Грех - Кирилл Казанцев

Заинтригованная женщина развернула, всмотрелась в отксерокопированный план какого-то строения.

– И что это такое? – захлопала она ресницами.

– План какого-то строения.

– Это я и без тебя вижу. Может, объяснишь, какое отношение он имеет к нашему заданию?

– Пока не знаю. Но раз уж его отдал на сохранение родному брата казначея, отшельнику Серафиму, убиенный отец Мефодий… – Ларин запнулся, поняв, что уже начинает вкраплять в свой лексикон церковные словечки. – В смысле, убитый. То самое непосредственное.

– Погоди, не спеши. Про Мефодия я слышала. А вот кто такие казначей с отшельником, не в курсе. Или я что-то пропустила? Просвети, пожалуйста, темную.

Андрей вкратце пересказал Лоре события последних дней.

– Интересно. Прямо «Код да Винчи» какой-то получается, только на православный лад. – Женщина застучала длинными, крашенными ярко-красным лаком ногтями по столешнице. – Вечно ты вляпаешься в какую-нибудь историю.

– Работа у меня такая, – развел руками Ларин. – И у тебя, кстати, тоже.

В дамской сумочке зазуммерил мобильник. Рыжеволосая бестия достала смартфон гламурного розового цвета и глянула на экран.

– О, Павел Игнатьевич эсэмэсит. Посмотрим, что он прислал. – Женщина вдавила кнопочку, пробежала взглядом по сообщению и закусила губу.

Андрей не на шутку встревожился.

– Что-то случилось?

– Случилось. Этого твоего казначея Варлаама сегодня утром мертвым на клумбе обнаружили. Говорят, приступ сердечный случился.

– Вот черт, – выругался Ларин.

– Знаешь, что я заметила? Какая-то пугающая закономерность получается. Стоит тебе войти к кому-то в доверие, поговорить, как его тут же убивают или мертвым находят. Что-то мне становится боязно рядом с тобой находиться.

– И мне как-то не по себе. Ладно, отдай этот план Дугину и еще эти бумаги, они тоже в папке были. А я в монастырь. – Андрей засобирался.

– Это еще что? – бегло просматривая документы, спросила Лора.

– Какая-то бухгалтерская отчетность. Тоже Павлу Игнатьевичу передай.

– Ладно, передам. Тебя подбросить? – предложила Лора.

– Ты же по легенде больная, дома с температурой лежишь, – выбравшись из-за стола, сказал Ларин.

– Чего-чего? – навострила уши Лора. – Это ты так из монастыря отпросился?

– Ай, некогда объяснять. – С этими словами Андрей побежал к автобусной остановке, к которой только что подъехал старенький «Икарус».

– А за морковный сок кто расплачиваться будет? – бросила вслед своему напарнику женщина, но, так и не получив ответа, возмущенно цокнула языком. – Это ж надо. Мало того, что больной обозвал, так еще и плати за него.

Ларин успел проскользнуть в закрывающуюся дверь рейсового автобуса, протянул водителю деньги за проезд и плюхнулся на первое попавшееся сиденье.

– Добрый день, – прозвучал сбоку до боли знакомый Андрею голос.

Агент тайной организации по борьбе с коррупцией повернул голову. И только теперь понял, что сел рядом с той самой дачницей, которая днем раньше парила ему мозги про свой огород.

– А, это вы, – вымученно улыбнулся Андрей, уже жалея, что не прошел в конец салона. – Домой возвращаетесь?

На какое-то мгновение с рейсовым автобусом поравнялась «шестерка». Поползло вниз боковое стекло. Показав Ларину высунутый язык – мол, сам больной, Лора втопила педаль газа в пол и была такова.

– Сумасшедшая стерва, – фыркнула дачница, подумав, что водительница показала язык именно ей.

– Да нет, не сумасшедшая, – вздохнул Андрей. – Просто очень вспыльчивая. А вот насчет стервы я с вами полностью согласен.

– Вы ее знаете? – в недоумении вскинула брови пожилая женщина.

– Нет, нет, – отстраненно ответил Ларин и прикрыл глаза, сделав вид, что его клонит в сон.

* * *

Двое мужчин в белых халатах неспешно загрузили каталку с телом монаха-отшельника в «Скорую». Хлопнула задняя дверца. Заурчал двигатель. «Газель» с красным крестом на борту тронулась с места и поползла по полю, переваливаясь с кочки на кочку. Следом за ней двинулась и полицейская машина. Перед небольшим срубом осталась стоять лишь одна бежевая «Волга» старой модели, какие уже редко встретишь на российских дорогах. И тем не менее автомобиль был настолько ухоженным, что казалось – сошел с конвейера совсем недавно.

– Итак, давай по порядку, – присев на капот «Волги», продолжил Зимов. – Начнем с того, что ты нашел в квартире отца Мефодия фотографию монаха-отшельника Серафима. После чего решил наведаться к последнему в гости и расспросить его.

– Конечно, – кивнул Нежин и приложил к распухшей щеке плоскую фляжку из нержавейки. – И если бы приехал раньше, то…

– Да погоди ты, – перебил Валерий Павлович. – Во-первых, не прикладывай, а набирай в рот, полощи и выплевывай. Коньяк, он от всего помогает. И минуты не пройдет, как ты о своем выбитом зубе позабудешь, – сделал небольшое отступление бывший следак и вернулся к теме разговора. – Во-вторых, что произошло, то произошло. Этого уже не изменишь. А в-третьих, я же сказал – давай по порядку.

– Короче, прибыл я на место, – произнес Нежин и последовал мудрому совету своего наставника – сделал пару глотков пятизвездочного армянского, тут же скривился. – Щиплет, зараза… В общем, смотрю – ульи на пасеке открытыми стоят. Хозяина нигде нет. И тут вижу – возле речки мужик с топором сидит, бумаги какие-то перебирает. Меня не замечает. Я сразу же неладное заподозрил. Подкрался я к нему сзади, взял на прицел. «Полиция», – говорю. А он резко развернись и… – Старший оперуполномоченный эмоционально всплеснул руками. – Короче, вырубил он меня. А когда я очухался – ни его, ни бумаг этих. И странное дело, «табель» мой он не тронул.

– Значит, ульи открытыми стояли? – прищурился Зимов.

– Ага, – подтвердил Нежин.

Валерий Павлович достал портсигар, вынул оттуда папиросу, помял ее в пальцах. Но прикуривать не стал – спрятал обратно.

– Вел я в конце семидесятых годов одно резонансное дело по ограблению ювелирного магазина. Драгоценностей без малого на полмиллиона рублей было похищено. На те годы – сумасшедшие деньги. Долго грабителя искали. Но все-таки нашли. Прижали его хорошенько, давай допрашивать, где золото с бриллиантами припрятал. А он молчит, как воды в рот набрал. Ни слова не вытянуть, – предался воспоминаниям бывший следак. – А с нас начальство не слезает – мол, землю носом ройте, но золотишко-то отыщите, иначе погоны полетят. Короче, отправились мы к этому грабителю на квартиру, все вверх дном там перевернули, но схрона так и не обнаружили. Подвал осмотрели – тоже ничего. Тогда поехали к нему на дачу. Дом, сарай, гараж обыскали, даже туалет вычерпали. Пусто. Давай с металлодетектором по участку ходить. Каждый клочок земли проверили, но, кроме ржавых гвоздей, арматуры и саперной лопатки, ничего не нашли. Ну все, думаю – приплыли. В общем, собрались мы уезжать. И тут его сосед заявился. Посмотрел на нас и говорит: «Зря стараетесь, никакого ювелирного магазина он не грабил» – дескать, ему и так денег хватало, пчелки его кормили. Слово за слово, и выяснилось, что у нашего грабителя-молчуна неподалеку от дачи большая пасека есть. Мы сразу же туда. И каково же было наше удивление, когда в одном из ульев отыскался целлофановый пакет с похищенными украшениями. Вот так бывает, – закончив свой рассказ, Зимов многозначительно посмотрел на Нежина. – Улавливаешь, к чему я клоню?