком виде ходить на работу… А ты еще отказывался, стеснялся…

– Да я все отлично помню. Но на ней не было крови, я, во всяком случае, не припоминаю… Откуда она, да еще и на двух манжетах? Я же не боксировал… двумя руками…

– А хочешь, я скажу тебе, чья кровь на твоей рубашке?

– Рита, ты меня пугаешь…

– Ее зовут Ирина Кордюкова.

– Какая еще Ирина Кордюкова?! Я не знаю женщины с такой фамилией… Рита, в чем дело?.. Откуда эта кровь?!

Рита задрала рукав своей трикотажной кофты и показала небольшое кровоизлияние на сгибе локтя.

– Вот, видишь?

– Что это?

– Сегодня утром я была в частной клинике, сдавала кровь на анализ… У меня плохие вены, вот мне и расковыряли, кровь натекла под кожу… А передо мной там была гражданка Кордюкова Ирина Васильевна, так, во всяком случае, было написано в журнале рукой медсестры… Когда у меня брали кровь, я притворилась, что мне плохо, даже соскользнула на пол, вроде бы упала в обморок… Медсестра испугалась, засуетилась, бросилась из кабинета за кем-нибудь, кто бы помог ей поднять меня с пола и уложить на кушетку… И в это время я заменила пробирку с кровью моей предшественницы на принесенную мною в сумке пробирку с лаком для ногтей, понимаешь? Сунула ее в сумку и снова улеглась на пол. На это у меня ушло всего несколько секунд. Ты не догадываешься, зачем я это сделала?

– Догадываюсь, – усмехнулся Марк. – Думаешь, таким же образом кто-то раздобыл кровь Виолетты, чтобы забрызгать куртку Крупина?

– Вот именно! Ведь кровь на рукавах – это единственная серьезная улика! Вот я и решила доказать, что эта кровь могла появиться на куртке Крупина не в момент убийства, а, скажем, уже на следующий день… У кого-то мог быть ключ от квартиры Крупиных, и этот кто-то пришел туда с емкостью, в которой было немного крови Виолетты, и испачкал его куртку… Понимаешь, вы все зациклились на этом Крупине, даже задержали его по подозрению в убийстве, а я после общения с Бертой считаю, что он здесь вообще ни при чем… Вот и получается, что его подставили! Причем сделать это могли по двум причинам. Первая: чтобы снять с себя подозрения; вторая – намеренно подставить Крупина… а смерть Виолетты – не самоцель, понимаешь? У Крупина есть враги, и Виолетта просто стала жертвой какой-нибудь мести, к примеру…

– Рита, ты удивляешь меня! – Марк комкал в руках рубашку с окровавленными рукавами. – Ну надо же до такого додуматься! И ты специально для этого пошла сдавать кровь?! И разыграла обморок? Да тебе цены нет!

– Ты правда так считаешь? – Рита еще не поняла, всерьез он это говорит или нет. Она даже вся напряглась, ожидая дальнейшей реакции Марка.

– Да серьезно! Только как же быть с кровью этой… как ее…

– Кордюковой? Еще раз сдаст кровь. Пусть пожертвует собой ради справедливости, как и я…

– Но это же не бесплатная процедура.

– Марк, о чем ты только думаешь?!

– Действительно. Рита, я так удивлен… Даже не знаю, что тебе сказать… Ты сегодня превзошла все мои самые смелые ожидания! Но у меня сложилось такое впечатление, будто бы ты взяла на себя функцию адвоката и бесплатно защищаешь Крупина.

– Да никого я не защищаю. Просто хочу, чтобы поскорее нашли настоящего убийцу Виолетты, вот и все! Понимаешь, такое циничное убийство… И этот изверг где-то рядом, я просто уверена, что он знаком с семьей Крупиных, что у него были отношения или с Виолеттой, или с Валерием. Ведь чтобы пойти на такое преступление, нужна основательная причина…

Ей не дал договорить звонок.

– Это снова твоя мама? – спросил Марк, уже и не зная, как реагировать на столь поздний визит. Прошедшая ночь убедила его в том, что ночевать с Ритиной мамой в одной квартире, даже если она и спит внизу, в мастерской, – не самое приятное занятие. Они с Ритой вынуждены были постелить на полу, рядом с кроватью, чтобы только Ксения Илларионовна, склонная к бессоннице, не услышала ни скрипа, ни шороха… Так и уснули, обнявшись, прижавшись к ножкам кровати…

– Понятия не имею. Это может быть кто угодно… – Рита пошла открывать. И вскоре Марк услышал ее удивленное: – Ната? Ты? Что-нибудь с мамой?!

В кухню вошла смущенная Наталья Генс. На ней по-прежнему было черное платье, а на голове – шелковая повязка. Марк отметил про себя, что сестры чем-то похожи, но Рита, безусловно, была привлекательнее, ярче, соблазнительнее.

– Марк, думаю, что мою сестру тебе тоже не надо представлять… Вот, Наташа… Ты поужинаешь с нами? – Она вдруг, спохватившись, унесла грязную рубашку Марка в ванную. Вернулась и усадила несколько растерянную сестру за стол. – Да что с тобой? Тебя тоже кошмары мучают?

– Да нет… просто не могла одна оставаться дома… Мне кажется, что по квартире кто-то ходит…

– Ната! Ну ладно мама – у нее все-таки возраст… А ты? Ладно, не стесняйся, оставайся и живи у меня, сколько хочешь…

– Завтра похороны, не забыла? – еще более смущаясь, пролепетала покрасневшая Ната. – Ой, у тебя печенка… Отлично. Покорми меня, сестренка! Можешь и водочки налить. Я вижу, вы тут пивом увлекаетесь…

– Нет, это только я, – извиняющимся тоном пробормотал Марк, обнимая ладонью хрустальную кружку. Ему вдруг показалось, что визит Наташи – как бы продолжение смотрин… Сначала матушка познакомилась с ним, теперь вот сестра…

– Я знаю про похороны… Ната, так ты пришла мне напомнить?

– Да. Думаю, вдруг ты забыла?

Рита сразу поняла – что-то случилось. Иначе Ната бы ни за что не приехала. Во-первых, она отлично знает от мамы, что у нее ужинает и ночует Марк, во-вторых, завтра похороны и поминки и в доме полно дел: надо сварить щи, испечь пироги… Людей будет мало, поэтому поминальный обед решили устроить дома, скромно.

– Девушки, вы посекретничайте тут, а я – к себе… У меня столько дел накопилось… Я, как все сделаю, вернусь…

Марк скомкал фразу, встал и направился к выходу. Рита смотрела ему в спину молча. Он повернулся: