Закон негодяев - Чингиз Абдуллаев

Председатель сам вел свою машину. Его водителя два месяцаназад забрали в армию, и в колхозе был дефицит молодых парней. Все, способныеносить оружие, давно были мобилизованы в армию. Гумбатов, выдавший вчерадлинную речь, почти всю дорогу молчал, лишь иногда позволяя себе короткиереплики по поводу состояния дорог. Азербайджанская пословица, гласившая «пришелмарт, — пришла беда», в полной мере реализовывалась этим мартом. В началемесяца пошел снег, в середине зачастили непрерывные дожди. Дороги, и без тогоне являвшие собой шедевр человеческой мысли, окончательно пришли в негодность,залитые водой и грязью, размытые сильными ливневыми дождями.

К лагерю они подъехали в половине десятого утра. Несмотря наплохую погоду мальчишки привычно весело встретили прибывший УАЗик.Председатель, подозвав пожилого бухгалтера, попросил его взять на учетпривезенные им лекарства и медикаменты.

Джафаров, и раньше знавший о сложностях беженцев, об ихбедственном положении, был просто потрясен увиденным. Установленные прямо наголой земле плохо закрепленные палатки были крайне ненадежным убежищем длябольных и измученных людей. Во многих палатках земля была просто затоплена, икровати стояли в воде. В других, очевидно, полученных в свое время на складахбывшей Советской Армии, зияли огромные дыры, сквозь которые был виден нехитрыйинвентарь, вывезенный несчастными людьми. Многих эвакуировали прямо с местаработы, и некоторые скотницы успели забрать лишь свои белые халаты. Ужасающаянищета и грязь, отсутствие элементарных человеческих условий не мешали людямулыбаться. Дети продолжали играть вокруг машины, с разных сторон слышалисьбодрые голоса людей. До Джафарова донесся даже смех. Это был удивительныйменталитет азербайджанцев, умевших в самую трудную минуту забыть о существующихневзгодах, как-то отстраниться ото всех проблем и просто радоваться жизни.

Мирза видел, как светлели лица людей, глядевших на детей. Ив этом была их последняя надежда.

Гумбатов, освободившись наконец от своего бухгалтера,пунктуально пересчитывающего ящики, предложил Джафарову пройти в его палатку,куда он обещал вызвать отца Омара Эфендиева. Джафаров послушно пошел запредседателем.

В палатке Гумбатова было просторно, светло и чисто. Усевшисьза стол, Джафаров терпеливо ждал, пока подойдет Эфендиев. Председатель,распорядившись дать гостю чай, извинился и покинул палатку, у него было слишкоммного дел, чтобы заниматься еще проблемами транспортировки наркотиков через границу.Это были проблемы самого Джафарова. Молчаливая женщина в красном платке подалагостю чай и даже положила тарелочку с мелко колотым сахаром. И почти тут же впалатку вошел Эфендиев.

Он был высокого роста, широкоплечий, с резкими, словновырубленными топором, чертами лица. Войдя в палатку, он молча кивнул гостю и,не дожидаясь приглашения, сел за стол, хмуро взглянув на приехавшего из Бакуследователя.

— Что произошло? — первым спросил Эфендиев, — опять Омарчто-нибудь выкинул?

— Мы пока этого не знаем, — уклончиво ответил Джафаров, —просто подозреваем, что ваш сын знает о действиях некой банды, расположенной врайоне границы. Вот почему мы его ищем.

— Он наш позор, — горько сказал старик, — мои три сынасражаются на фронтах, еще один погиб, а этот… — он махнул рукой, — коммерциейзанялся, совсем от рук отбился.

— Коммерсанты стране тоже нужны, — сказал вдруг неизвестнопочему Джафаров.

— Ты меня не успокаивай, — возразил старик, — война идет,какие коммерции тут могут быть? А кто этим занимается, тот уже не о родинедумает, не о земле своей, а о своем кармане, деньги ему мать заменяют.

— У вас не осталось карточки сына? Какой-нибудь егофотографии?

— Нет. Мы брали из дома только самое необходимое. Хотяподожди, мать кажется взяла их фотографии. Они у нее были. Я могу узнать.

— Нам очень нужна его фотография, — попросил Джафаров, —может мы и ошибаемся, не того Омара ищем. Скажите, вы не знали среди друзейсына такого человека небольшого роста, темного.

— Конечно, знаю. Это Зейнал, он-то и сбил с пути нашегоОмара. Вместе в город подались за сладкой жизнью. Зейнал не из нашего района.Он из Гянджи.

— А фамилию его вы не помните?

— Манафов, кажется. Но точно не помню.

— А где они живут в Баку, адрес у вас есть? — спросил уже ненадеясь на положительный ответ, Джафаров.

— Есть, — сказал вдруг Эфендиев, — у нас записан егобакинский адрес. Я могу вам его дать.

— Спасибо, — вздохнул Джафаров. Все-таки он не напрасно ехалв этот лагерь.

Уже возвращаясь в райцентр, он думал о судьбе этой семьи,словно отразившей всю сложность перемен, происходивших в традиционнопатриархальном укладе этих людей. В кармане у него был адрес Манафова ифотография Омара Эфендиева.

Вернувшись в Бейлаган, он отправился в прокуратуру. Шел ужечетвертый час дня. В приемной у прокурора никого не было. Молодая девушка,сидевшая в приемной, с интересом взглянула на Джафарова.

— Вы по какому вопросу?

— Скажите, следователь из Баку.

— А он вас ждал все утро, очень волновался, — сказаладевушка.

— Мне можно теперь войти?

— Конечно. Он приказал мне впустить вас, как только выпоявитесь.

Все утро Рагимов неистовствовал, ожидая приехавшего гостя.Его длительное опоздание он рассматривал, как вызов, ежечасно узнавая, нет линикаких вестей из Баку о смене правительства. Но все было в порядке. К полуднюон успокоился, решив, что имеет дело с обычным безмозглым служакой, так и непонявшим, какой шанс он имел, заручившись поддержкой районного прокурора, родственникасамого премьера республики.

Поэтому он принял Джафарова уже более спокойно, стараясь невыдавать своих эмоций. Рагимов был очень маленького роста и поэтому ставил подноги скамеечку, незаметную для окружающих и посетителей.

Он поздоровался с прибывшим гостем прямо за столом, чутьпривстав, и сразу принял озабоченный вид.

— У нас и так много дел, а вы приезжаете из столицы, даже непредупредив нас о своем визите. Хорошо, что мне вчера позвонили из милиции и яузнал о вашем приезде.

— Я свои дела в районе почти кончил, — любезно сообщилДжафаров, — просто мне нужно было допросить одного из свидетелей, временнопроживающих в вашем районе.

— Могли бы предупредить заранее, я вызвал бы этого человекав прокуратуру, — все-таки не удержался Рагимов.

— Ну зачем вас беспокоить. Я не хотел причинять лишнеебеспокойство.

Прокурор посмотрел на часы.

— Может вы и правы. Вот и сегодня — столько работы, простопоесть некогда. Сейчас звонили с границы, просили приехать. Там иранцы выдаютнам два трупа контрабандистов, застреленных при транспортировке наркотиков. Авы считаете, что мы тут мух ловим, бездельничаем.