Возвращение миледи - Марина Серова

Так и сделаю! – решила я. – Утром заеду к Кире, чтобы химанализ сока сделали и пальчики с коробки сняли, потом поеду в клинику, а оттуда – к Венчику!

– С чем пожаловала? – спросил меня Кирьянов, когда я появилась на пороге его кабинета.

– С челобитной, хозяин-барин! – весело ответила я, выставляя на стол пакет с соком, и уже серьезно попросила: – Отдай его на химанализ! Если я права, то там должно быть до черта аспирина! И еще пальчики с нее надо снять!

– Да их здесь до известной матери! – обалдел Володька. – Продавцы, покупатели, кассир...

– И все равно надо! – настойчиво сказала я. – Вдруг мне повезет и идентифицировать удастся? И попроси, чтобы поскорее! К сегодняшнему вечеру. Сам понимаешь, я в долгу не останусь. Шоколад, шампанское, коньяк... Что потребуется, то и будет!

– Ладно! – согласился Киря. – Попрошу, чтобы поскорее.

Выйдя от него, я поехала в «Панацею», где прямиком отправилась к владелице клиники Дине Николаевне Савинковой. Секретарша попросила меня немного подождать, и я села в кресло. Минут через пять из кабинета вышла какая-то женщина, а я вошла.

– Здравствуйте, Дина Николаевна! – сказала я и представилась. – Я частный детектив Татьяна Александровна Иванова и работаю сейчас на Игоря Николаевича Дроздова. – Услышав это имя, Савинкова изменилась в лице, и я поспешила воспользоваться ее замешательством. – Объясните мне, Дина Николаевна, как могло случиться, что ваши лучшие в городе специалисты на самой современной аппаратуре проглядели, что у Тамары Евгеньевны Дроздовой врожденная патология и детей она иметь не может, и дали заключение, что она здорова? – Савинкова опустила глаза и начала суетливо перебирать бумаги у себя на столе. – Вы понимаете, что Игорь Николаевич не тот человек, с которым такие шутки проходят безнаказанно? Зачем вы это сделали? Вам кто-то заплатил за это? – наседала я.

– Нет! – воскликнула Дина Николаевна. – Это совсем не то, что вы думаете!

– Вас вынудили это сделать? Так? – догадалась я. – Вас кто-то шантажировал? Говорите же! – потребовала я.

– Я ничего не буду вам говорить, – неожиданно твердым голосом сказала Савинкова. – Да! Я это сделала! Лично я! Это я собрала результаты всех обследований и собственной рукой написала другие. А больше я вам ничего не скажу.

– Скажете! Еще как скажете! – нехорошим тоном пообещала я, а Савинкова опустила голову и уставилась в стол. – Вы назовете мне имя того, кто вас заставил это сделать! И никуда не денетесь! Ну же! – Савинкова, не глядя на меня, отрицательно покачала головой. – Вы что, не понимаете, что Дроздов может превратить вашу жизнь в кошмар?

Она подняла голову, и я увидела в ее глазах такую боль, что даже отшатнулась.

– Что вы знаете о кошмаре? – с горькой усмешкой спросила она и отвернулась.

– Дина Николаевна! – подъехала я с другого боку. – Но ведь получается, что у вас с ним общий враг! Вы его боитесь, но Игорь Николаевич-то нет. Назовите мне имя шантажиста, и дальше я уже сама с ним разберусь.

Вместо ответа она только покачала головой, и я поняла, что ничего здесь больше не добьюсь. С трудом удержавшись, чтобы не хлопнуть дверью, я вышла из кабинета и пошла к выходу. По дороге мне пришла в голову неплохая мысль, и я позвонила Володьке.

– Киря! Собери о Савинковой все, что только возможно. Лучше всего через налоговую – ты говорил, что у тебя там кто-то есть. Раз она владелица клиники, то на нее много чего должно быть.

– Слушаюсь! – шутливо сказал Киря.

А я поехала к Венчику.

Венчика Аякса на самом деле звали Вениамин Аясов. Личность во всех отношениях примечательная и колоритная, но труднопереносимая в больших количествах, потому что общение с бомжами-философами, любящими рассказывать притчи, для нормального человека показано только в небольших дозах. Вот забросит тебя судьба в полуподвал, и будешь себе на кусок хлеба сбором бутылок зарабатывать. Да вот только не работал Аякс из идейных соображений, и эта жизнь его целиком и полностью устраивала.

Венчика «дома» не оказалось, и я поехала искать его по его любимым местам. Нашла я его в парке, где он, устроившись в дальнем его конце, деятельно готовил вторсырье к сдаче, иначе говоря, сминал ударом ноги алюминиевые банки из-под напитков и аккуратно складывал в авоську.

– Матушка Татьяна Александровна! – радостно заорал Венчик при виде меня. – Сколько лет, сколько зим! Все в трудах! Все в заботах! Не жалеете вы себя! – осуждающе сказал он. – Аки пчелка трудолюбивая целыми днями туда-сюда! Туда-сюда! А я вот вам сейчас по этому поводу притчу одну расскажу... – начал было Аякс, но я остановила его:

– Потом расскажешь, Венчик. А сейчас мне помощь твоя нужна. Сделаешь?

– Вопрос оскорбительный по самой сути своей! – обиженно заметил он.

– Ну тогда слушай. Ты знаешь дом на проспекте Свободы под номером 9?

– А как же! Бога-а-атый дом! При таком жить – беды не знать! – одобрительно сказал Аякс.

– Вот туда-то тебе и надо будет пойти. Там весь пятый этаж занимает квартира Дроздова Игоря Николаевича.

– Слышал о таком, – кивнул Венчик.

– Так вот! По моим прикидкам, у него должен быть роман с кем-то из жильцов этого же дома, с женщиной, разумеется. Нужно выяснить о ней все, что можно.

– Все сделаю! – авторитетно заявил Аякс и начал рассуждать: – Идти туда нужно вечером, когда люди уже выпьют и поедят, – они будут добродушнее и откровеннее! Вот я к ним в гости сегодня и наведаюсь.

– И не с пустыми руками, – сказала я и протянула Венчику деньги. – Это аванс и на расходы! А по завершении дела добавлю!

– Дай вам бог здоровья и всяческого успеха, матушка Татьяна Александровна. А уж я вас не подведу!

– Знаю, Венчик! – улыбнулась я. – Значит, я к тебе завтра утром приду.

– Буду ждать вас с величайшим нетерпением! – заверил он меня.

Простившись с Аяксом, я поехала домой, и едва я переступила порог, как мне на сотовый позвонил Киря.

– Ну нарыл я кое-что на Савинкову, – сказал он. – И очень, понимаешь ли, интересное!

– Считай, что я уже у тебя, – заверила я Володьку и бросилась обратно на улицу к машине.

Не прошло и пятнадцати минут, как я уже сидела в кабинете Кирьянова с сигаретой в одной руке и чашкой кофе в другой, то есть в самом рабочем своем состоянии.

– Повествуй! – кивнула я.

Кирьянов довольно улыбнулся и начал:

– Слушай, что я в налоговой нарыл. Родилась Дина Николаевна Савинкова в Пензе, там же закончила медучилище... замуж не вышла, родила сына Антона Михайловича, который ныне в нашем городе очень хорошим хирургом считается.

– Ну, по нашим временам родить без мужа – не криминал! – отмахнулась я.

– А ты дальше слушай! – выразительно сказал Киря и продолжил: – Потом, оставив сына у родителей, приехала учиться в наш мединститут. Сошлась здесь с Михаилом Антоновичем Морозовым и до сих пор живет с ним в гражданском браке. Не женятся они официально почему-то. И Антон официально не усыновлен.