Легко приходят - легко уходят - Джеймс Хедли Чейз

Я видел, что Лаш удивлен и ошеломлен. Он приподнял шляпу и почесал затылок.

– Вы хотите сказать, что мистер Джонсон не вернется к похоронам?

– О нет. Я даже не знаю в точности, когда он будет. Через несколько недель… Вчера вечером ему предоставился случай купить еще одну заправочную станцию. Муж вернется сразу же после заключения сделки. Кто-то позвонил ему… Мы отговаривали, но вы же знаете Карла: он решил поехать и на все взглянуть своими глазами.

Лаш прищурился.

– Куда поехать?

– Это где-то в Аризоне. Ему всегда хотелось иметь еще одну заправочную станцию. Сделка кажется заманчивой, и он бросился туда, чтобы кто-нибудь не опередил его.

Да, она умела сочинять истории.

– Аризона… – протянул Лаш. – Страшно далеко. Ведь не собирается же он уезжать отсюда навсегда?

Об этом мы с Лолой еще не подумали. Как она выкрутится?

– Знаете, это будет его второй проблемой. Но пока Карл хочет ту станцию. Вот вернется и все расскажет нам.

Это его немного отрезвило. Лаш даже смутился.

– Я не хотел показаться назойливым. Просто меня удивило, что его здесь нет. Что ж, если он вернется только через несколько недель, то придется похороны взять на себя.

Швед посмотрел на часы.

– А кто этот парень?

– Джек Патмор, – ответила Лола. – Наемный работник. Он будет мне помогать, пока Карл в отъезде.

Лаш враждебно посмотрел на меня.

– Это вы мне нагрубили ночью по телефону?

Я выдержал его взгляд.

– В четыре часа утра я мог и не такое сказать!..

Он поколебался, повернулся ко мне спиной.

Лола предложила:

– Не хотите ли позавтракать, мистер Лаш? Все готово.

– Нет, спасибо. У меня много дел. Когда Карл вернется, скажите ему, чтобы позвонил мне.

Он вышел, так и не удостоив меня взглядом.

Что ж, по крайней мере, в эту историю Лаш поверил.

О нас с Лолой, конечно же, скоро начнут болтать всякое. Я вспомнил, что, когда Лола сюда приехала и стала работать с Карлом, пошли такие разговоры, что Карл был вынужден жениться на ней, чтобы заткнуть всем рты.

Воскресенье. В этот день движение через гору было особенно оживленным, и мы были загружены до предела. Мы продали примерно тридцать ланчей и двадцать три обеда. Я был завален работой по горло: ремонт, заправка… Движение спало ближе к полуночи.

За весь день Лола не сказала мне ни слова. Теперь, когда я зашел на кухню, где она уже заканчивала уборку, миссис Джонсон – вдова Джонсон – даже не оглянулась, хотя, несомненно, почувствовала мое присутствие.

– Ну и денек, – сказал я, прислонясь к двери. – Думаю, мы загребли не меньше чем четыреста монет.

Она поставила на полку посуду, которую только что вычистила. Казалось, Лола не слышала моих слов. Сняла свой запачканный халат и сунула его в корзинку для грязного белья.

Увидев ее в лифчике и шортах, я вновь почувствовал желание. Это было чисто физическое влечение, оно все росло. Я едва удерживался от того, чтобы не сжать эту стерву в своих объятиях.

Она вышла через боковую дверь, оставив меня на кухне одного. Я выключил свет и запер дверь. Значит, Лола решила играть в молчанку. О'кей. Посмотрим, кто устанет от этого первым.

Я отпер свою хижину, подошел к окну, чтобы опустить штору и замер. В спальне Лолы горел свет. Она не закрыла окно. Стояла прямо под лампой и уже освободилась от лифчика. Медленно снимала шорты… Я наблюдал за ней. Сердце билось в моей груди неровными, лихорадочными толчками. Голая, как моя ладонь, женщина повернулась и пошла запирать дверь. Мне пришлось сделать огромное усилие, чтобы опустить штору.

Следующие четыре дня прошли под знаком молчания. Лола не разговаривала со мной и вела себя так, как будто меня здесь и не существовало вовсе. Она все делала на кухне сама и запирала кухонную дверь. Закусочная сообщалась с кухней через специальное окошечко. Я называл ей заказы и принимал их. Я выполнял обязанности официанта, бармена. Обслуживал бензоколонку, чинил машины. Вечерами все шло тем же порядком. Около одиннадцати Лола запирала кухонную дверь и уходила в бунгало, предоставив мне одному крутиться. Все ночные дежурства были моими. Ложась спать, она не опускала шторы, и хотя искушение было велико, я держался подальше от этой змеи. Да, признаюсь: ее нагота мучила меня. Дул сильный ветер, который действовал мне на нервы. Было жарко.

Слава Богу, что жара плохо действовала на всех. Машин было немного. Еды продавалось все меньше. У меня оказалась масса свободного времени, а поскольку все мои мысли были заняты Лолой, приходилось нелегко.

Через восемь дней после смерти Джонсона Лола в первый раз отправилась в Вентворт за покупками.

Я работал в сарае, когда вдруг увидел тень человека около открытой двери. Сердце мое дрогнуло: я узнал Рикса в грязном комбинезоне и сдвинутой на затылок шляпе. Собака держалась сзади, как обычно глядя своими печальными глазами. Я совсем забыл о Риксе. И как некстати!..

– Доброе утро, – сказал он, искоса взглянув на меня. – Не скажешь ли ты, где Карл?

Я схватил тряпку и принялся оттирать руки от мазута.

– Мистер Джонсон отсутствует. Что вы хотите?

– Отсутствует? – Он продвинулся немного вперед. Собака последовала за ним, держась около правой ноги. – Как это – отсутствует?

– Чего вы хотите?

– Послушай, парень, ты наемный работник, не так ли? Или ты получил это место в собственность?

– Я еще раз спрашиваю, чего вы хотите?

– А где же его жена? Неужели уехала? – он злобно посмотрел на меня. – Где она? Кого это ты собираешься обмануть?

– Если у вас к ней дело, то она в Вентворте.

– Итак, ты на страже…

– Кому-нибудь нужно же быть…

– Куда уехал мистер Джонсон?

– По делам.

Он отодвинул собаку ногой.

– По каким делам?

– Это вам лучше спросить у него.

Рикс подозрительно огляделся.

– Когда он вернется?

– Не знаю. Может быть, через пару месяцев, а может, и раньше.

– Через пару месяцев? – прогнусавила эта скотина. – Что здесь происходит? Неужели он не взял Лолу с собой?

– Послушайте, мне некогда, – резко сказал я. – Мистер Джонсон вернется не раньше чем через два месяца. Что вам нужно?

– Я хочу его видеть. Это важно. Где он?

– Где-то в Аризоне. Он покупает заправочную станцию, если вы так настаиваете.

– Неужели? – Рикс склонил голову, глядя на меня. – Еще одну заправочную станцию? Мне кажется, у него больше денег, чем здравого смысла. И он не взял с собой жену?